19

Постепенный подъём дороги заставлял меня радоваться тому, что я еду верхом, а не иду рядом с одной из повозок с припасами. К моменту, когда мы остановились на привал, даже закалённые воины раскраснелись и тяжело дышали. Шкуры лошадей пропитались потом, и, к счастью, после того как мы покинули Осиек, нам удалось облегчить их ношу, так что мы не заставляли их тащить переполненную повозку ещё многие и многие мили, что оставались между нами и Ужгородом.

Сделав глоток из бурдюка, я позволила прохладной жидкости омыть язык и вернуть мне силы. Воздух стремительно разрежался по мере нашего подъёма, лишь усиливая одышку пеших солдат.

— Джак, — окликнула я проходящего мимо Сзазадоса, — где мы остановимся сегодня ночью?

Он подошёл, похлопав мою лошадь по шее, прежде чем повернуться на север.

— Видишь тот ровный участок за следующим холмом?

— Да, — ответила я, щурясь и следуя взглядом за направлением его пальца.

— Там должно хватить места для всех нас, если расположимся плотнее. Возможно, придётся селиться по двое в палатке, но посмотрим, когда доберёмся, — заметил он. Окинув взглядом тех, кто был под моим командованием, он кивнул. — Ты хорошо справляешься, Вагач. Я благодарен, что ты служишь под моим началом.

Его слова поразили меня, и мне едва удалось сохранить невозмутимое выражение лица.

— Благодарю вас, Сзазадос.

Я отдала ему уважительный салют, который он вернул, прежде чем развернуться и пойти обратно к голове колонны.

Гордость расцвела у меня в груди, пока я смотрела на мужчин, задаваясь вопросом, как я так сильно изменилась с момента нашего отъезда. Уверенность, которой я обладала до замужества, вернулась ко мне, и хотя как Вагач мне приходилось быть с ними жёстче, чем мне хотелось, они начали уважать моё командование. Я вытаскивала нас из одной ситуации за другой, чтобы заслужить это, а также прикладывала не меньше усилий, тренируясь рядом с ними. Мы научились действовать как единое маленькое подразделение вместе с отрядом Изгата, особенно после тех случаев, когда нам приходилось вытаскивать повозку из грязи или переправляться через коварную реку, оставившую одну из повозок со сломанным колесом.

Инкуб привлёк моё внимание, подъехав верхом. Когда он оказался достаточно близко, его голос стал тише.

— У тебя хватит магии, чтобы подтолкнуть повозки вперёд, если понадобится?

Мимолётной проверки моего магического резерва оказалось достаточно, чтобы понять: у меня оставалось лишь самое малое количество сил. А с возможностью разделить этой ночью постель с кем-то я не могла позволить себе перенапрячься. Поэтому я покачала головой.

— Яку сказал, что на месте нашей остановки не так много места, так что, возможно, придётся селиться по двое.

— Тогда будем вместе, и тебе не придётся беспокоиться ни о том, чтобы тратить магию, ни о том, чтобы проснуться раньше меня и скрыть свою личность. Помощь повозкам может оказаться единственным, что позволит нам вообще добраться до вершины, — мрачно сказал Изгат.

После нашей встречи в падшем доме и тех мгновений напряжения, что последовали за ней, мысль о том, чтобы делить тесное пространство с Изгатом, вызвала во мне дрожь, хотя была ли она от желания или страха, я не знала. Возможно, и от того и от другого. Мужчина снова и снова доказывал с тех пор, как пообещал защищать меня, что действительно сделает это. Предупреждение Жрицы Анары звенело на задворках моего сознания, но с тех пор как мой мир раскрылся, словно распускающаяся роза, некоторые убеждения, которых я долго придерживалась, увяли.

Может быть, я могу доверить ему и своё тело тоже.

— Хорошо, — выдохнула я, а затем поморщилась от того, насколько неправильно это прозвучало из уст Вагача.

Навсегда избавиться от этого облика было бы настоящим подарком.

Жар расцвёл внизу живота, пополз вверх по позвоночнику и окутал меня, словно ленивое щупальце дыма. Удерживая взгляд Изгата, я задумалась, смогу ли вообще ускользнуть ночью и больше никогда его не увидеть. Между нами растянулось мгновение, затем ещё одно, прежде чем я заставила себя отвернуться и снова посмотрела на дорогу.

