Рапп приподнял бровь, и металлические шипы в ней блеснули. Я демонстративно проигнорировал его.

— Да, Халалхиво. Тридцать из одного отряда и пятьдесят четыре из другого. Сзазадосы знают, что утром должны отделить их от остальных, — ответил он, поправляя тёмно-бордовые ножны меча.

— Тогда отправь приказ сейчас же. Но они всё равно должны присутствовать на церемонии смотра, — добавил я.

Пытаясь остудить раздражение, я снял шлем и отложил его в сторону. Лёгкого ветерка, коснувшегося обнажённой кожи, хватило, чтобы ещё сильнее раздуть пламя моего недовольства. Церемония смотра позволит мне быстро оценить состояние армии и одновременно как следует запугать новоприбывших, чтобы они беспрекословно придерживались установленных мной правил.

Паранксок вышел из палатки выполнять приказ.

— И каковы наши текущие силы в лагере? — прорычал я, обращаясь ко всем присутствующим.

Только бы мы уже были чертовски близки к выступлению.

— Все Сзазадосы вернулись со своими призывниками и первоначальными подразделениями, Халалхиво, — сообщил Рапп, и в его голосе скользнуло самодовольство.

Он нарочно придерживал эту новость, словно лакомство.

Ублюдок.

Я резко перевёл взгляд на друга, получавшего слишком большое удовольствие от того, что изводил меня.

— Правда?

Сзазадосы разъехались по всему миру, и с тем, насколько плохо шла война, я ожидал, что хотя бы часть тех, кто побывал на фронте, дезертирует по пути. То, что вернулись все, было поразительно, особенно при нынешних размерах нашей армии.

— Да, и сейчас наши силы насчитывают примерно триста тысяч, плюс-минус несколько человек, в зависимости от того, сколько осталось с Хадвезером Тролом.

Бордовые глаза Раппа блестели возбуждением, а металлическое кольцо в губе сверкнуло, когда он широко ухмыльнулся.

Этого количества было более чем достаточно, чтобы отбросить Ангелов далеко назад, вглубь их территории, и, возможно, даже захватить Сиви. Это было больше, чем у нас имелось до того, как чума Бананда прокатилась по Миру Демонов.

Жестокое возбуждение разлилось по моим венам.

— Очень хорошо. И сколько всего отправится на усиленную подготовку?

Рапп перелистнул несколько страниц, пока не нашёл нужное.

— Если считать и призывников, и опытных воинов, около десяти тысяч.

Судьбы вновь обратили на меня свою благосклонность.

— Отлично.

Это было даже больше, чем я рассчитывал, и часть мрачных мыслей, закравшихся в голову, исчезла, когда уверенность полностью вернулась ко мне.

— Вы собрали все отчёты от своих Сзазадосов?

— Да, сэр, — одновременно ответили оставшиеся Паранксок.

— Я хочу просмотреть новые способности и оценки силы. Пришлите бумаги в мои покои. И ещё раз перепроверьте всё на церемонии смотра. При таком количестве кого-то легко упустить.

Я сделал паузу, скользя взглядом по карте Келети: от гор Скала, разделявших континент, к густым лесам на стороне Ангелов, затем к прибрежным утёсам к северо-востоку от Ужгорода. Там, за городом под названием Фюред, прошло большинство моих военных тренировок, там я встретил Раппа, и там начался весь этот путь. Было вполне логично отправить избранных на усиленную подготовку именно туда, чтобы оттачивать их силы.

К тому же это было одно из немногих мест на севере, ещё не захваченных врагом. Казалось, Ангелы продвигались прямо к Ужгороду, вместо того чтобы прочёсывать всё пространство от гор до океана.

— Мы отправим их в Фюред вместе с нашими лучшими инструкторами. Олет, тебя это тоже касается, — сказал я, переводя взгляд на Паранксок.

Он отдал мне салют с прижатым к груди кулаком.

— Для меня это честь, Халалхиво. Мы позаботимся о том, чтобы они могли использовать свои силы точно и эффективно в течение долгого времени.

— Я сам вернусь на фронт вместе с большей частью войск. Но если нам удастся отбросить наступление Ангелов, я сделаю крюк и лично проверю их подготовку, — сообщил я, пока мысли вихрем крутились в голове.

