Он оглянулся и увидел, как Эрика ухмыляется, а красные облака чернеют, становясь угрожающими. Внезапно хлынул ливень такой силы, что песок превратился в почву, кишащую червями и жуками.
Калэп почувствовал, как пульсирует и растет. Его голова начала раскалываться, череп разошелся - он распускался, полный крови.
Ветер вдруг изменился. Эрика ахнула, когда Калэп повернул голову настолько, чтобы увидеть гигантского шмеля, кружащего над ним. Гигантское насекомое опустилось на Калэпа, приземлившись на обнаженную мозговую ткань. Он почувствовал, как оно высасывает жидкости.
- Видишь, через что я прохожу каждый раз, когда Он в таком настроении?
- Какой мрачный мир, - заметила Эрика, наблюдая, как плоть Калэпа превращается в мутную жижу.
- Я называю его Психотикой, - прохрипел Калэп.
Эрика приблизилась, сунула палец в его сиропообразную массу и облизала его.
II. СТАНОВЛЕНИЕ
Тело Калэпа наконец регенерировало, когда его чувства захлестнуло чудесное ощущение.
- Боже мой, я хочу секса.
Эрика странно посмотрела на Калэпа и спросила:
- Почему?
- Посмотри вокруг.
Бесплодная, изуродованная равнина сменилась спальней с зеркалами, плетками, цепями и наручниками. На полке у дальней стены стояли баллончики со взбитыми сливками. На резиновом коврике в ряд лежали вибраторы и дилдо разных размеров - от маленьких до огромных - и толстые, усеянные шипами презервативы.
- О, Боже, ты прав, - прошептала Эрика и начала исследовать свое обнаженное тело.
Калэп смотрел, ошеломленный переменой своей участи.
- О, Великий Коварный, - сказал Калэп, складывая руки в молитве и опускаясь на одно колено. - Позволь мне пережить этот блистательный миг в твоем мрачном мире. Хотя бы мгновение наслаждения перед новыми муками.
Эрика провела пальцами по телу, нежно лаская изгибы. Она, казалось, возбудилась от шелковистой гладкости собственной кожи. Он видел, что она хочет почувствовать внутри что-то твердое, что будет терзать ее, взрываться внутри.
Она схватила баллончик со взбитыми сливками и брызнула себе на талию, нежно втирая их в плоский живот и ниже, в темную ложбинку между бедер.
Калэп почувствовал, как пульсирует его эрегированный член. Он схватил наручники и защелкнул их на ее запястьях, приковав каждую руку к столбику кровати. Он раздвинул ей ноги, а она хихикала, соблазнительно извиваясь на шелковых простынях.
Калэп вонзился в нее, бешено завывая. Он вколачивался сильно, сильнее, тяжело дыша, закатив глаза. Он открыл их, ожидая, что Бог подшутит и заставит его трахать животное или чересчур тучного карнавального урода, который укачает его, как младенца, в гигантских складках гниющей плоти. Но к его удивлению, Эрика смотрела на него, облизывая губы и ногами притягивая его ягодицы глубже в себя. Она закричала, дергая наручники и обвивая стройными ногами его спину, когда он вбивался все сильнее.
- Дай мне дилдо, - прошептала она, наклоняясь к нему и запуская язык ему в ухо.
Впервые он почувствовал, что контролирует ситуацию, и мысль взять дилдо показалась ему плохой идеей - слишком много сценариев могло открыться, ведущих к очередной больной сцене психического и физического насилия.
Но потом он подумал: А что, если Он действительно исполнил мое желание? Тогда это будет намного острее.
Калэп рискнул и потянулся к самому большому дилдо на коврике над изголовьем. Едва он успел протянуть его ей, как Эрика засунула его в рот и проглотила целиком.
Сознание Калэпа пошло вразнос. Он вонзился глубже, еще безумнее. Он ощутил первый прилив экстаза, вбивая ее в изголовье. Стена за ними вдруг провалилась в пустоту тьмы. Холодный воздух разметал каштановые волосы Эрики, а Калэп почувствовал, как щекотное ощущение поднимается из глубины.
- Да, да! - заорал он в пустоту.
Калэп кончил через нос. Глаза заслезились. Губы потрескались и покрылись волдырями.
- Нет! - закричал он, чувствуя, как яйца распирает от давления. - Почему я? Хотя бы раз я хочу быть свободным от Тебя.
