— Ты прав. Я до сих пор не могу принять такой уклад семьи, но каждый из них мне очень дорог.
— Тогда в чем сомнения?
— Я не могу в себе разобраться, люблю ли я их на самом деле или просто приняла ситуацию и их чувства.
— Со временем ты обязательно все поймёшь. Или полюбишь, если это ещё не произошло. Ни один из них не откажется от тебя и так просто не отпустит. Их любовь также глубока, как моя истинность.
— Скажи, если бы не истинность, ты бы обратил на меня внимание?
— Это сложный вопрос. Мы с детства растем в ожидании истинной пары. Это самый прекрасный момент в жизни, когда мы встречаем её. Я просто не представляю жизни без истинности. Найдя тебя я словно стал целым, нашел недостающий кусок души, которая была наполовину пуста. Я точно знаю, что без тебя уже не смогу полноценно жить и работать. Мне плохо даже от мысли, что ты исчезнешь из моей жизни или не примешь меня. Я знаю, что ты не чувствуешь истинность и я даже не очень понравился тебе с первого взгляда. Но если примешь меня, клянусь своей сутью, что сделаю всё, чтобы ты не пожалела об этом никогда в жизни.
От его слов я покраснела, кажется, до кончиков волос. Было неудобно, что он знает о том, что не сразу понравился мне и меня смущали его признания.
— Не надо стесняться, все хорошо и я приму любое твое решение. Я просто не смогу тебя неволить и заставить быть со мной. Ты должна сама к этому прийти, а я подожду. Теперь, когда нашел тебя, это не так тяжело. Пойдем ужинать, нас уже заждались.
Во время ужина мы спокойно общались с мужьями и планировали, когда полетим на Кагон. Если бы я знала, что нас там ожидает, сто раз бы подумала над тем, стоит ли туда лететь…
Было решено, что мужья возьмут отпуск на две недели, а вылет через три дня. Как раз успеют завершить дела и собраться. Сегодня я ночевала в общей спальне, чему мужья были несказанно рады и продемонстрировали, насколько им было одиноко здесь без меня. Надеюсь, Руват не почувствовал через истинность всего того, что творили со мной эти ненасытные мужчины, потому что я просто не смогу ему после этого смотреть в глаза.
День отлета наступил очень быстро. За это время Руват успел заказать нам аппараты как у него с переводчиком. Их нам передадут по прилёту, чтобы не возникло проблем с общением. Мы собрали вещи ещё накануне и вот всем составом едем на космостанцию. Для нас лично прислали отдельный транспорт, чтобы не терять лишнего времени и быстрее добраться до места. Лететь два дня. Малыш радовал хорошим настроением и примерным поведением, он словно чувствовал важность полёта на планету и не изводил, требуя повышенного внимания. На корабле мы с мужьями расположились в просторной каюте с несколькими иллюминаторами, в которые не отрывая взгляда смотрел маленький Кадит. Думаю, все же Тикашу придется исполнить обещание и брать его с собой в полёт, когда подрастет. В каюте была большая кровать, стол с двумя стульями, шкаф с несколькими отсеками и санузел. Руват расположился в соседней каюте, там обстановка проще, да и по размеру она поменьше. Я, конечно, уточнила у него, не обижается ли он, что я до сих пор не приняла его и он вынужден пребывать в другой каюте и ещё, что немаловажно, не принесет ли это урон его репутации и ненужные слухи. Но он успокоил, что все хорошо и никаких плохих последствий не будет. А то, что не приняла, то он готов ждать столько, сколько нужно. Самое главное, что я рядом и не отказываюсь от него, остальное для него отходит на второй план. Ну что за замечательный мужчина? Прямо идеальный.
Уже когда до Кагона осталось совсем чуть-чуть, я начала волноваться, странные предчувствия беспокоили настолько сильно, что даже мужьям не удавалось меня успокоить. Зато удалось Рувату, который некрепко обвил меня своим хвостом и прижал к себе, обнимая ещё и руками. Прямо спеленал.
— Все будет хорошо, Арина. Вы практически члены семьи правителя, там вам ничего не угрожает. У меня нет толпы поклонниц, так как все девушки растут в ожидании истинного, поэтому никто не будет строить против тебя козни. Твои мужья вполне влиятельные мужчины вашего мира, их тоже примут достойно. Что ещё тебе не даёт покоя? Попробуй объяснить и я тебе помогу успокоиться.
— Я не понимаю, что именно. Возможно, я просто себя накручиваю. Спасибо, Руват, твои слова действительно меня немного успокоили. Но перед посадкой все же не откажусь от лёгкого успокоительного.
