Не более как в 200 саженях на северо-восток от Золотых ворот возвышается главная святыня киевская – собор Софийский. В древних прологах показано, что собор Св. Софии освящен был митрополитом Феопемптом 4 ноября 1037 года. Затем судьба этого собора и находившегося при нем монастыря служила вернейшим отражением тревожной и бурной судьбы самого Киевского княжества. Нельзя не удивляться тому, что уцелели до нашего времени стены Св. Софии с драгоценными украшениями, мозаиками и фресками, между тем как все остальные драгоценности древнего собора исчезли бесследно, и даже опись их не дошла до потомства. Два раза и дотла была разграблена Св. София ратями русских князей: Мстиславом Андреевичем, сыном Боголюбского, в 1169 году, и Рюриком Ростиславичем – в 1204 г. В промежутке между этими двумя погромами Св. София сильно потерпела от пожара в 1180 г. Наконец, в 1240-м – при общем разорении Киева Батыем – собор разграблен окончательно, и даже кости почивших в нем князей потревожены хищностью грабителей, всюду искавших сокровищ. В период полного упадка Киевского княжества, от половины XIII до половины XIV века, собор Св. Софии подвергся наибольшей опасности: ему грозило полное разрушение. Митрополиты Киевские, начиная с Кирилла III, уже не жили в Киеве, тяготясь видом опустошения и развалин некогда славного стольного города: они только проездом и временно бывали в Киеве. Но все же не без основания полагают, что, до 80-х годов XIII века Св. София не была покинута окончательно и что в ней еще продолжали совершать богослужения, так как Кирилл III, скончавшийся в Суздале, велел похоронить себя в Софийском киевском соборе. Впоследствии же, при наследниках Кирилла III, в особенности после того как с 1320 г. Киев перешел во власть Гедимина и митрополия русская (1325 г.) перенесена была в Москву, митрополиты не заглядывали более в Киев, в котором паствою правили их наместники.
Рис. 4. Золотые ворота (в их нынешнем виде)
Вероятно, к этому-то времени следует отнести то печальное положение Софийского собора, при котором, конечно, и богослужение в нем должно было на время прекратиться. «Новейшие исследования показали, что Софийский собор в течение некоторого времени начал было клониться к падению: лишенный кровли, в алтарном своде он получил длинную трещину, а в среднем продольном своде западная часть его совершенно обрушилась; одновременно с этими разрушениями или несколько позже и вся западная сторона собора обратилась в развалины. Неизвестно, при ком эти важные разрушения были исправлены и хотя до некоторой степени восстановлено внешнее и внутреннее благолепие собора. Достоверно можно утверждать только то, что исправления произведены были гораздо ранее Петра Могилы, который отобрал храм от униатов опустошенным, ограбленным, но не в развалинах[14]. Есть основание предполагать, что исправления, произведенные в Св. Софии, относятся к концу XIV века, ко временам митрополита Киприана.
Несмотря на то что позднейшие приделки, надстройки и дополнения первоначального здания собора (в особенности произведенные в XVII веке) значительно изменили вид древнего Ярославова храма, Св. София киевская все же является нам одним из наиболее сохранившихся храмов древнейшего византийского типа. Этот отзыв тем более применим к Св. Софии киевской, что она представляет едва ли не единственный в России храм, в котором древнейшие части могут быть с полнейшею достоверностью отличены от позднейших. Проверкой в этом отношении служат два условия: во-первых, позднейшая кладка стен и сводов явственно отличается от древней кладки; а, во-вторых, на тех стенах и сводах собора, которые впоследствии подверглись перестройкам и поправкам, мы не видим ни мозаик, ни фресковой живописи, которыми сплошь были украшены стены древней Софии киевской.
Насколько можно по настоящему виду собора заключать о его былом состоянии, постройка его была произведена с таким тщанием и употреблен на нее материал такой высокой доброты, что здание, несмотря на тяжкие невзгоды, перенесенные им в течение восьмивекового существования, сохранилось до наших дней почти в том же виде, в каком его могли видеть ближайшие потомки Ярослава. Кроме кирпича (местного киевского производства), строителями на постройку собора употреблены были дикий камень, красный шифер, гранит в плитах, и местами, в весьма ограниченном количестве, мрамор. Внутри храма, на хорах, в некоторых арках, до последнего времени видимы были дубовые брусья, положенные в виде скреп. Пол выстлан был плитами мраморными и шиферными, вперемежку с кафелями, как в Десятинной церкви. Перила на хорах и доселе уцелели из шифера, украшенного скульптурною работою.
