Крал цокнул языком.

— Ксаннирин не вариант. Как и ты, Рокат. Более того, было бы расточительством терять здесь кого-либо с бордовыми глазами.

Рокат крепко зажмурился. По крайней мере, Крал избавил его от необходимости делать выбор, подумал он. Он не видел другого выхода, особенно когда вокруг собрались зрители, а из ладоней его отца уже просачивались тени. Его сила была жестокой, похожей на магию Демонов, способных создавать кошмары, но вместо этого отец заставлял жертву чувствовать, будто она умирает. Рокат слишком много раз проходил через эту пытку, чтобы сосчитать.

Он резко поднялся на ноги, отделяя эмоции от самого себя, готовясь к тому, что собирался сделать. Двое слабых Демонов в панике отползли от него, но мужчина с вишнёвыми глазами рядом не двинулся. Таст поднял подбородок и расправил плечи. В голове Роката вспыхнули обрывки их первой встречи, прежде чем он запер эти воспоминания так глубоко, чтобы больше никогда не испытывать их снова.

Рокат вытащил кинжал, и мужчина продолжал стоять перед ним на коленях.

— Всё нормально, Рокат, — тихо произнёс он, и глаза его наполнились слезами.

Лицо Роката оставалось неподвижным.

— Я совсем не виню тебя в этом. В следующей жизни мне будет хорошо.

Рука Роката дрогнула, когда он поднял нож.

А затем он полоснул.

Кровь хлынула из раны на шее Таста, покрывая кожу Роката и кожаные доспехи, ещё недавно идеально отполированные маслом. Но Рокату было всё равно. Не медля, он ударил кулаком в землю и заставил ещё тёплое тело своего друга подняться и броситься за двумя беглецами.

Лёд сковал его сердце, пока Таст разрывал их на куски. В тот миг, когда оба были мертвы, Рокат отпустил магию и повернулся к отцу и Кралу.

Он надеялся, что ненависть и ярость, пылающие в его бордовых глазах, хотя бы напугают их. Он пригвоздил обоих этим огненным взглядом, пока уходил с тренировочной арены и возвращался в комнату, где одна из кроватей уже никогда больше не будет согрета.

Опустившись на неё, он закрыл лицо окровавленными руками.

И тогда он заплакал в последний раз.

50

С наступлением сумерек Рокат и Рапп провели меня через лабиринт палаток в небольшую поляну, примыкающую к суровым стенам долины. Грем и Зик трусили рядом со мной, отделившись лишь тогда, когда заметили струйку воды, стекавшую по грубой каменной поверхности.

— Для урока здесь будет достаточно уединённо, — заявил Рапп, подмигнув мне, прежде чем устроиться на валуне.

— Ага, — проворчал Рокат, бросив взгляд мне за спину на мужчин, готовившихся к вечернему отдыху. Лёгкий ветерок доносил запах специй и жарящегося мяса, заставляя мой желудок недовольно урчать. После того как прошлым вечером меня едва не вырвало ужином из-за того, насколько сильно Рокат меня гонял, мы решили отложить еду.

Тяжёлый взгляд Халалхиво остановился на мне. Его густые брови едва заметно сошлись над глубокими бордовыми глазами, а челюсть была сжата в жёсткую линию. Я расправила плечи и подняла кулаки.

— Я готова, — сказала я, и решимость прозвучала в моём голосе.

Он издал низкий звук где-то в горле, затем начал обходить меня по кругу; тени клубились вокруг его мускулистых рук. Сделав вдох, я позволила своим собственным теням расшириться вместе с выдохом.

А затем он рванулся вперёд. Я едва успела проскользнуть под его ударом и уйти в сторону, прежде чем он снова надавил, вынуждая меня отплясывать назад.

— Используй свою магию! — крикнул Рапп, а Грем коротко гавкнул в поддержку.

Когда Рокат нанёс следующий удар, я с помощью теней отбила его руку в сторону, а затем ударила ногой ему в бедро.

— Хорошо, — похвалил Рокат, и его хриплый голос перекатился по этому слову. — Не сдерживайся, Ассирия. Ты не сможешь причинить мне вред.

Когда он снова начал обходить меня, я быстро ударила его по икре.

— Ты в этом уверен? — поддразнила я, одарив его приторно-сладкой улыбкой.

