Я отвёл глаза и стиснул зубы. Ну а что тут скажешь? Я и сам знаю, что накосячил.
— Вы знаете, что из-за вас Славка из дома ушёл?!
Я вздрогнул. Что за ерунда?
— Из дома ушёл?.. Разве он не у Тани? Она вчера звонила, сказала, что просила его с ремонтом помочь, поэтому он пока у неё поживёт…
Она молча смотрела на меня презрительным взглядом.
— Ты хочешь сказать… Ну да, признаю, я плохой отец. Тебя вообще не видел с самого рождения, а Стасик… То есть, Славка… ему тоже ни за что досталось…
— Ну и? Делать-то что теперь? Накосячили вы, а разгребать нам со Славкой, что ли? Разберитесь уже как-нибудь сами, а?
— Да я бы с удовольствием! Но твоя мама выставила меня за дверь у тебя на глазах. И это не в первый раз. Если снова приду, то… боюсь, будет то же самое…
А если не приду, то лучше точно не станет. Так-то Яся права, конечно, давно пора бы хоть как-то разобраться. Вот только как заставить Риту меня выслушать? Не могу же я её связать!
— Я готова вам помочь, — вдруг сказала Яся.
Вот уж не ожидал! Неужели она на моей стороне?
— Но запомните, я делаю это только потому, что ваши косяки слишком многим жизнь испортили, и пора что-то менять. Меня это всё уже достало!
— Я на всё готов, лишь бы Рита меня выслушала.
Она на секунду замолчала.
— Значит так, завтра пятница, мама придёт с работы после шести, усталая, поэтому вряд ли у неё будут силы слишком сильно сопротивляться. И вообще… она уже который день как в воду опущенная ходит… явно про вас думает…
Ну да, так думает, что при виде меня сразу полицию вызывает…
— С чего ты взяла?
— Если бы не думала, то давно бы другого нашла — логично?
— Ну… наверное…
Как-то мне это в голову не приходило. Ну или я просто боялся на это надеяться…
— В общем, давайте так. Завтра вечером, около шести, спрячьтесь возле нашего подъезда и ждите маму. Когда она придёт, поднимитесь за ней минут через пять. Я буду вас ждать. Впущу в квартиру, заберу мамины ключи и сама уйду, а дверь запру снаружи. Так мама не сможет вас выставить, и ей придётся вас выслушать.
Вот уж яблочко от яблони! Именно Рита планировала все наши школьные проделки. И даже мальчишек на слабо брала. Заставить её что-то сделать против её воли просто немыслимо…
— С твоей мамы станется полицию вызвать. Или побить меня. В детстве она меня ещё как лупила!
— Такого мямлю я бы и сама отлупила! Понапористее нельзя быть? Мама сильная, и с ней тоже нужно проявить силу. Слабаков она не любит. Предупреждаю, это ваш последний шанс! Не договоритесь — до свиданья!
Я невольно улыбнулся.
— Ты и правда очень на неё похожа. Она с детства ни одному мальчишке не уступала: и в футбол гоняла, и с тарзанки в речку прыгала, и…
— Воспоминаниями будете с мамой заниматься! Так мы договорились?
Я аж крякнул.
— Ну и характер у тебя. Впрочем, есть в кого…
Она молча смотрела на меня тем самым взглядом, который был мне давно знаком.
— Хорошо. Я согласен. Я всё надеялся, что оно как-то само со временем образуется. Но ты права. Так дальше продолжаться не может. Нам с твоей мамой надо поговорить — а там уже как получится. Но как бы то ни было, а я твой отец. И хотел бы с тобой видеться и тебе помогать. Хотя бы финансово…
— Да не нужна мне ваша помощь! Вы между собой разберитесь уже наконец, а я как-нибудь сама со своей жизнью разберусь!
Я опустил голову. Вот даже не знаю, что будет сложнее: помириться с Ритой или поладить с этим ершистым подростком. Она ведь почти совсем уже взрослая. Зачем ей какой-то посторонний мужик, который внезапно ворвался в её жизнь? Дождусь ли я от неё слово «папа»?..
— Хорошо. Я понял… завтра вечером в шесть буду ждать Риту.
— Не забудьте мою бабушку к себе в гости зазвать! Чтобы мама одна дома осталась, — бросила Яся через плечо и зашагала прочь.
— Я понял… Спасибо тебе! — крикнул я вслед, но она не обернулась.
Что ж, будем считать, что Яся на моей стороне. Тётя Аня наверняка меня поддержит — а значит, шансы на успех увеличиваются.
