Я не знал, что делать. Мысли у меня разбегались. Я понял только одно: за мной идёт охота, и просить у кого-то помощи — рискованно. Я торопливо осмотрел Эреба и вообще впал в отчаяние. Но, одна дельная мысль меня всё же посетила.

«Я разберусь с этим покушением», — думал я, — «Но мне нужно время, и место, где я мог бы отсидеться. И ещё мне нужно сделать так, чтобы я мог лечить своего дракона». Отличная мысль, не правда ли? Вот только, как это сделать? Ответ пришёл сам собой: надо выдать себя за лекаря! Конкретно, за лекаря фамильяров! Нельзя сказать, чтобы я был полный профан в этом деле. В походах случается всякое, и мне порой приходилось оказывать помощь фамильярам при разных обстоятельствах. Чаще — при ушибах, переломах, ожогах, проклятьях… ну, боевых ранениях. И я почему-то был уверен, что легко справлюсь и с бытовыми болезнями. Кто же знал, что тут всё так… сложно? А идея-то была превосходной! Уехать в захолустье, где никто никогда не видел моего лица. Объявить себя лекарем, а значит, ни у кого не возникнет вопросов, почему это я закупаю лекарства бочками? И даже, если спросят, я могу ответить, что оптом — дешевле! А сам возьмусь за лечение своего друга. Чем плохой вариант?

Денег у меня с собой было, правда, не слишком много, но я вспомнил, что недавно давал в долг одному приятелю полсотни солеритов, и как раз подошёл срок возврата долга. Я собрал всё, что мог собрать в лечебнице; лекарства и медицинские инструменты, документы и книги, и вообще всё, что на мой взгляд, могло пригодиться… получилась изрядная куча! Через пространственный портал переправил всё в одну пещеру, в горах, где мы с Эребом любили скользить над склонами — чудесные виды там, просто чудесные! Переправил туда же и самого Эра. А потом, тщательно подтерев все астральные следы, сотворил ещё один портал, уже к другу. За деньгами. Это оказалось отличным решением! Новый портал совершенно скрыл следы старого. Я, честно сказать, боялся, что по моим следам нагрянут преследователи, но нет. Моих следов не нашли.

А потом я поехал в глушь. Искать пристанища. Уже не используя магию, а в обычной наёмной карете. Опять же, чтобы не оставлять следов. И вот, я здесь. В полной уверенности, что остался никем не узнанным. Взяв себе чужое имя — имя моего друга, Фредерика Рея. В надежде, что в тишине и покое я наконец-то решу загадку с покушением. Н-да…

Призрак, до этого висевший неподвижно, неожиданно подлетел ближе к Крейгу, и торопливо сунул в него свои руки. На этот раз он не пытался совершить полное слияние и, в самом деле, ему оказалось достаточным.

— Ты поступил совершенно верно, мальчик мой, — заговорил призрак глухим, надтреснутым голосом, — И я нисколько не обижаюсь, что ты опустошил мою лечебницу. Меня убили незадолго до покушения. Ни за что, просто, чтобы я не мог подать тебе знак или сигнал. Если бы ты заглянул за конюшню, то нашёл бы мой труп. Так что, мне эта лечебница была уже — увы! — ни к чему. И совершенно верно, что ты взял моё имя и мои документы. А я… Не буду описывать первые три дня. Вам оно ни к чему, а мне… неприятно! А потом я понял, что не умер окончательно. И меня постоянно грызло чувство незавершённости. Что не найти мне покоя, пока я чего-то не сделаю. И тянуло, тянуло… Я и полетел, куда тянуло, пугая редких встречных. Я тогда был ещё вполне видимым, и даже почти осязаемым… Это была долгая дорога! Ты забрался в порядочную глушь, мой мальчик! И я слабел, слабел… но я добрался до тебя! И понял, что всё было не зря. Мы вылечим твое друга, поверь мне! Мы уже на пути к исцелению! Жаль только, что я не могу подсказать тебе разгадку, кто же на тебя напал…

— Это император, — кратко сказала я.