Рис. 5. Киевский Софийский собор (с восточной стороны)
Фигура плана Св. Софии – четырехсторонняя, но с различными выступами и углублениями, отчасти древними, отчасти позднейшими. К числу первых принадлежат те девять полукружий, которые образуют запрестольную алтарную стену; к числу вторых – те шестнадцать массивных контрфорсов, которые извне поддерживают стены древней Софии. Длина храма, считая по южной и северной наружной стороне – 17 саж. 1 арш. 14 верш. Длина наружной, как западной, так и восточной стены, по прямой линии – 25 саж., 2 арш. 8 верш. Длина середины храма, от запада к востоку, считая со стенами, – 16 саж., 1 арш. Высота стен до кровли – 6 саж. 2 арш. 9 вершк. Высота всего здания от подошвы до верха креста – 19 саж., 2 аршина.
Куполов Св. Софии киевской было в прежнее время тринадцать, считая в том числе один большой над срединою главного храма и двенадцать меньших. О древней форме куполов по теперешней двухъярусной фигуре их глав судить невозможно, точно так же, как нельзя иметь понятия и о форме прежней крыши собора, которая была значительно ниже нынешней, вследствие чего и окна в главах были больше, и внутри храма было значительно светлее, нежели в настоящее время.
Внутри, храм Св. Софии, в большей своей части, разделен хорами на два неравные этажа или яруса, из которых нижний гораздо ниже верхнего. Хоры эти примыкают к трем сторонам здания: западной, северной и южной; в средине, под главным куполом, все здание совершенно открыто.
Первоначально стены южные и северные выведены были только в одном этаже и служили галереями или (по выражению митрополита Евгения) пристенками, а верхние этажи этих стен надстроены уже в гораздо более позднее время Петром Могилою или его преемниками, дабы предохранить древние стены храма от разрушения. Вдоль этих-то стен на южной стороне выстроены три новых купола и на северной – столько же, так что теперь число всех куполов на Софийском соборе доходит до девятнадцати, хотя из этого числа видны только пятнадцать: четыре древних купола скрыты под позднейшею, впоследствии возвышенною, кровлею собора.
Вообще говоря, нынешний фасад свой Св. София получила во времена Петра Могилы или даже позже, и во внешности носит на себе отпечаток немецко-польской архитектуры конца XVII века[15]; но зато внутренность собора, всеми подробностями своих мозаических и живописных украшений, переносит нас вполне в древний православный храм XI–XII века, каким этот храм вышел из рук греческих строителей и художников, вызванных в Киевскую Русь Владимиром и Ярославом.
К тому же столь важному в истории Киева, 1037 году относится постройка приписываемых Ярославу двух других церквей: Св. Георгия и Св. Ирины. Церковь и монастырь Св. Георгия Ярослав заложил в честь святого, которого имя получил при крещении; монастырь и церковь Св. Ирины заложены были им в честь святой, имя которой носила его жена. В древнем харатейном[16] прологе XV в. говорится о церкви Св. Георгия, что она была построена перед вратами Св. Софии, следовательно, на юго-запад от Софийского собора, по направлению к Золотым Воротам. Позднейшие разыскания дают некоторую возможность предполагать, что нынешняя Георгиевская церковь Фундаментом своим захватывает часть основания древней церкви. В том же прологе приводится любопытное сказание о самом построении древнего Георгиевского храма. Когда начали строить его, то оказалось мало рабочих при постройке; и князь, увидев это, призвал тиуна и сказал: «Отчего у церкви мало трудящихся?» Тиун отвечал: «Оттого, что это дело властельское, так и боятся люди, что им придется потрудиться даром». Тогда повелел князь на телегах свезти куны (деньги) в коморы (кладовые) Золотых врат и возвестить на торгу людям, что каждый из приходящих на постройку церкви Св. Георгия может взять себе по ногате[17] на день. И множество явилось желающих работы, и вскоре церковь была окончена и освящена 26 ноября Ларионом митрополитом, который сотворил в ней настолование новоставимым епископам[18].
