— Что?

— Мне нужна какая-нибудь личная вещь Фелисити. То, с чем она часто соприкасается. Расческа, ночная сорочка... да хоть исподнее. Что-то в этом роде.

Кларисса удивленно, и даже чуточку возмущенно, подняла брови.

— Зачем?

— Мне нужно проверить связана ли Фелисити с темной магией. Для этого нужна ее вещь. А вы живете с ней в одной комнате и сможете взять ее незаметно.

Кларисса помолчала, обдумывая мою просьбу.

— Хорошо, я попробую, — согласилась наконец она. — Только... она точно не догадается?

— Просто возьмите, когда она не видит. Скорее всего он хватится потом, но будет уже поздно.

Кларисса вздохнула.

— Хорошо. Я что-нибудь придумаю.

Матушка ушла оставив меня одну.

Сидя на кровати, я смотрела на перевязанную руку.

Голова пока не болела. Но это пока.

Может, Фелисити не создавала болезнь, она просто усиливала, ускоряла то, что должно было случиться. Или нет?

Я прикрыла глаза.

В любом случае, она опасна. И я должна ее остановить пока не стало поздно.

Но пока у меня были и другие дела.

После ужина я собиралась поговорить с Корвином, чтобы он пошел ночью со мной в подземелье.

Как только я думала о подземелье, как иду туда ночью, одна, к горлу подступал страх.

Я представила сырые стены, паутину, грызунов, которые шуршат в темноте. И еще что-то, чему я не могла дать название. То, что не показывалось днем, но активно рисовало мое воображение.

Тряхнула головой отгоняя жуткие картины. Глупости все это, конечно.

Но одной идти не хотелось. И если быть честной, это было не просто "не хотелось", я по-настоящему боялась.

Значит, нужен кто-то, кто пойдет со мной.

Корвин отлично подходил на роль защитника. Большой, сильный дракон, генерал. Даже больной и уставший, он воплощение силы. К тому же это в его интересах. Без плесени я не смогу приготовить лекарство. А оно пока единственный проблеск в его лечении.

Корвин остался на кухне, они с полковником Гарретом сидели за столом, пили чай, о чем-то негромко переговаривались.

Кларисса уже поднялась к себе, Фелисити, разумеется, последовала за ней. А Бенедикт и Марта закончили уборку и отправились отдыхать. На кухне остались только Корвин и Гаррет.

Я вошла, помедлив у двери, потом подошла к столу и мужчины прервали беседу повернувшись ко мне.

— Мне нужно в подземелье, — произнесла я, глядя на Коврина. — Кое-что собрать для лекарства.

— Что именно? — равнодушно уточнил Корвин.

— Травы… особые, — ответила я уклончиво. — Их ночью собирают, при полной луне.

— И?

— И я не хочу идти одна, — выдохнула я. — Составишь компанию?

Он молча смотрел на меня, слегка прищурившись. Потом покачал головой.

— Нет.

В смысле, нет?!

Я растерялась. Попросту не ожидала отказа.

— Почему? — уточнила я не в силах скрыть возмущения в голосе.

— Не могу, — бросил он коротко и поднялся. — Полковник, завтра обсудим остальное.

Гаррет кивнул. Корвин вышел, даже не взглянув на меня.

Я осталась стоять, чувствуя себя неловко. Гаррет отхлебнул чай и посмотрел на меня с сочувствием.

— Леди Розалинда, вы не подумали о том, что генералу тяжело в этом замке? Он впервые здесь после тех страшных событий. А подземелье... — он помолчал, — именно там казнили его семью.

У меня все внутри сжалось.

— Я не подумала об этом, действительно, — призналась я.

Да уж, если посмотреть с этой стороны, моя просьба была… Это жестоко заставлять Корвина идти туда со мной.

— Он не привык показывать боль, ведь он суровый генерал Мерквуд, — Гаррет вздохнул. — Но это не значит, что он ничего не чувствует.

Я помолчала, обдумывая. Да, Корвин привык скрывать боль, это уж точно. И все же я не хочу идти в подземелье одна. Мне все равно нужен кто-то, кто пойдет со мной.

— А вы, полковник? Вы не могли бы пойти со мной?

Гаррет усмехнулся.