* * *
Я стоял возле двери в её квартиру, и сердце бухало прямо в ушах, заглушая все остальные звуки.
Ещё не поздно передумать…
И дальше что? Ещё четырнадцать лет одиночества и холодной постели? А потом сдохнуть? Нет уж! Сейчас — или будет слишком поздно!
Я очень осторожно нажал на ручку, и дверь легко отворилась. Чувствуя себя шпионом, которого вот-вот схватят и расстреляют, я вошёл внутрь. Шаг. Ещё шаг.
Рита вышла из ванной — в домашнем халатике, без макияжа. При виде меня она застыла и отшатнулась.
— Ты… Как ты…
— Нам нужно поговорить.
Она молча смотрела на меня несколько секунд. Я ожидал скандала, как в прошлый раз, но она ответила неожиданно тихо:
— Нам? Нет никакого «нам». И, будь добр, не вламывайся больше ко мне домой. Я чуть от страха не умерла.
— Рита, позволь мне объяснить наконец! Это было просто недоразумение!
Она горько усмехнулась.
— Недоразумение… Это «недоразумение» скоро будет паспорт получать.
— Вот поэтому я и приехал. Это ведь и моя дочь. И я хочу, чтобы у неё было моё отчество хотя бы. Она ведь даже не знала, кто её отец.
Рита мгновенно подобралась и сверкнула глазами. Когда она в таком настроении, то рука у неё тяжёлая…
— Не знала? А теперь знает? Ты с ней встречался?! Как ты посмел! Я ведь тебя предупреждала! Не надо ей ничего говорить!
— Это случайно получилось…
— Ты «случайно» вламываешься ко мне домой второй раз? Или это уже третий? Когда ты успел поговорить с Ясенией?
— Да мы правда случайно встретились! В бараке… Где мы с тобой жили… На Чапаева…
— Что ты несёшь?! Как Ясения там оказалась?!
— Она… они… они со Стасиком там были…
— С каким ещё Стасиком?!
— С моим… ну то есть… именно это я и хотел тебе сказать. Не было тогда ничего, Светка наврала…
— Как не было, когда Танька Ершова сказала, что сама видела! Тебя в постели с ней видела! Одна я, как дура, ничего не знала! Чуть замуж за тебя не выскочила!
Я поморщился. Кто тут дурак, так это я. Повёл себя «как настоящий мужчина» — и с тех пор расхлёбываю. Прибил бы эту сучку Светку! Такую свинью мне подложила, что вся жизнь наперекосяк. Но ещё есть шанс хоть что-то исправить. Последний шанс…
— Ритусик, давай ты успокоишься, и мы поговорим, как взрослые люди, а? Мы ведь уже взрослые? И у нас уже даже дочь есть.
— Это моя дочь! Моя! Это я её четырнадцать лет растила! Я одна! Всё на себе тянула! А где ты был всё это время, а?!
Где я был… Там, где мне быть уже надоело. Там, куда больше не хочу возвращаться.
— Рита! Ну хоть раз в жизни ты можешь помолчать и просто меня выслушать?
Она открыла было рот, но вдруг словно сдулась. Скрестила руки на груди и прижалась спиной к стене.
— Хорошо. Давай поговорим. Я слушаю.
В горле пересохло так, что язык казался шершавым и едва ворочался.
— Я… помнишь, мы с тобой поругались тогда, перед Новым годом? Лёшик пригласил нас к себе, а ты сказала, что там будут сплошь алкаши и шлюхи, и отказалась идти?
— Ну и? Я была неправа?
— Права… Я… я пошёл туда тебе назло и напился вдрызг. Ничего не помнил. А утром проснулся…
— Избавь меня от подробностей, ладно? — Она ощетинилась, как ёжик. Ещё немного, и снова выставит меня за дверь.
— Да я просто хотел сказать, что не было ничего! Светка меня подставила. Ну хочешь ДНК-тест покажу? Стасик не мой сын!..
Рита замерла. Стало очень тихо.
— Что?..
— Стасик не мой сын.
— А чей? — прошептала она.
— Вовкин. Ну Вовка-Кабан, из соседнего дома, помнишь?
— И?..
— Он же тогда крутой был, все девчонки за ним бегали. И Светка тоже. А ему ж только побаловаться… Я его встретил, лет десять назад. Он пьяный был, вдрызг. Вот и ляпнул, что я дурак, на надкусанном пирожке женился… А я вдруг понял, что Стасик на него похож. Такой же белобрысый, не в нашу породу, не в Степашиных…
