— Долго же ты, — раздался голос позади меня, и я едва не выпрыгнула из своей чужой шкуры. Собрав всё самообладание, я обернулась и увидела Изгата, стоящего со скрещёнными на груди руками. Тени клубились вокруг его мускулистых бицепсов и предплечий, и мне пришлось жёстко напомнить себе, что я не женщина, и отвести взгляд от них к его лицу. Гранатовые глаза смотрели на меня с чем-то, чему я не могла дать названия.

— Да… спасибо, что разбудил, — сумела выговорить я.

Он тряхнул головой, убирая прядь волос, выбившуюся из кожаного ремня, удерживающего остальные на макушке.

— Пойдём, Джаку хочет поговорить с тобой перед выходом, — спокойно сказал он, разворачиваясь и каким-то образом избегая столкновения с толпой жителей, направлявшихся к краю лагеря.

Чего Сзазадос хочет от меня сейчас?

Мой желудок заурчал, пока мы пробирались сквозь толпу, и прежде чем я успела моргнуть, в моих руках уже оказалась тарелка с едой.

— Ешь, тебе понадобятся силы, — сказал Изгат.

Когда мы подошли к палатке Джаку, она всё ещё стояла, хотя пологи были откинуты, и люди входили и выходили из неё. Самая большая среди всех, она вмещала пятерых взрослых Демонов, стоящих внутри, а также небольшую койку, стол и деревянный сундук.

— А, Вагач, как раз тот, кто мне нужен, — сказал Джаку вместо приветствия.

Я отдала честь.

— Чем могу быть полезен, Сзазадос?

На столе перед ним была разложена карта, и он провёл по ней рукой, пока не нашёл нужное место.

— Нам нужно встретиться с остальной частью батальона здесь, — он указал на участок дороги у гор примерно на полпути между нашим текущим положением и ярко-красной звездой, обозначающей столицу Мира Демонов. — Есть ли способ пересечь эту реку, вместо того чтобы обходить её?

Один из многочисленных притоков реки Граз заставлял путников обходить его, а не переходить, из-за его ширины. Были места, где она была не такой глубоким, но, учитывая, что большинство передвигалось с большими повозками, как и наша группа, переходить его пешком было небезопасно. Это были не мои личные знания, а то, что я слышала от странствующих торговцев, которые приезжали на нашу ферму продавать моему отцу семена, инструменты и прочее необходимое. Но Вагач, как Корманзо, должен был это знать.

У меня выступил пот на затылке.

— Я не был там много лет, но есть место, где можно перейти вброд. Хотя повозкам может быть сложно, в зависимости от течения. Я бы советовал продолжить по основной дороге, той, по которой вы вошли в регион, — сказала я, не отрывая взгляда от карты, чтобы скрыть нервозность.

— Но ты можешь провести нас к этому месту? — уточнил Джаку.

Блядь.

— Могу, но прошло слишком много времени, я не уверен, что снова его найду, — возразила я, и мой голос прозвучал слабо, совсем не как у Вагача. Я затаила дыхание, надеясь, что он не скажет…

— Отлично, значит, решено. Мы направимся к реке Ваго, и Вагач поможет нам найти место для переправы. Это сэкономит нам несколько дней пути, а времени у нас нет.

Джаку свернул пергамент, пока я стояла с приоткрытым ртом. Затем он перевёл взгляд с меня на тарелку, которую мне передал Изгат.

— Ты собираешься это есть?

Я опустила глаза на еду в своих руках.

— Да, конечно. Можно мне сесть?

Он посмотрел на меня с недоумением, проводя пальцами по резной части своего нагрудника.

— Корманзо просит разрешения сесть за моим столом?

У меня скрутило живот. Вагач бы не спрашивал, он бы просто сел. Повисла неловкая пауза, пока я отчаянно искала слова, чтобы сгладить ситуацию.

— Да, Сзазадос, я пытаюсь действовать в духе нашего братства и проявить уважение к вашему положению как моего командира.

Джаку фыркнул и покачал головой.

— У тебя немного времени, но пользуйся столом, пока он здесь.

Я подавила дрожь, которая хотела пробежать по всему телу, когда Джаку вышел вместе с Узаданом. С таким количеством ошибок они в любой момент раскроют, кто я на самом деле.

Мне нужно быть лучше.

