— Если он не перейдет границы дружбы, то мы не будем препятствовать вашему общению, — сказал Никот. Остальные на его слова синхронно кивнули. Хотелось хихикнуть на его слова и реакцию остальных, но пришлось проглотить смешок, это было бы неуместно сейчас. Это мой шанс не потерять друга, ведь других у меня практически и нет.

Так и прошли несколько месяцев семейного счастья. Мы стали больше открываться друг другу и общаться. Раз в неделю у нас был традиционный «выход в свет». Малыш рос буквально в ускоренном темпе и уже уверенно сидел, пытался ползать и говорил простейшие слова типа «мама, папа, дай, там, нельзя, пока, бо-бо». А ещё у него появились зубки. Сразу десять, четыре сверху и шесть снизу. Теперь у нас все было испробовано «на зуб». Следы зубов находили даже на ножках стульев и другой мебели, не говоря уже об игрушках. А ещё у него чесались рожки, которые уже начали проклевываться. Никот привез специальную мазь, которая снимала зудящие ощущения и боль. Примерно с годовалого возраста, ему с отцом надо будет пожить отдельно, чтобы научиться контролировать энергию карателей. Примерно полгода. Она очень опасна, если вовремя не научится ее сдерживать и правильно использовать. Когда родного отца нет рядом, то для этой цели нанимали специального учителя именно этой расы и касты, за очень большие деньги. Почему в год? Именно в этом возрасте просыпаются расовые особенности. Медики выяснили, что с энергией, которую научились использовать сразу же при его зарождении, в дальнейшем легче взаимодействовать, чем с той, которую обуздали позже. Во втором случае энергия требует беспрестанного контроля и усилий, тогда как в первом варианте энергия сразу становится совершенно послушной частью кариса. Я таких нюансов не знала. Вряд ли я смогла бы оставить годовалого сына с учителем на целых полгода одних. Хорошо, что рядом будет родной отец, у них есть особая связь и ему я спокойно доверю ребенка, хоть и буду скучать и переживать.

Привычная жизнь поменялась, когда мужья начали приходить с работы хмурые. Они ничего не объясняли, говоря, что это из-за работы. У всех сразу трудности на работе? Странно. Они пытались делать вид, что все в порядке и даже улыбались. Но я-то видела, что что-то не так. Расспросы были бесполезны, поэтому я бросила это дело и просто наслаждалась семейной жизнью, хоть и беспокойство съедало изнутри. Когда придет время, сами расскажут, главное, чтобы не было поздно. Примерно через неделю по домам начали ходить медики и проверяли всех детей, которые родились в последний год-полтора. Объяснили это обычным осмотром, но в душе кольнуло странное предчувствие. К нам тоже пришли и осмотрели Кадита. Малыш был здоров и весел.

— Что ж, у малыша все хорошо, мальчик развивается в соответствии с возрастом. Скажите, а это единственная Ваша беременность и роды? Может быть сейчас Вы в положении?

— Нет. Это первый и единственный ребенок. Других беременностей не было и нет. Я до его рождения вообще считалась бесплодной.

— И как же Вам удалось вылечить недуг?

— Никак. Моя беременность стала для всех шоком, — не стала вдаваться в подробности с бывшими мужьями.

— Сейчас все хорошо?

— Думаю, что да. Медмаки сказали, что я полностью здорова.

— Хорошо, нам пора идти. Спасибо, что не препятствовали осмотру ребенка и ответили на наши вопросы. До свидания.

— До свидания.

После их ухода уже требовательно посмотрела на Никота и Абсата, которые были в этот момент дома. Что вообще происходит? Но мужья не сдались и притворились, что все в порядке и ничего необычного не происходит.

Сдались они только тогда, когда в мире объявили предвоенное положение и дали жителям планет неделю, чтобы завершить дела и вернуться на свою планету, если те были в других. Курортная планета резко опустела. Через неделю поступил приказ не покидать территорию дома и по возможности работать удаленно. У нас только Навир и Дэрдан все так же ездили на работу. Абсат и Никот работали из дома. В один из вечеров я не выдержала накала и устроила истерику. Такой они меня видели впервые. Пытались успокоить и перевести разговор в другое направление, в постель, разумеется, но я не сдалась и им пришлось рассказать.