Его лицо осталось непроницаемым, несмотря на то, как у меня самой защипало голень от жёсткого столкновения.

— Твой острый язычок однажды доведёт тебя до беды, — прорычал он.

Мой низ живота сжался от пьянящей смеси жара в его глазах и скрытой угрозы в голосе.

— Или до твоего члена, — пробормотала я себе под нос.

Я провела слишком много времени среди мужчин этой армии; в последнее время мой язык стал таким же грубым, как и у них.

Рокат приподнял бровь.

— Тебе бы этого хотелось, маленькая самозванка?

Я сглотнула и демонстративно проигнорировала его вопрос. Направив свою энергию в другое русло, я сделала ложное движение влево, как он учил меня прошлым вечером, только чтобы затем нанести ещё один удар по его мощному бедру. Он поймал мою ногу и дёрнул меня вперёд, выше поднимая на своё бедро.

— Вот куда нужно направлять такой удар, — напомнил он, прижимая мою голень к мягкому месту под своей грудной клеткой.

Напряжение и наша близость заставили моё сердце тяжело стучать в груди. Связь тоже дала о себе знать, довольно вибрируя. Мы задержались так намного дольше, чем следовало, прежде чем Рокат разжал хватку. Отступить оказалось куда труднее, чем я ожидала.

Между нами повисло напряжение, густое, как тяжёлый туман, и я почти забыла, что Рапп и гончие всё ещё рядом, пока Рапп не разогнал это облако шуткой.

— Продолжайте в том же духе, и сегодня ночью я не смогу уснуть, — хохотнул он.

Жар медленно пополз по моим щекам, пока Рокат пронзал его убийственным взглядом.

— Ещё раз, — проворчал он мне.

Я потянулась к нитям своей памяти и попыталась выполнить одно движение за другим — и то, чему научилась, притворяясь Вагачем, и то, что Рокат показывал прошлым вечером. Его не устраивала моя небрежная техника, и он бесконечно ворчал о том, что его Везэто должны внимательнее следить за тем, как и чему обучают новобранцев.

Вполне в его духе.

Оставшаяся часть тренировки снова была посвящена основам: куда наносить определённые удары, как уходить от летящих в мою сторону атак, какие комбинации плавно сочетаются друг с другом.

Лишь когда я уже насквозь промокла от пота, он сказал:

— Ложись на землю.

— Прошу прощения? — выпалила я, распахнув рот.

Рапп завыл от смеха. Как ему удавалось находить ситуацию между мной и Рокатом настолько забавной, было выше моего понимания. У меня складывалось ощущение, что он болеет либо за то, чтобы мы поубивали друг друга, либо чтобы совокупились прямо у всех на виду. А может, и за оба варианта сразу.

Рокат сжал пальцами переносицу.

— Мужчина намного крупнее тебя, скорее всего, попытается повалить тебя на землю, где тебя легче всего контролировать. Я хочу показать тебе несколько способов вырваться, чтобы ты могла сбежать, если понадобится.

— Ох, — отозвалась я, и по моему лицу расползлась смущённая улыбка. Тыльной стороной ладони я вытерла пот со лба. — Я подумала, ты имел в виду кое-что другое.

— Я в курсе, — проворчал он, переводя взгляд на Раппа.

Я опустилась на землю, поморщившись, когда грязь смешалась с потом и сделала меня ещё грязнее, чем я уже была.

— Вот так?

— На спину полностью, — велел Рокат.

Я улеглась, пытаясь затолкать непристойные мысли о нём между моих бёдер в крошечную коробку, которую можно было бы запереть навечно.

Наша связь вспыхнула, когда он оседлал мои бёдра. Его буйные бордовые глаза на мгновение исчезли, пальцы напряглись, пока он пытался вернуть себе контроль. Желание, текущее между нами, было почти невозможно игнорировать, несмотря на все мои попытки.

Дурацкая связь истинной пары.

Разница в наших размерах должна была сделать так, чтобы под его весом меня просто расплющило, и всё же он давил лишь едва ощутимо. Тогда я поняла, что он не хочет меня пугать, что хочет, чтобы я чувствовала хотя бы подобие власти в этой ситуации. Моё сердце болезненно сжалось, когда его глаза вновь распахнулись и встретились с моими.