До конца вечера я наблюдала за Изгатом, пытаясь понять, насколько серьёзно он говорил о своём желании защищать меня, ждать, пока я буду готова к нему, или же всё это было лишь игрой ради удовлетворения собственного желания.

Но после того как он дважды вступился за меня, я начинала верить, что он искренен.

18

После множества задержек Киира наконец передала Ксаннирину, что вечером будет свободна и встретится с нами в его кабинете на закате. Так мы и ждали нашу кузину и сообщницу.

Ксаннирин работал, а я возился на полу с Гремом и Зиком. Обычно гончие помогали мне сбросить напряжение, но я никак не мог перестать думать о тех проклятых рисунках. С тех пор как я их увидел, они преследовали меня во снах, а иногда мне даже казалось, что я вижу эти глаза среди толпы, когда пробирался по улицам военного лагеря. Когда Киира придёт, я, блядь, получу от неё ответы.

Закат сменился ночью, а Киира всё не появлялась.

Наконец сумев отобрать верёвку у диких зверей, я сел и обнаружил, что Ксаннирин смотрит в сторону гор, чьи вершины окружали тысячи мерцающих звёзд.

— Ты когда-нибудь задумывался, насколько далеко находятся те другие миры? — задумчиво произнёс Ксаннирин.

— Слишком занят другими мыслями, — буркнул я.

Ксаннирин фыркнул и посмотрел на меня. Я поднялся на ноги и упёрся ладонями в его стол.

— Когда ты в последний раз разговаривал с духами?

Он провёл пальцем по краю красной хрустальной чаши перед собой.

— Возможно, год назад. А может, и больше. Хотя сейчас, наверное, подходящее время для ещё одного путешествия.

— Ага, — пробормотал я, снова думая обо всех волнениях в Мире Демонов. — Где, блядь, Киира?

Он скользнул взглядом мне за плечо, а затем снова посмотрел вдаль.

— Теперь мне ещё интереснее, что именно её задерживает. Раньше она никогда не была настолько занята.

Словно мы её призвали, дверь распахнулась, и Киира влетела в кабинет, даже не потрудившись постучать. Грем и Зик залаяли и бросились к ней. Она потрепала обоих по голове, но больше не уделила им внимания, её дикий, расфокусированный взгляд метался по комнате.

— Киира, что случилось? — Ксаннирин тут же оказался рядом с ней.

Наша кузина почти рухнула на него, и он помог ей сесть в пустое кресло. Я свистнул своим псам, и они послушно улеглись по обе стороны от входа.

— Я… я… у меня было видение, — заикаясь, выдавила Киира, и всё наше внимание мгновенно сосредоточилось на ней.

— Всё ещё было? Как ты вообще сюда добралась? — надавил я, опираясь на подлокотник стоявшего рядом кресла, пока Ксаннирин опускался перед ней на колени.

— Это… это началось, пока я шла. Я увидела… — она замолчала, и дрожь прошла по её худому телу.

Только тогда я заметил, как сильно она похудела с нашей последней встречи: высокие скулы стали ещё резче из-за осунувшегося лица. Вуаль, которую она всегда носила, тоже сбилась набок, и я осторожно снял её с её лба и отложил в сторону.

Она часто заморгала, запрокидывая голову.

Мы с Ксаннирином переглянулись. Неужели отсутствие Киира было связано с новыми Видениями от Дарующего? После них она обычно бывала истощена по нескольку дней и только восстановив силы могла рассказать, что именно увидела.

— Что ты видела? — мягко спросил Ксаннирин, сжимая её колени, словно пытаясь вернуть её обратно.

Её голова резко дёрнулась вперёд, а бордовые глаза побледнели почти до белизны. Всё её тело судорожно содрогнулось, резко и неестественно, а пустой взгляд метался так, будто она видела нечто, недоступное нам. Когда её рот раскрылся в беззвучном крике, воздух в комнате наэлектризовался, словно перед жестокой грозой.

Тревога свернулась глубоко у меня внутри, сжимаясь всё сильнее с каждым рывком её тела.

— Женщина… с коварными бордовыми глазами. Она… она… она нам нужна. Она крайне важна, — выдохнула Киира.

— Что? — я подошёл ближе. — Для чего важна, Киира?