На мой ответ мужчина кивнул, но из объятий не выпустил. Я знала, что он чувствует мои эмоции, наверное, ему тоже надо немного успокоиться. Не стала отталкивать его, положила руки на его змеиный хвост и прижалась щекой к плечу. Я все еще находилась в созданном им коконе, уютном таком и заботливом. И родном. За эти дни я успела к нему прикипеть всей душой, но это было немного другое, отличающееся от того, что у нас с мужьями, отношение. Без чрезмерной эмоциональности и страсти, Руват проникал мне глубоко под кожу и уверенно держал путь прямо к сердцу. Он словно знал заранее, какой подход ко мне будет максимально эффективным и уверенно двигался по этому пути. Мне нравилось моё состояние рядом с ним и его трепетное отношение ко мне. Мне нравилось разговаривать с ним и советоваться, не боясь быть неправильно понятой. Мне нравилась его безусловная любовь и терпение. Да и внешность его теперь мне казалась очень даже привлекательной, а не серой и скучной. Он чувствовал перемены во мне и тоже стал меняться, я чувствовала, что он открывается мне с каждым днём всё больше и больше. С его появлением мужья тоже стали более спокойными и расслабленными и, что меня удивило больше всего, более уверенными в себе.
Так, прижавшись друг к другу, мы настолько ушли в себя, что чуть не пропустили посадку. На посадочной площадке нас уже встречали несколько ламиар, которые при нашем появлении почтительно склонили головы. После этого Руват подал знак и нам всем, даже Кадиту, дали аппараты-переводчики, которые сделали специально для нас, адаптировав под наши уши. Тот формат, который на них (с длинной трубкой) просто не поместился бы в наши уши. Космостанция здесь несильно отличалась от той, что была в нашем мире Роторе. Нас посадили в транспорт, напоминающий лимузин и повезли в Логово. Именно так называется здесь дворец правителя. Пока ехали, мы все уставились в окна и наблюдали. Климат здесь действительно жаркий и влажный, растительность буквально везде. Небольшие дома полностью обвиты лианами, только окна и двери видны. Но дороги чисты, от них по краям идут прозрачные (похоже стеклянные) барьеры, которые сдерживают растения. Ламиары действительно эмоциональные, по крайней мере те, которых мы видели. При обращении они бурно жестикулировали руками, а их мимика была настолько живой и даже заразительной, что хотелось присоединиться к каждому встречному. А ещё они очень быстро передвигались, словно куда-то спешат. Хотя, может так оно и есть, наверняка узнать пока нет возможности. Мы приехали к пятиэтажному зданию, который напоминал обычные многоквартирные дома на Земле. Это и есть дворец? Очень интересно. Его особенность была лишь в том, что там самое большое количество этажей, а ещё он не был скрыт растениями. Здание и территория вокруг были полностью каменные и там не росла даже трава. Некий каменный островок среди густой растительности. Как только мы остановились возле главного входа и вышли из машины, на нас уставились несколько ламиаров, которые были возле дворца, но, увидев Рувата, быстро отводили глаза и ползли дальше по своим делам. Мне тоже хотелось на них вот так пялиться, но воспитание не позволяло, да и позорить Рувата не хотелось. Руват, к слову, как только мы оказались на его планете, очень сильно изменился. Взгляд его стал жестким и властным, плечи расправились, а эмоции стали и вовсе нечитаемыми. И куда делся мой ласковый змей? Словно прочитав мои мысли, он резко повернулся ко мне и подмигнул, мол все хорошо, для тебя я все тот же. Что ж, пусть будет так.
Дворец, к слову, внутри оказался более роскошным, чем снаружи. Окна казались изнутри больше, чем снаружи, коридоры просторные и светлые, везде красивые светильники, напольные вазы с ярким цветами. Через несколько поворотов мы дошли до неприметной, но широкой двери, в которую постучал Руват. Получив разрешение войти, он открыл дверь и, взяв меня за руку, прошел вперёд, мужья с ребенком, уснувшим на руках отца, сразу за нами. Это оказался кабинет правителя, которого мы сразу же узнали по золотому хвосту. Он сидел за столом, а кончик его хвоста метался из стороны в сторону рядом со столом. Похоже он нервничает или что-то его беспокоит. Увидев нас, он сначала застыл, отчего Руват немного напрягся и прижал меня к себе, обнимая за плечи. Мужья были за спиной и их реакцию я не могла увидеть, но вряд ли они были спокойны.