Несмотря на тревогу, я не стала медлить с едой, пока двое других мужчин вошли и подняли сундук, унося его. К тому моменту, как они вернулись за койкой и столом, я доела всё до последней крошки: хлеб, ломти вяленого мяса и остатки приготовленных овощей. Всё это время Изгат наблюдал за мной, ковыряясь в зубах чем-то похожим на стебель пшеницы.

— Нужно ли ещё что-то сделать перед выходом? — спросила я у него, когда мы едва не увернулись от падающего шеста палатки.

— Нет, это обычное утро в лагере. Со временем станет проще, когда мы начнём работать как единое целое. По крайней мере, сейчас мы можем двигаться быстрее, чем всей эскадрой, — пожал он плечами, а я огляделась, впитывая весь этот хаос.

— Можешь объяснить структуру армии? Я не хочу снова выглядеть невеждой перед Джаку, — призналась я. Вагач должен был это знать, но если Изгат захочет понять, почему нет, я смогу найти оправдание.

Изгат взглянул на меня, несколько мгновений помедлил, прежде чем наконец ответить:

— Ну, сейчас есть два Хадвезера, или генерала, если хочешь так назвать, каждый из них управляет своей частью армии. Оба подчиняются Халалхиво.

— Халалхиво? — уточнила я, нахмурившись.

— Ага, кузен Крала. После Крала он самый могущественный Демон из всех. Как ты мог о нём не слышать? — спросил Изгат, наклонив голову набок.

Вагач точно знал бы, и я мысленно выругалась за то, что позволила языку опередить разум.

— Конечно, я знаю, кто это. Просто ещё рано, — отмахнулась я, пытаясь списать забывчивость на ранний час.

Глаза Изгата чуть сузились.

— У каждого Хадвезера по шесть Паранксок, у каждого Паранксок по шесть Сзазадос, а у каждого Сзазадос по шесть Везэто. В случае Джаку это я, Узадан и Дромак. Гним и Грекс отправились в другие части твоей области для набора. И теперь, полагаю, ещё и ты.

— А что стало с шестым? — спросила я, останавливаясь, чтобы пропустить группу мужчин с палатками в руках.

— Он умер.

Губы Изгата сжались, шаг на мгновение сбился, прежде чем снова выровняться.

— Мне жаль. Война или чума? — осторожно уточнила я, ведь с его положением было вероятно и то, и другое.

— И то и другое. Чума пронеслась по нашему батальону так быстро, что нам пришлось отступить и оставить тысячи заражённых, чтобы спасти себя, — ответил он. Мы подошли к лошадям, и те, у кого они были, уже вели их к главной дороге. Пары тяжёлых животных стояли неподвижно, пока на них надевали упряжь, закрепляя к повозкам. Изгат на мгновение задержал на них взгляд, затем рявкнул приказ двум мужчинам, закрепившим упряжь вверх ногами.

Когда они всё исправили, он вздохнул.

— Он был моим братом и любил лошадей. Всегда заботился о них, особенно после боёв.

Он направился к верховым лошадям, подхватив поводья своего тёмно-гнедого коня.

— Прости, не хотел так много рассказывать.

Боль его утраты коснулась моего израненного, избитого сердца, и в нём отозвалась собственная боль. Сочувствие потянулось к нему прежде, чем я успела себя остановить.

— Похоже, вы были близки.

— Были.

Слова повисли между нами, и я поймала себя на том, что изучаю Изгата так же пристально, как он до этого изучал меня. Как и Дромак с Узаданом, он оставлял руки обнажёнными, лишь грудь была прикрыта формованной кожей. Там, где Дромак был массивным, мышцы Изгата были более сухими, и они перекатывались под кожей, когда он поднял руку и пригладил волосы. Длинные пряди были собраны в узел на макушке, а виски выбриты, как у Дромака.

Наконец Изгат поднял взгляд и встретился с моим.

— С тобой легко разговаривать, знаешь.

У меня внутри всё перевернулось, и на мгновение я задумалась, не способна ли его магия пробиться сквозь мою, не знает ли он, что я не Корманзо Вагач. Я отмахнулась от этой мысли.

— Это мой долг.

— Нам лучше двигаться, пока Джаку не вышел из себя, — пробормотал он, накидывая поводья на голову своему коню и легко взбираясь в седло. Он не стал ждать моего ответа и сразу тронулся вперёд. Окинув взглядом окрестности в поисках Блейза, я нашла его уже осёдланным среди нескольких десятков других. Проведя ладонью по его морде, я вскочила в седло и на мгновение оглядела поляну.