Слишком много путей, слишком много переменных, слишком много возможностей.

И всё же я стал величайшим лидером, которого когда-либо видел и ещё увидит Равас, не благодаря нерешительности. Именно то, как я продумывал будущее, стратегии и просчитанные риски, которые использовал, навсегда вписало моё имя в историю. В эту эпоху войны и пророчеств моё имя окажется в самом верху списка тех, кто играет важнейшую роль в этой игре.

Поскольку в Фюред отправлялось всего десять тысяч, а значительная часть этих мужчин уже была обучена бою, Олета и нескольких Сзазадосов будет достаточно для надзора.

— Усильте своих Сзазадосов теми, кто сможет помочь им с управлением в ваше отсутствие, — сказал я ему.

Он кивнул в знак понимания.

Я перевёл взгляд на Паранксок.

— Я ожидаю, что у каждого офицера, отправленного на усиленную подготовку, будет достойная замена. А если вы не сможете найти её внутри своих подразделений, можете перераспределить состав и обменяться людьми между собой. Когда закончите, мы зафиксируем новую структуру званий.

— После церемонии смотра снова соберёмся здесь и всё обсудим. Это будет хорошая возможность оценить как ваши собственные ряды, так и ряды других Паранксок, — добавил Рапп, проводя зубами по губе.

— Во сколько она назначена? — спросил я, бросив взгляд на маленькие квадратные часы, показывавшие дату и время.

Когда битвы длились сутками напролёт, было легко потерять счёт времени. Поэтому в каждой крупной палатке лагеря находились точно такие же часы, механизм которых двигал бронзовую стрелку по кругу суток и переключал число дня после полного оборота.

— В семнадцать. У нас ещё есть несколько часов, если хочешь просмотреть оценки способностей призывников, — предложил Рапп, барабаня пальцами по столу, пока тоже изучал офицеров.

Никто из них не выглядел обеспокоенным нашими приказами. Если уж на то пошло, я чувствовал в них жажду вернуться на фронт. В их сильных глазах мелькала надежда. Надежда, в которой мы отчаянно нуждались и которую заслужили после огромных усилий по набору новых солдат в армию Демонов.

Предупреждающее рычание напомнило им о том, что было абсолютно неоспоримым правилом в наших рядах.

— Позже мы проедем вместе и внушим призывникам должное уважение. Теперь мы их лидеры, и им нужно как можно скорее усвоить правила военной жизни, иначе они погибнут. От рук Ангелов или от наших. Если один человек начнёт нарушать правила, остальные последуют за ним, а именно дисциплина даёт нам преимущество. Проследите, чтобы ваши Сзазадосы донесли это до своих солдат.

— Да, Халалхиво, — хором ответили они.

— Вы свободны, — сказал я, и они отдали мне последний салют, прежде чем разойтись.

Рапп остался, снова склоняясь над столом с картой и внимательно её изучая, перекатывая языком кольцо в губе.

— Бумаги вон там, — он дёрнул головой в сторону маленького столика рядом со стулом в углу.

И действительно, сверху лежала стопка грязных, наполовину смятых листов. Я схватил их и начал просматривать в поисках любых упоминаний бордового цвета глаз. Шансы найти среди них женщину были равны нулю, но если хотя бы у нескольких мужчин были такие глаза, возможно, ими обладали и их сёстры, матери или кузины. Тогда Киира сможет направить поиски в те части Мира Демонов, вместо того чтобы ещё сильнее распылять свою сеть. Даже передача сообщений с далёкого юга через воронов занимала дни. А судя по карте, лишних дней у нас не было.

Я ощущал на себе взгляд Раппа и поднял глаза, заметив тревогу, опустившую уголки его рта.

— Что заставило твою мрачную рожу выглядеть ещё более зловещей? — поинтересовался он, слегка наклонив голову набок.

Я снова вернулся к пергаментам.

— Ничего, что должно тебя волновать.

Он фыркнул, затем неспешно подошёл к подносу с едой, остывавшей в другом конце палатки.

— Ладно, дам тебе один день на то, чтобы побыть загадочным мрачным ублюдком. — Он взял крупную зелёную виноградину и закинул её в рот. — Но завтра ты всё мне расскажешь. От меня не будет никакой пользы ни как от друга, ни как от Хадвезера, если я не знаю, с чем имею дело.