— Я-то могу. Я бывал в местах и пострашнее здешних подземелий. Да и темноты не боюсь.

— Спасибо, — выдохнула я с нескрываемым облегчением.

— Когда идем?

— Скоро, ближе к полуночи, как луна поднимется выше. Я возьму фонари и все необходимое.

Гаррет допил чай.

— Тогда я подожду здесь или нужна моя помощь?

— Я справлюсь, спасибо, полковник.

Он остался на кухне. Я налила Гаррету еще чая и пошла собираться.

В кладовой я взяла два фонаря, корзину, в которую сложила нож и несколько баночек для плесени.

Примерно через полчаса мы спустились в подземелье. Гаррет шел впереди с фонарем, я за ним со своим. В другой руке у меня была корзинка с ножом и банками, которые позвякивали при каждом шаге. В тишине этот звук казался оглушительным.

Скользкие от сырости каменные ступени вели вниз. Стены покрывал мох, с потолка по ним стекала вода. Фонари отбрасывали длинные, дрожащие тени, и они ползли по стенам, будто живые.

Паутина цеплялась за лицо несмотря на то, что я проходила тут утром. Я отмахивалась, но она липла к рукам и волосам. Пыль клубилась под ногами.

Мы дошли до большого зала с цепями. Гаррет остановился и огляделся.

— Жутковато здесь, — сказал он тихо. — Я бы не хотел сюда возвращаться.

Я подошла к стене, где росла плесень. В узкие окна под самым потолком пробивался бледный, лунный свет. Он падал на камни, и плесень в этом свете казалась живой, переливаясь синевой.

Я достала нож и начала срезать.

— Много это займет времени? — поинтересовался Гаррет, просто чтобы разбавить тишину, чем из любопытства.

— Немного, — ответила я.

Вдруг где-то в глубине одного из коридоров послышался звук. Шорох, будто кто-то волочил ноги по камню.

От страха сердце пропустило удар. А потом забилось быстро-быстро.

— Вы это слышали? — пробормотала я.

Гаррет тоже замер, прислушиваясь.

Звук повторился, теперь казался ближе. И к нему добавилось что-то напоминающее тонкий, протяжный стон. Будто кто-то плакал в темноте.

— Что это? — прошептала онемевшими от страха губами.

— Не знаю, — бросил Гаррет, вглядываясь в темноту. — Может, какое-то зверье устроило себе тут логово на ночь.

Мне показалось, что тени на стенах задвигались. Я не могла понять, от фонарей это или от чего-то другого. Цепи, висевшие у стен, чуть слышно звякнули. Хотя ветра в подземелье не было.

Гаррет шагнул в сторону звука.

— Полковник, — окликнула я, — не ходите.

— Нужно проверить, — ответил он. — Если это лисица или барсук, то не страшно. А если это медведь… Сидите здесь, леди Розалинда.

Он ушел в темноту. Его фонарь светил все слабее, потом мощная фигура полковника растворилась в черноте.

— Полковник! — крикнула я громче.

Но ответом мне была лишь тишина.

Я осталась одна.

— Полковник! — позвала я снова.

Никого.

Мне показалось, что из стен выходят черные бесформенные фигуры похожие на людей. Они тянули ко мне руки, шептали что-то неразборчивое.

— Зачем ты здесь? — услышала я шепот.

— Зачем? — повторил другой голос.

Я зажмурилась, прижалась к стене. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание перехватило.

Ждать больше не было сил. Я подхватила фонарь, корзинку с баночками, которые уже наполовину наполнила плесенью, и пошла в ту сторону, куда скрылся Гаррет.

Коридор разветвлялся. Налево, направо, прямо — везде было темно, везде одинаковые стены. Я свернула налево, потом направо, потом еще раз.

Шаги гулко отдавались в тишине. Тени не отставали, они двигались по стенам, тянулись ко мне и шептали.

— Сюда... не туда... потерялась...

Я зажимала уши, но голоса звучали внутри головы.

Ветка коридора привела в тупик. Я развернулась, пошла назад. У поворота снова тупик.

Я заблудилась...

Паника накрыла с головой. Я дышала часто, прерывисто, фонарь дрожал в руке, баночки дребезжали. Где выход? Где Гаррет? Где я вообще?

— Полковник! — крикнула я в темноту.

Но я услышала только шепот: