Женщинам в этом мире доставалось немногое. И только потому, что я притворялась мужчиной, у меня вообще было хоть что-то. И что бы ни случилось дальше, я запомню силу, текущую по моим венам в этот момент, то, как прекрасно было вести за собой, командовать, и то, что кто-то вроде меня способен на это.
Когда мы выстроились для смотра, шёпот стих, словно серьёзность нашего положения проникла в каждого новобранца до самых костей. Единственным звуком оставался ритмичный марш сапог по каменистой земле, от которого под ногами перекатывались мелкие камни. Но мы не могли опускать взгляд, чтобы следить за шагом. Теперь мы были солдатами и должны были вести себя соответственно. Каждый взгляд был устремлён прямо вперёд, каждое оружие закреплено на своём месте, а каждая смазанная деталь брони блестела в свете позднего дня.
Расположенная на холмах, армия Демонов походила на океан ярости, готовый обрушиться на берега Мира ангелов и забрать то, что принадлежало нам. Из-за рельефа идеально ровные линии были невозможны, и всё же пыл, организованность и преданность ощущались безошибочно. Они висели в воздухе, как солёные брызги волн после удара о неподвижные скалы.
Эти мужчины были готовы и желали умереть друг за друга и за весь наш мир.
Перед рядами Сзазадосов оставался проход в море тел, по которому Паранксок должны были пройти и осмотреть каждое подразделение. Я встретилась взглядом с другим Везэто напротив. Лёгкий кивок его головы был приветствием, и я ответила тем же, прежде чем оглянуться на мужчин под моим командованием. Они стояли неподвижно и дисциплинированно, ожидая того, что последует дальше.
Ветер пронёсся над нами, едва не вызвав дрожь по моему телу. Но не внезапный порыв заставил мои лёгкие сжаться.
Нет.
Это сделал вид двенадцати всадников, показавшихся на вершине холма вдали.
А впереди нёсся одинокий чёрный зверь, пена клочьями слетала с его удил. По обе стороны от него мчались два красноглазых пса.
И на его спине сидел самый чудовищный мужчина, которого я когда-либо видела.
Череп из чёрного дерева скрывал большую часть его лица, а зловещие рога вздымались за его головой. Бордовые глаза вспыхнули, захватывая всех присутствующих своей пугающей аурой. Время замедлилось до ползущего хода, и каждый удар копыт его коня о землю звучал как похоронный звон.
Никому не нужно было произносить имя этого мужчины вслух, потому что невозможно было не узнать его.
Халалхиво.
Дарованный Судьбами герой Демонов, обладающий силой поднимать мёртвых.
Холодный пот стекал вдоль моего позвоночника, пока я не могла отвести от него взгляд. Он был именно таким устрашающим, каким его описывали остальные.
Халалхиво остановился.
И вместе с ним будто остановился весь мир.
Армия одновременно затаила дыхание, когда он спешился, сверхъестественно плавный в каждом движении и несущий в себе смертоносность, рождающуюся только из хладнокровных убийств. Мне пришлось впиться пальцами в ладони, чтобы сдержать дрожь, рвавшуюся пройти по всему телу, пока он приближался.
Из-за узких прорезей, открывавших лишь его жестокие бордовые глаза, невозможно было понять, что он думает о своей новой армии. Но страх, осевший глубоко внутри меня, подсказывал: ничто не радует его так, как кровь.
По пятам за ним следовали два пса, идеально подстраиваясь под его длинный шаг и не сводя взглядов вперёд. Их тела покрывала длинная гладкая чёрная шерсть, и когда один из них облизнулся, он показал ряды острых клыков, созданных для того, чтобы рвать плоть.
Когда Халалхиво вошёл между рядами солдат, каждый опустился на одно колено, прижимая лоб к предплечью в знаке почтения. Ужас так крепко сковал меня, что я едва не пропустила момент, когда нужно было опуститься вместе со своим подразделением. Когда он проходил мимо, армия снова начинала дышать, и мои колени дрожали, пока я поднималась. Словно он был центром мира, я не могла смотреть никуда больше, пока волна тел вокруг продолжала опускаться и подниматься.
— Вагач, — прошипел рядом Изгат, и я резко уставилась вперёд, когда к нам подошёл мужчина, которого я сочла офицером выше Джаку.
Он неспешно осматривал каждое подразделение вокруг, временами останавливаясь поговорить с другими Сзазадосами.
Наконец он добрался до нас. Мы отсалютовали ему, затем снова замерли по стойке смирно.
— Сзазадос Джаку, — поприветствовал он нашего командира. — Надеюсь, ваше путешествие прошло без происшествий?
— Да, Паранксок Олет. Я привёл две тысячи новых рекрутов, — ответил тот.
— И сколько из них отправятся на усиленную подготовку? — спросил Паранксок Олет.
Именно так в военном лагере называли тех из нас, чьи способности считались более полезными на поле боя. Одного дня подслушанных разговоров хватило, чтобы понять: обладателей кардинально-красных и багровых глаз считали расходным материалом.
— Примерно сто восемьдесят, сэр, — сказал Джаку, расправляя грудь.
Был ли Паранксок Олет доволен этим числом или нет, он никак этого не показал. Его броня отличалась от брони Халалхиво, как и у остальных офицеров высокого ранга, проходивших мимо и разговаривавших с другими Сзазадосами. Металл соответствовал цвету его тёмно-бордовых глаз, и, кроме чёрной брони Халалхиво, одежда каждого высокопоставленного офицера отражала цвет радужек в их глазницах. И ни у кого не было такого шлема, как у него. Если они вообще носили шлем, то с поднятым забралом, открывавшим лицо, или держали его под рукой, разговаривая с подчинёнными.
Отложив эту информацию на потом, я снова сосредоточилась на их разговоре.
— Завтра отделите тех, кто находится под вашим командованием. Теперь, когда армия Ангелов прошла за Луцк, нам нужно действовать быстро, — приказал Паранксок Олет, позволяя взгляду скользнуть мимо Джаку и задержаться на каждом из нас по отдельности.
Под его тяжёлым взглядом я едва заметно выпрямилась, надеясь остаться неприметной и легко забываемой. За спиной я почувствовала, как мужчины моего подразделения делают то же самое.
— Да, сэр, — ответил Джаку, снова отдавая честь.
Паранксок Олет коротко кивнул и направился к следующему Сзазадосу. Я не смогла удержаться и снова посмотрела на пугающего Халалхиво, который уже почти поднялся на вершину соседнего холма. Внезапно он остановился и резко развернулся к одному из мужчин, неуверенно стоявшему на склоне. Одним длинным шагом он оказался над ним, возвышаясь так, что я сглотнула, чувствуя, как страх поднимается вдоль позвоночника и сжимает лёгкие уже за другого.
Мужчина едва не отшатнулся назад, пытаясь увеличить расстояние между ними, и вся краска исчезла с его лица. Один из псов зарычал и сделал ложный выпад в его сторону. Надо отдать мужчине должное — он не отпрыгнул и не рассыпался от ужаса, как наверняка сделала бы я под тем давлением, которое излучал Халалхиво. Всё закончилось так же быстро, как началось, и он просто пошёл дальше, а тяжёлые шаги сотрясали землю под его ногами.
Я выдохнула, только сейчас осознав, как долго задерживала дыхание.
— Если бы я когда-нибудь оказался у Халалхиво в немилости, то просто убил бы себя прямо на месте, — хмыкнул Дромак по другую сторону от Изгата.
— Ему, наверное, понравилось бы смотреть, как ты это делаешь, вместо того чтобы убивать тебя самому, — усмехнулся Изгат.
— Он правда убивает собственных солдат? — тихо спросила я, не желая привлекать к нам лишнего внимания, но сгорая от любопытства.
— Да. В основном за нарушение его драгоценных правил. Однажды один мужчина… — начал Дромак, и в его голосе прозвучала горечь, но Джаку резко шикнул на него.
— Сплетни потом.
Одного его взгляда хватило, чтобы мы тут же захлопнули рты.
Я снова посмотрела на Халалхиво, лидера всей армии Демонов. В моё сознание медленно закрадывалось понимание того, почему остальные были так им очарованы. Если судить по холоду, пробиравшему меня до костей, встретиться с ним в бою было бы настоящим кошмаром. Пугали не только его размеры, но и аура, окружавшая его и усиливавшая всё это в десятки раз.
