Угольный карандаш Раппа скользил по странице, пока он делал пометки. Я обошёл взглядом комнату, и каждый из офицеров сообщал обновления по численности, вернувшимся и тем, кого они снова отправили в путь. Мир Демонов был огромен, и хотя Ужгород располагался в центре, местность там была суровой, особенно в районе Гор Скала. Карта, закреплённая по четырём углам эбеновыми грузами в форме черепов, отображала каждый дюйм этой местности.

Проводя рукой по её изгибам, мы обсуждали стратегию, перемещения войск с момента нашего возвращения в столицу, возможные узкие проходы, где можно было бы сдерживать Ангелов, чтобы остановить их продвижение, а также любые ловушки, которые мы могли подготовить заранее на случай, если нам придётся быстро отступать. Я не был из тех, кто оставляет хоть один камень неперевёрнутым, готовясь к любой возможности, какой бы малой ни была вероятность.

— Хорошо, на этом закончим, пока не прибудет оставшаяся часть призывников, — объявил я, когда каждый последний вопрос в моей голове либо получил ответ, либо был отложен на потом.

Облегчение на лицах Паранксоков было очевидным, когда они направились к двери. Некоторые прихватили оставшуюся после собрания еду, без сомнения, чтобы припрятать её в лагере на потом, когда им снова придётся довольствоваться привычной похлёбкой.

Рапп и Ксаннирин остались. Я дождался, пока последний из Паранксоков закроет за собой дверь, прежде чем снова заговорить.

— Тебе нужно подготовить больше пропаганды, Ксаннирин. Они приводят огромное количество людей, но, похоже, некоторые Сзазадосы заметили беспорядки в отдельных частях Мира Демонов.

Мой кузен провёл рукой по подбородку, кивая так, словно слышал меня, но при этом смотрел на книги, заполнявшие стену напротив него, с отсутствующим взглядом.

— Это область компетенции Кииры.

— Что ж, Киира всё ещё не приехала в Дьёр, — проворчал я.

Мы с Ксаннирином были заняты подавлением волнений среди знати, и, несмотря на многочисленные попытки отправить за ней посланников, она каждый раз отказывалась.

Её отсутствие действовало мне на нервы.

— Она занята в Варбаде, — вмешался Рапп. — Я видел её лишь мельком, когда навещал. Она отмахнулась от меня, пообещав, что скоро придёт повидаться со всеми нами.

Рапп перенёс вес тела, и его бордовая кожаная броня пришла в движение вместе с мощным телом. Высокий, сложенный из сухих мышц и покрытый татуировками почти так же сильно, как и я, он был грозной силой в воздухе, командуя всеми крылатыми подразделениями нашей армии. Я никогда не видел, чтобы кто-то выпускал три стрелы одновременно и попадал каждой точно между глаз трём разным целям, но Рапп обладал этим талантом в избытке.

Я сжал переносицу.

— Мне это не нравится.

— Всё в порядке, Рокат. Даже если гражданские и знать неспокойны, Сзазадосы считают, что призывники более чем готовы сражаться с Ангелами насмерть. Это единственное, что действительно имеет значение, — заметил Ксаннирин.

Я хмыкнул, упираясь ладонями в стол и изучая миниатюрные фигурки, расставленные по карте.

— С этим не поспоришь.

Из Раппа вырвался зловещий смех, и его хриплый голос наполнил комнату.

— Инакомыслие среди гражданских следует карать так же, как и в армии. Быстро и без пощады.

— И чтобы мой народ в одно мгновение отвернулся от меня? Ты безумен, Рапп. Мы должны идти по тонкой грани: давать им нечто, во что они смогут верить сильнее самих себя, и одновременно поддерживать их уровень жизни. Пока они довольны, они не будут обращать внимания на тонкости наших слов и поступков, — объяснил Ксаннирин.

Я резко перевёл на него взгляд.

— Призывники уже делают людей несчастными просто из-за потери рабочей силы. Именно этим должна заняться Киира. Возможно, её жрицы могли бы добровольно помогать с этим вместо того, чтобы заставлять людей вставать на колени и молиться трижды в день.

Ксаннирин пожал плечами, и его сапоги с глухим стуком опустились на пол, когда он убрал ноги со стола.

— А я хочу насладиться прекрасным летним вечером на своём балконе перед официальным ужином.