Оказывается с одной из закрытых планет, которая не относится к Ротору, много лет назад был заключён договор. Там существует понятие истинной пары и если они почувствуют пару в нашем мире, то им дадут встретиться. Пару они начинают чувствовать чаще всего сразу после его рождения и в основном это были младенцы, поэтому дальнейшие разговоры велись с его родителями. Примерно год назад младший брат одного из правителей почувствовал истинную в нашем мире и обратился к нашим главам. Ребенка вычислить не удалось. А представители закрытой планеты начали давить и несколько месяцев назад перешли к угрозам. Что-то из этого рассказа меня смущало, но сформировать мысль не получалось. У нас сын, значит наша семья не при чем, так меня успокаивали мужчины. Тогда почему на душе так неспокойно? После этого разговора в нашей семье напряжение немного спало. Но сама обстановка в мире не давала полностью расслабиться.

Найденыш

Наша жизнь потекла в привычном режиме. Мы теперь не гуляли по берегу моря, но с малышом каждый день выходили на зону отдыха. Он загорел и его цвет кожи стал ещё темнее. Я ласково называла его угольком. Мужья были горячими и страстными и при любой возможности зажимали меня по углам, а по ночам из спальни доносились наши стоны удовольствия. Так и повторно забеременеть недолго.

В один из дней малыш вел себя неспокойно и я не выдержала, вместе с Никотом повели его на прогулку по берегу моря. Прогуливаясь обнаружили на берегу мужчину без сознания. Я взяла на руки малыша, а Никот мужчину и мы поспешили вернуться в дом. И в этот момент на наши браслеты пришло сообщение от Навира, чтобы мы ни в коем случае не выходили из дома, в мир было вторжение представителей закрытой планеты Кагон. Поздно, милый. Похоже нас ждут приключения.

Абсат вышел на шум и тут же бросился помогать Никоту. Мужчину уложили на кровать в одной из комнат на первом этаже и принялись приводить его в чувство. Я пошла кормить малыша и укладывать спать. Пришла к мужчинам примерно через час. Абсат и Никот общались через ободок с Навиром и Дэрданом. Найдёныш спал, периодически вздрагивая и сжимая кулаки. Крупный мужчина, кожа светлая, волосы серебристые. Брови и ресницы тоже. Если не присмотреться пристально, то можно подумать, что это уже старый мужчина, но на самом деле это не так. Рубашка застегнута наглухо непонятными застёжками, видимо, мужья просто не смогли её расстегнуть. Брюки обычные темные. На столе рядом с ним лежит непонятный аппарат, похожий на наш слуховой, но с продолговатой трубкой, и ещё небольшой предмет, напоминающий наш компас. Только её стрелка почему-то указывала на меня. Странно. Даже специально поменяла положение, подойдя ближе к мужьям, стрелка — за мной. Брррр. Мужья уже отложили ободки и стали смотреть то на меня, то на загадочного мужчину. Интересно, это фарик, как и я? Тут он решил подать признаки жизни и что-то пробормотал, слова невозможно было разобрать. Подошла к нему ближе, желая проверить, нет ли у него жара. Медленно протянула руку, а он резко схватил ее и открыл глаза. Он уставился на меня серыми глазами и тихим голосом сказал:

— Миана талалиэла динилэ.

Так, давайте обойдёмся без всяких там «тали-лалай», рука болит вообще-то.

— Все хорошо, я просто хотела проверить твою температуру, отпусти меня, пожалуйста, — сказала я успокаивающим тоном, словно ребенку, указывая на свою руку. Мужчина тоже повернул голову и увидел, что крепко держит меня. Быстро разжал пальцы, отпуская меня и смотрел на мое покрасневшее запястье с ужасом в глазах. Мои мужья успели встать у меня за спиной и были готовы в любой момент обезвредить его. Загадочный мужчина это тоже заметил, особенно хмуро он смотрел на Никота. Он снова сказал что-то на своем тарабарском, после чего мужья указали ему на столик у кровати, где лежали его принадлежности. Он быстро осмотрел «слуховой аппарат» и вдел его прямо трубочкой в ухо, только маленькая колоночка осталась видна. Ого! Интересно, что там ещё может поместиться? Потом он обратил внимание на свой «компас», который указывал на меня и улыбнулся.