Я заняла себя изучением пейзажа, всё ещё остро ощущая присутствие Изгата рядом. С этой точки вдали виднелась река Ваго, становясь всё бледнее по мере того, как мы поднимались выше в Горы Скала. Это место захватывало дух и после столь долгой жизни на травянистых равнинах было желанной переменой.

— Вперёд! — крикнул вдалеке Джаку, и все в отряде поднялись или шагнули вперёд. Возницы погнали лошадей дальше, и с протяжным скрипом колёса снова покатили свой груз по утрамбованной земляной дороге. Мы с Изгатом встали позади двух самых медленных повозок, чьи лошади, казалось, сильнее остальных страдали от подъёма. Я окликнула нескольких мужчин из своего отряда, велев им остаться позади, не сводя взгляда с повозки передо мной.

Каждый оборот колеса давался тяжелее предыдущего, и, когда мне пришлось наклониться вперёд, прижимаясь к Блейзу, чтобы удержать равновесие, я поняла, насколько крутой стала дорога за такое короткое время.

— Приготовьтесь использовать магию! — крикнула я своим спутникам.

Никто ничего не ответил, лишь кивнул в подтверждение, пока все так же пытались отдышаться. Чувство вины кольнуло меня из-за того, что я сидела верхом на Блейзе, но я не могла позволить мыслям отвлечься, не тогда, когда добраться до вершины этого холма было важнее всего.

Повозка дёрнулась, и я сразу же призвала тени, толкнув их в плоскую заднюю стенку. Мужчины вокруг вскинули руки и добавили своей магии, давая животным впереди короткую передышку. Блейз остановился, и пот потёк по моей шее и спине от напряжения.

Один из возниц что-то выкрикнул, и я не поняла, были ли его слова обращены к нам или к лошадям. Поэтому я вложила ещё больше силы, надеясь дать им толчок, необходимый для продолжения пути, потому что мой резерв опасно истощался. Дерево застонало, когда повозка снова двинулась, подпрыгнув на камне посреди дороги, но продолжила катиться.

— Продолжайте толкать, — процедила я сквозь зубы, бросив короткий взгляд на мужчин, шедших рядом и использовавших магию.

Никто не ослаблял напор, хотя пот с них лился быстрее, чем с меня. Туники прилипли к груди, пока они упирались в землю сначала одной ногой, потом другой, борясь с подъёмом не меньше лошадей. По другую сторону от меня Изгат и его люди выглядели не лучше. Деревянные ящики впереди закрывали мне обзор, но вряд ли повозки перед нами поднимались хоть немного легче.

То, что с обочины казалось совсем коротким расстоянием, теперь ощущалось вечностью. Каждая моя мысль, каждая крупица энергии, которой я обладала, были сосредоточены на ещё одном обороте колеса, ещё одном шаге, ещё одной капле магии.

Если эти лошади и наша магия подведут, нас мгновенно раздавит под тяжестью груза, и мы ничего не сможем сделать, пока повозка будет катиться вниз по склону горы. Сместиться в сторону означало бы выкрутиться в седле, оказывая ещё больше давления на подъём Блейза.

Впереди раздались крики, но я проигнорировала их. Тени, соскальзывающие с моих ладоней, серели, и крошечная часть моего созданного облика начала исчезать.

— Вагач!

— Вагач!

— ВАГАЧ!

На третий выкрик имени моего мёртвого мужа я узнала голос Изгата. Резко повернув голову, я встретилась с его встревоженным взглядом. Его гранатовые глаза скользнули от моего лица к рукам и обратно.

— Мы почти добрались.

Я кивнула, понимая, что должна сохранить каждую каплю сил для магии. Изгат крикнул двум своим людям помочь мне, и у меня едва не выступили слёзы. Оба сразу сместились в мою сторону, что было несложно, поскольку повозка Изгата двигалась быстрее нашей. Ещё больше чернильных теней смешалось с остальными, и я позволила своим исчезнуть, тяжело дыша. Но моя одышка никому не поможет.