Влагалище Эрики втягивало его член все глубже, давление росло.
- Прекрати! - заорал Калэп, наконец выдернув член и отползая от нее.
Он сел на край кровати, разглядывая свое мужское достоинство. Член давно съежился, зато яйца раздулись, словно два фиолетовых воздушных шара. Калэп отвел взгляд от Эрики, которая извивалась, дико мастурбируя прямо перед ним. Любые мысли о ней лишь усиливали опухоль. Он попытался думать о чем-то отвратительном, но в голову лезла только Эрика. Когда Калэп снова открыл глаза, рядом появилась другая женщина - темная кожа сияла в полумраке. Соски ее затвердели, она навалилась на Эрику, медленно облизывая ее живот и поднимаясь к груди.
Женщина остановилась и повернулась к Калэпу.
- Имей нас обеих, Калэп, - приказала она. - Одновременно.
Калэп глянул на свои яйца размером с мяч для софтбола - и увидел, как они взрываются, разбрасывая две мясистые пули в воздух. Темнокожая женщина прыгнула с кровати, поймав одну зубами. Вторая отскочила от дальней стены, оставив на ней крошечное кровавое пятно. Из темного угла тут же выскочила мышь и принялась грызть другое яйцо, словно сырный шарик.
Калэп пошевелил сплюснутой мошонкой, чувствуя себя побежденным и глубоко подавленным. На кровати странная женщина обнажила свой девятидюймовый язык и мгновенно довела Эрику до оргазма. Затем Эрика заковала ее в наручники, высекла до полной покорности и покрыла взбитыми сливками с вишенками. Эрика покусывала ее тело, запуская пальцы в нее, а та кричала в экстазе.
Калэп снова почувствовал, как наливается, но когда он посмотрел на себя, то увидел два светящихся глаза, глядящих из пещеры его мошонки.
III. РАЗРУШЕННЫЙ МОСТ: ПОРТАЛ К ПЕРЕМЕНАМ
Калэп несколько раз пытался покончить с собой, пока был заперт в Психотике. Каждый раз он обнаруживал, что его мысли и желания были лишь подброшены ему, чтобы позабавить Великого Коварного. Он отверг Эрику после той ночи, но поймал себя на том, что наблюдает за ней в надежде, что гнев божества обратится и на нее. Но, будучи красивой женщиной - живой и эротичной, - она вряд ли существовала как источник боли. Возможно, Владыка просто придумал себе извращенную секс-игрушку или очередное орудие для окончательной гибели Калэпа.
Калэп чувствовал запах собственной кончины. Это было лишь вопросом времени. Создатель никогда не задерживался на одном пробуждении. Обычно Он будил Калэпа, играл с его разумом, издевался, а затем отправлял обратно в ремиссию. Ему нравилось действовать быстро и без лишних церемоний. Калэп видел это раз за разом.
Калэп сидел со слезами на глазах у обрыва разрушенного моста. Он прошел по его пути, ощущая под ногами гладкую текстуру щепок из костей. В темной пустоте на самом обрыве он увидел мерцающую стену - она намекала на цвета и жизнь за пределами тюрьмы Психотики. Статические волны разгоняли тьму и исторгали звуки, похожие на смех.
Или это были крики?
Сидя на корточках у края, он ощутил рябь отдельных измерений. Теплая влажная полость обхватила его руку, мягко заманивая. Он оглянулся на песок и красное небо и задумался, ждет ли его по ту сторону моста то же самое. Может, это выход - или очередная ловушка? Действительно ли это вход в главный мир или просто жестокая иллюзия, которая принесет Калэпу еще больше боли и разочарования?
- Нет ничего хуже ожидания, - напомнил себе Калэп.
Он подумал об обнаженном теле Эрики и о том, как все еще хочет ее, но отогнал эту мысль и закрыл глаза.
Он шагнул в пульсирующую пустоту, чувствуя, как приземляется в жидкость и тьму. Он забарахтался, ощущая, как тело внезапно меняется. Руки и ноги сжимались, тело плавилось само в себя. Позвоночник сокращался, и сзади рос длинный тонкий хвост.
Он плескался в теплых жидкостях канала, бешено плывя против течения. Снизу и сбоку появились другие существа с округлыми головами и извивающимися хвостами.
