30

Лёжа наполовину на животе, наполовину на боку, я наблюдала, как первые лучи солнца поднимаются над далёкими горами. Кровать Роката была самой удобной из всех, на которых мне когда-либо доводилось спать, а мягкая подушка под щекой казалась почти священной. К сожалению, она всё ещё пахла им: огнём, перцем и лёгким запахом его псов.

Прошла почти неделя с тех пор, как Рокат оставил меня здесь, пообещав вернуться, когда придёт время отправляться. А это оставило мне слишком много часов в одиночестве, где единственной компанией были мои мысли. Совсем как моя жизнь в Стрые. Сама того не желая, я снова скатилась в старые привычки, позволяя разуму вновь и вновь копаться в худших воспоминаниях. Несмотря на лёгкое одеяло, укрывавшее меня, тяжесть вдавливала меня в матрас. Горе было таким огромным и тяжёлым, что мне хотелось, чтобы оно просто раздавило меня.

Я никому не была нужна.

Я снова оказалась в ловушке. Я снова потеряла того, кого любила. Если этот круг обречён повторяться даже с истинным, тогда какой вообще смысл жить?

Если бы Рокат не стоял между Ангелами и резнёй всех Демонов, я бы наполнила огромную ванну в его купальне и позволила бы этому камню лежать на моей груди, пока дух не покинул бы этот мир в поисках другого, лучшего.

Но однажды мне уже удалось ускользнуть с помощью своей магии, и кто сказал, что я не смогу сделать это снова? Да, это было рискованно, но теперь я была гораздо сильнее, чем тогда, когда покинула Стрый. Я знала, пусть и не идеально, как сражаться, как владеть мечом, как пользоваться своей магией. Скрыть метку истинной пары было вполне возможно. Никто никогда не узнает, кто я и откуда пришла. Словно призрак, я буду скитаться по маленьким прибрежным городкам, перебиваться случайной работой и постоянно менять внешность, чтобы избежать внимания и ускользнуть от Роката, если он попытается меня найти.

Это была свобода, пусть и в своём собственном смысле. Связь наверняка будет наказывать меня за расстояние между мной и Рокатом, и всё же я смогу научиться жить с этим, как научилась жить со столькими другими вещами в своей жизни. Альтернатива заключалась в том, чтобы научиться жить с Рокатом.

При этой мысли у меня вырвался презрительный смешок.

Мысли о будущем побеге всё глубже оплетали разум. Мне придётся дождаться, пока Рокат будет полностью отвлечён. Я не знала его планов, хотя часть его мыслей всё же проскальзывала через связь, когда последние несколько дней он разговаривал со своими офицерами. Возможность обязательно появится, особенно среди сотен тысяч мужчин. Я призову свою магию и растворюсь в толпе, чтобы меня больше никогда не увидели.

Как по сигналу, связь вонзилась в меня, вырывая вскрик из моего горла, и я дёрнулась, слезая с кровати. Раздражённо выдохнув, я решила, что бессмысленно продолжать валяться в постели. По крайней мере, я могла успокоить душу в саду.

Из кучи одежды на кресле я выбрала платье тёмно-серого цвета и надела его. Рукава плотно облегали запястья, но расширялись к плечам, а вырез глубоко уходил вниз, прежде чем ткань стягивалась на талии. Юбка шелестела вокруг щиколоток, когда я вошла в гостиную и обнаружила там Кииру с едой.

И снова без вуали.

— Доброе утро, Ассирия, — проворковала она, отпивая из тонкой чашки.

— Доброе утро, Киира, — тепло ответила я.

Пар поднимался от второй чашки. Рядом стояла тарелка, наполненная радугой свеженарезанных фруктов и сытным овсом. Я села напротив Кииры и мягко улыбнулась ей. Она пренебрегала своими обязанностями, чтобы составлять мне компанию, и с каждым днём я всё больше привязывалась к ней.

Связь снова вспыхнула, и я стиснула зубы. Я почти опустошила бутылку пряного алкоголя, найденную мной, просто пытаясь притупить это ощущение, чтобы хоть немного, блядь, поспать.

— Связь? — спросила Киира, возвращая моё внимание к себе.

— Мгм, — только и смогла выдавить я, отпивая пиум-чай. Его свежий вкус прокатился по языку, прогоняя затуманенность, оставленную алкоголем.

Она фыркнула и покачала головой.

— Рокат очень упрямый мужчина. Скорее всего, он держится подальше исключительно назло этой связи.

— Надеюсь, так и будет продолжаться, — проворчала я, потянувшись за мягким кусочком хлеба и выкладывая на него фрукты. Стоило откусить, как вкус взорвался у меня на языке.

Сменив тему, Киира сказала:

— Сегодня вечером будет бал в честь отправления армии.

— Правда? — ответила я, медленно пережёвывая.

— Думаю, тебе стоит пойти с нами. Разумеется, незаметно, — быстро добавила она.

Я сглотнула, чувствуя сухость во рту.

— И что об этом думает Рокат? Он тоже там будет?

— Я не спрашивала Роката, и да, он там будет, — ответила Киира, снова отпивая из чашки. То, как приподнялись уголки её губ, подсказывало мне, что спрашивать его она и не собиралась.

Мне нравилась её бунтарская жилка. Она отражала мою собственную. За последние несколько дней я успела очень привязаться к Киире, особенно потому, что у нас оказалось много общего. И посещение бала без разрешения Роката было идеальным «пошёл к чёрту», которое было бы глупо упускать.

— Но мне нечего надеть, — сказала я с притворным вздохом.

Киира уже принесла мне бесконечные груды одежды, а когда я спросила, сколько всё это стоит, она лишь отмахнулась. Её объяснение сводилось к тому, что, если мне предстоит стать парой Роката, даже если никто об этом не знает, я должна пользоваться всеми преимуществами, которые это даёт.

Оказалось, Рокат был невероятно богат, и Киира не видела ничего плохого в том, чтобы покупать всё, что я захочу, на его золото. Возможно, я слегка увлеклась украшениями, когда узнала об этом. Хотя ничто из этого не могло заменить кольцо моей матери, которое теперь, вероятно, было потеряно навсегда.

Она махнула рукой так, словно отправляла мою отговорку в небытие.

— Я одолжу тебе одно из своих платьев. Ты появишься со мной как жрица. Используешь свою магию на некоторое время и притворишься кем-то другим на этот вечер.

Коварная улыбка тронула уголки моих губ. Рокат будет там, а это было одним из его условий для моих выходов наружу. Технически я не нарушала ни одного его правила. И хотя я сказала ему, что больше не хочу притворяться кем-то другим, соблазн бросить ему вызов любым возможным способом оказался слишком велик, чтобы придерживаться этой угрозы.

— Хорошо, — согласилась я, прикусывая губу, чтобы скрыть, насколько меня это взволновало.

Киира просияла.

— Прекрасно. К сожалению, сегодня мне нужно заняться несколькими делами в храме Варбад, так что я не смогу составить тебе компанию, но вечером, перед балом, я вернусь с платьем для тебя.

Допив чай, она поднялась.

— Спасибо, Киира, — сказала я, хватая её за руку и сжимая её. Я надеялась, она услышит искренность в моём голосе или прочтёт её по моему лицу. Возможность выбраться из этого крыла дворца была бы настоящим спасением. Я начинала сходить с ума, запертая здесь так же, как когда-то в поместье Вагача в Стрые.

И бросить вызов Рокату тоже было слишком приятным удовольствием, чтобы от него отказаться. Он не имел права контролировать мою жизнь. По крайней мере, появившись на балу, я покажу ему, что у меня всё ещё есть право распоряжаться собой.

— Иногда прощение лучше разрешения, — хихикнула она, сжимая мою руку в ответ.

Более правдивых слов я ещё не слышала.

С этими словами она отпустила мою руку и упорхнула прочь, оставив меня развлекать себя самой на весь день. Последние несколько дней Ксаннирин вставал раньше, но всё ещё недостаточно рано, чтобы я могла проскользнуть через его гостиную в сад. Я быстро закончила завтрак, а затем решила немного понежиться в ванне.

Купальня отозвалась эхом, когда я вошла внутрь, и звуков стало ещё больше, когда вода начала плескаться о каменные стенки ванны. Одну из стен занимало зеркало, под которым тянулся ряд шкафчиков, где я нашла алкоголь и где хранились мыло и банные полотна. Я взяла несколько сладко пахнущих кусочков мыла, снова благодаря Киире, и сложила их рядом с утопленной в пол ванной. Мягкие солнечные лучи лились сверху, наполняя помещение естественным светом.