Её снова сотрясла дрожь, а затем она рухнула вперёд. Ксаннирин едва успел её подхватить. Я помог ему уложить её на длинную кушетку, где она смогла вытянуться.

Пока я сидел в ошеломлении, перебирая в голове произошедшее, Ксаннирин подошёл к двери и приоткрыл её, обращаясь к стражам снаружи:

— Воды с цитрусом и кусочек льда, завёрнутый в ткань. Быстро.

Убирая длинные тёмные волосы Кииры с её лица, я наблюдал за слабым движением её груди. Наконец её лоб разгладился, и она тяжело выдохнула, слегка приоткрыв губы.

Через мгновение Ксаннирин вернулся с тем, что просил. Подсунув руки ей под спину, я приподнял её, чтобы он смог влить немного цитрусовой воды ей в рот. Затем он промокнул её влажный лоб тканью со льдом.

— Это крайне необычно, — тихо сказал он, не сводя с неё глаз.

— Согласен, — так же тихо ответил я.

Киире нужно было хотя бы немного отдохнуть, чтобы восстановить силы. Возможно, обсуждение нового давления со стороны дальних регионов Мира Демонов придётся перенести на другой день.

— Эта женщина с бордовыми глазами… для чего она может быть настолько важна? Для войны? — спросил Ксаннирин, отвлекая меня от мыслей о нашей кузине.

— Мы так долго думали только о войне, что я уже не могу представить ничего другого, — признал я. — Но если это так, то она поможет нашему делу или станет угрозой?

Я знал лишь нескольких женщин с такими глазами, и ни у одной не было «коварных глаз».

Что это вообще значит?

Ксаннирин откинулся назад, проводя ладонью по подбородку и царапая щетину. Несколько длинных прядей выбились из кожаного ремешка, удерживающего волосы, пока он снова смотрел на Кииру.

— Это рисунки, — выпалил я, мысленно проклиная себя за то, что не подумал об этом сразу. Они тревожили меня уже слишком долго.

Взгляд Ксаннирина скользнул ко мне.

— Нам нужно, чтобы она очнулась.

Это было преуменьшением тысячелетия.

Прошло, казалось, несколько часов, прежде чем Киира наконец пошевелилась. Часто моргая, она резко села, словно пытаясь за что-то ухватиться.

— О, Судьбы, — выдохнула она, поняв, где находится. — Как я здесь оказалась?

— Ты пришла сюда посреди Видения, — сообщил ей Ксаннирин.

Откинувшись назад, она кивнула. Я протянул ей почти полный стакан цитрусовой воды, и она сразу взяла его. Прижав стакан к губам, она выпила всё до последней капли. Под её закрытыми глазами залегли глубокие тёмные тени, наглядно показывавшие, насколько она истощена.

Когда она закончила, то отдала стакан мне, и я поставил его в сторону.

— Ты в порядке?

То, с какой силой она замотала головой, заставило меня напрячься.

— Нет. Но мне нужно рассказать это сейчас, пока меня не накрыло ещё одно.

— В последнее время они случаются часто? — спросил её Ксаннирин мягким голосом, полным тревоги.

Киира заставила себя сесть ровнее, её тонкие руки дрожали от усилия. По крайней мере, в щёки уже вернулся хоть какой-то цвет.

— Именно поэтому я всё откладывала. Между Видениями и новыми прибывшими я слишком вымотана, чтобы нормально поговорить с вами обоими. Обещаю, ничего не случилось, и наш союз по-прежнему крепок, как нить Ткачихи.

— Мы могли прийти к тебе, — сказал я, поворачиваясь к ней.

Из неё вырвался долгий, измученный вздох.

— Нет, не могли. Коридоры переполнены женщинами, желающими вступить в число верных. Большинство прибывает как беженки с севера, и с каждым днём их становится всё больше. Мои послушницы считают, что многие родители отправили их сюда ради безопасности.

— Блядь, — выругался я, сжимая пальцы в кулаки.

Неудивительно, что среди знати, торговцев и солдат ходило столько тревожных разговоров. Именно этого я и опасался из-за наступления Ангелов. Ужгород и без того был переполнен из-за армии, собравшейся за его стенами, а теперь к этому добавлялась ещё и новая волна беглецов, спасавшихся от смерти.