Мы с Раппом одновременно застонали.

— Клянусь Жнецом, Ксаннирин, если твой координатор посадил меня рядом с Олрит…

В глазах моего кузена мелькнул огонёк, и он перебил меня:

— Не посадил. Но это не гарантирует, что она всё равно к тебе не подойдёт.

Я фыркнул. В этом он был прав. Я надеялся, что после нашей встречи при моём прибытии во дворец Дьёра она наконец поймёт намёк и перестанет меня преследовать.

— По крайней мере, Киира сообщила, что будет присутствовать, — добавил Ксаннирин.

Полоса напряжения в моей груди ослабла. Если бы с нашим союзом что-то было не так, она точно не появилась бы на пустяковом ужине, устроенном для сглаживания отношений с благородными домами. Она понимала важность подавления их недовольства.

— Тогда увидимся позже, — сказал я ему, кивком головы велев Раппу следовать за мной.

Его язык скользнул по бронзовому пирсингу в губе, пока мы выходили в коридор.

Если Киира придёт, я хотя бы смогу понять, всё ли ещё крепок наш союз или существует какая-то скрытая угроза, которую мне нужно устранить. Я прокручивал в голове отчёты, пока мы неспешно шли к противоположному концу дворца.

— Где Грем и Зик? Я думал, они будут на собрании, — спросил Рапп.

— Всем мои псы нравятся больше, чем я? — проворчал я.

— Ты вообще-то тот ещё мудак, так что да, — рассмеялся Рапп, проводя рукой по волосам.

Он оставлял тёмный беспорядок длинным сверху и коротко состригал по бокам, хотя змеи, вытатуированные по обе стороны его головы, были едва заметны, в отличие от моих.

— А ты псих, — бросил я в ответ, приподняв бровь и взглянув на него.

На его лице расплылась безумная ухмылка, соответствующая блеску в глазах.

— Но именно поэтому мы с тобой такая отличная пара, Рокат. Тебя боятся из-за твоего нрава. Меня боятся потому, что я совершенно непредсказуем.

— Ты хотел сказать, неуравновешен и хаотичен, — ответил я.

— А ты становишься иррациональным, когда злишься, и ворчливым, когда нет, — рассмеялся он.

— Ты начинаешь говорить как Ксаннирин, — проворчал я, резко сворачивая в коридор для прислуги.

Сегодня вечером мне и так придётся терпеть достаточно жеманных аристократов, так что не было смысла попадаться им на глаза заранее.

Иногда быть даром Судеб для Демонов было утомительно. Между давлением их приказа завоевать весь Келети и вниманием, которое приходило вместе с такой благосклонностью наших божеств, порой мне просто хотелось ненадолго исчезнуть.

Это было тяжёлое бремя, и я не мог разделить его ни с кем.

Даже с Раппом.

Рапп предугадал мой поворот и остался прямо у моего плеча. Одинакового роста, хоть и не одинакового телосложения, вместе мы представляли собой внушительную и пугающую пару для любого, кто видел нас рядом.

Служанка, пискнувшая, когда подняла голову и заметила наше приближение, была тому прекрасным примером. Этот звук послал по моим венам тёмное удовольствие. Не было ничего, что нравилось бы мне больше, чем человеческий страх.

Грем и Зик дремали каждый на своей лежанке, когда мы вошли в мою гостиную. По крайней мере, Грем приоткрыл глаз, когда за нами с Раппом щёлкнула дверь. Зевнув, он поднялся, потянулся сначала вперёд, затем назад, после чего встряхнул длинной шерстью. Зик же просто перевернулся на бок, зная по опыту, что Рапп подойдёт к нему и почешет ему живот.

— Абсолютно бесполезные, — пробормотал я, пока псы приветствовали моего друга.

Хвост Зика застучал по мягкой лежанке, когда Рапп опустился на пол, а Грем прижался к нему, подталкивая мордой его руку к своей спине. Рапп рассмеялся и повалился на них обоих, вызвав лай Грема.

— Пойдём выведем их наружу. Может быть, даже позволю тебе покидать им канаты, — вздохнул я, уступая в битве, которую всё равно проиграл бы.

Рапп одарил меня коварной ухмылкой.

— Ты вообще-то можешь завести собственных псов, — добавил я, скрестив руки на груди.