— Наши женщины сами дают имена детям. Это большая редкость, когда родной отец может выбирать имя ребенку. Я даже не знаю, ничего в голову не приходит. Это слишком неожиданно, — растерялся он. Я подняла ребенка и дала карису в руки. Он весь напрягся и замер, не зная что делать дальше. Малыш спокойно лежал и буквально сразу уснул на руках отца.

— Я назову его Кадит, — посмотрел он на меня. Я согласно кивнула.

— Ты ведь не отберешь его у меня? — задала я волнующий меня вопрос.

— Конечно нет. Только если вместе с тобой. Скажи, ты тогда была со мной только из-за договора?

Я аккуратно положила ребенка обратно в бокс и посмотрела на Никота.

— Сначала да, а потом сама не заметила, как привязалась к тебе и Дэрдану. Все это время я часто думала о вас и очень скучала. Ты сможешь меня простить?

— Я места себе не находил все это время. Ты не представляешь, насколько плохо мне было без тебя. Ещё немного и моё сердце просто закаменело бы (тоже особенности расы, когда от переживаний они перестают чувствовать любые эмоции). Иди ко мне, Арина, — на этих словах он распахнул руки, приглашая в объятия. Ни секунды не думая обняла его и заплакала. Он гладил меня по голове и целовал в макушку, не зная как ещё меня утешить. Такими нас и застали мужья, которые не смогли долго ждать за дверью.

— Этот… Карис тебя обидел? — жёстко спросил Навир. Я скорее вытерла слезы и поспешила ответить.

— Он никогда не обижал меня. Это просто эмоции. Я просто счастлива, что мы наконец-то встретились и поговорили. Познакомитесь, это Никот, отец малыша Кадита. Никот, это мои мужья Навир и Абсат. Наверное, нам всем нужно будет поговорить, когда приедет ещё и Дэрдан. А сегодня нужно отдохнуть. Если честно, я устала.

— Сразу после родов ещё и такой серьезный разговор, неудивительно, — недовольно сказал Абсат. Между мужчинами витало напряжение. Поспешила их выпроводить и легла спать. Пусть сами там разбираются. Завтра нас уже выпишут домой, надо набраться сил. Кстати послеродовое восстановление здесь проходит за день, поэтому буквально сразу я уже смогу принимать мужчин. Выписка на следующий как раз по этим причинам.

На следующий день за мной приехали все четверо мужчин. Дэрдан выглядел хуже всех. Потемнел лицом, похудел, отчего его щупальца выглядели ещё крупнее. Сама не заметила, как бросилась в его объятия.

— Дэрдан, как я рада тебя видеть. Прости меня, прости, пожалуйста. Я так скучала по тебе, — говорила я сквозь слезы. А он застыл на месте ни на что не реагируя и не отвечая на объятия. Неужели он меня оттолкнет? Не простит? Меня мелко затрясло. Взяла его лицо ладошками и повернула голову ко мне. В его глазах тоже застыли слезы, но он их сдерживал.

— Я никогда больше не уйду от тебя, не смогу без тебя. Дэрдан, пожалуйста, не молчи.

Наконец он отмер и крепко сжал меня в объятиях.

— Что я сделал не так, Раока? Почему ты ушла?

— Я просто испугалась. Я забеременела и не нашла ничего лучше, чем сбежать. Я такая глупая. Ведь можно было просто сесть и обсудить все. Мне казалось, что у меня обязательно отнимут малыша и я сделала то, о чем теперь так жалею.

— Теперь я никуда тебя не отпущу. Без тебя было слишком плохо. Никогда не чувствовал себя настолько беспомощным.

После этих слов он впился в меня жестким поцелуем, словно наказывая и показывая, насколько сильно он скучал. Я отвечала ему и не сопротивлялась. Поцелуй прервал Абсат, сообщив, что и здесь репортёры нас не оставили в покое. Решили все вместе поехать домой. Для малыша там уже готова детская. Ребенка на руках гордо нес Никот. Мужчины в первое время косились на него. Ну да, угрюмый, весь в шрамах и очень крупный мужчина. Но увидев, что я не обращаю внимания на его внешность и доверяю, успокоились. Да и сам он словно перестал переживать о своих шрамах и не прятал их. Теперь это выглядело наоборот, словно он специально их демонстрирует, чтобы отпугивать остальных. Дома слуги быстро накрыли нам обед. У нас был передвижной бокс для ребенка, типа коляски и малыш находился рядом. Обедали в тишине. Но я заметила, как переглянулись карис с пинаром, увидев мой аппетит и то, как я уплетаю мясо. Да-да, таблеточки и желе мне не очень нравились. Ем, даже не переживая за фигуру. Она, кстати, должна вернуться в прежнее состояние примерно через неделю, хоть здоровье уже в порядке. А пока у меня есть бока и животик. Но они не сильно портят силуэт.

От лица Никота

Я уже много лет работаю в судебной системе. Представители моей расы и касты самые лучшие в этом деле. У нас есть особая интуиция, которая помогает при рассмотрении дела. Очень часто пытаются оклеветать невиновных или подкупают, чтобы провели вместо виновного срок… В общем много разных ситуаций, когда доказательства говорят одно, а интуиция другое. Именно это чаще всего помогает разоблачать преступников.

На одном из судебных заседаний я получил увечия. Молодого кариса долгое время поили всякими препаратами, чтобы на суде он был послушным и признал себя виновным. Только преступники, видимо, переборщили с дозой перед процессом и получился обратный эффект. Во время дачи показаний он резко возбудился и начал нападать на присутствующих. Остановить его удалось только мне, так как по силе Я единственный мог с ним справиться. Однако обезумевший карис ранил мое лицо и шею рогами. Я потерял сознание только тогда, когда обезвредил его. А потом уже очнулся у медмаков с обезображенным лицом.

Естественно, это оставило свой отпечаток на моем характере.

Если раньше за мной бегали женщины и даже их мужья с уговорами вступить в их семью, то теперь меня шарахались. После нескольких жалоб, мне пришлось заказать индивидуальную маску на лицо, чтобы не пугать окружающих своим видом. Очередь из желающих принять меня в семью исчезла. Я ни о чем не жалел. Это говорило лишь о том, что всех привлекали моя внешность и статус. Но теперь без внешней красоты, даже мой статус отошёл на второй план. Если это было плюсом, то минусом стало то, что я не мог найти себе даже фашу для удовлетворения мужских потребностей. Увидев меня, они или сразу уходили, даже не подписав договор, либо лежали как неживые и тут же сбегали после выполнения условий. В таком случае, даже если интим был, то он не доставлял нужного удовольствия. Все поменялось, когда ко мне пришла очередная фаша. Она была просто потрясающей красоты, но какая-то бледная и с потухшим взглядом. Договор подписали быстро. Было ощущение, что ей вообще все безразлично, даже моя внешность. Но что-то в ней было такое, что отличало её от других. Во время близости она действительно возбудилась и даже стонала, обнимая меня, только в конце буквально на минуту затихла, но я не обратил на это внимания, потому что после этого она проявила себя очень страстной девушкой. Когда она притянула меня к себе, застонав прямо в ухо, я не сдержался и бурно кончил. Что ж, она заслужила даже больше раксов, чем я платил остальным, о чём я ей сообщил и ушел в соседнюю комнату, где остался на ночь. Всю ночь я думал о ней и хотел вернуться, но не мог после такого увидеть страх на её лице, поэтому не решился пойти к ней снова.

Рано утром она ушла, наняв такси. Я решил собрать о ней информацию, ничего необычного. В разводе, десять лет работает фашей, бесплодна. Дальше копать не стал.

В следующий раз я увидел её в ювелирном магазине, она с восторгом смотрела на витрины с украшениями. Примерила одно, но быстро сняла и пошла дальше по рядам. В итоге купила кольцо и ушла. Я не мешкая купил цепочку, которую она примеряла, видимо её смутила цена, дорогое украшение, но не для меня. Не знаю, встретимся ли мы снова, но я обязательно подарю ей его. Не удержался и отправил ей запрос на браслет ещё раз. Не знаю на что надеялся, вряд ли она согласится. Проклятье, не думал я, что какая-то фаша будет занимать столько мыслей в моей голове. Пора включаться в обычную жизнь, у меня накопилось много дел.