— Почему ты так решила? — вскинулся Крейг.

— Потому что, в глубине души, вы все тоже это знаете — пожала я плечами, — Потому что по всей стране рыщут имперские сыщики. Вспомните господина Серпенсия! Вы думаете, такое возможно, минуя императора? Потому что эти сыщики рыщут конкретно, среди лекарей фамильяров. Если бы император был не при чём, он не знал бы про разорение лечебницы Фредерика Рея. Это ещё хорошо, что никому и в голову не пришло, что вы совершите такую глупость, как взять себе имя своего друга! Это такая нелепость, которую ваши преследователи сразу же отбросили из своих расчётов, считая вас гораздо умнее, иначе вы были бы давно мёртвым. Надо же было догадаться? Фредерик Рей убит, его документы пропали, и вот он — Фредерик Рей, который фактически не может быть Фредериком Реем! Кто же это такой? Дайте минутку подумать… Ох, сударь, вы совершили такую глупость, которая оказалась умнее всего! Но, хуже всего то, что теперь же ничего не переделать. Когда-нибудь Серпенсий будет вынужден вернуться с пустыми руками и дать полный отчёт о своих поисках. И тогда имя Фредерика Рея, скромного лекаря из Нижнего Волока, обязательно всплывёт на поверхность. А это значит, что времени у нас не слишком много.

— Успеем… — неуверенно протянул Крейг и взглянул на призрака.

— Полагаю, успеем, — согласно кивнул тот, — От силы, неделя, и дракона можно будет потихоньку поднимать в воздух. А там, ещё неделя, и — фьють!

— Куда «фьють»? — поджала я губы, — Если господина Крейга по всей стране ищут?

— Но… почему ищут⁈ Почему император так поступил… если ты права?

— Я права, — уверенно заявила я, — А вот, почему… Не знаю! Буду думать. Когда придумаю — скажу!

— А когда ты придумаешь?..

— Откуда я знаю⁈ — возмутилась я, — Когда меня очередная гениальная мысль посетит! А сейчас давайте делом займёмся. Кстати, хозяин, напоминаю, вывеску нашу уже можно отклеивать и перевешивать. Хватит посетителям по всем коридорам топтаться. Эти коридоры, они сами себя не вычистят! И давайте договоримся, что мы все будем продолжать называть вас Фредериком Реем. Чтобы не допустить случайной оговорки. А господин призрак пусть будет Ворчуном.

Надо отдать должное, генерал Крейг ни спорить, ни ругаться, не стал. Молча поднялся и пошёл к выходу. А я побежала к мастеру Ольсену, вызывать бригаду с лестницами.

Справились за четверть часа! Отлепили вывеску особым заклинанием, подняли на пару ладоней выше, и хозяин снова пустил в бедную голубую таксу пучок своих заклинаний.

— В прошлый раз, вроде бы, были фиолетовые искры? — слегка напряглась я, — А почему сегодня сиреневые?..

— Да-да… — покровительственно согласился Фредерик Рей; я теперь тоже буду называть его здесь по-старому, — Но в этот раз я добавил в вывеску немного эмпатии… ну, как бы, щепотку доброго чувства… думаю, не повредит?

И, негромко хмыкнув, хозяин отправился в дом. А я всё стояла и смотрела вверх. Что-то не слишком мне понравилось это странное магическое добавление… Как он сказал? Эмпатия? Надо же…

* * *

Эмпатия? Эм-мать-ея! — бушевала я через два часа, — Святые рогалики! Вы, сударь, знаете что натворили⁈ Нет? Поглядите в окно! Перед нашей лечебницей собрались все бездомные кошки и все бродячие собаки Нижнего Волока! Они уселись полукругом, и смотрят на нашу вывеску… не моргая! И облизываются. Прохожие шарахаются! И я уже слышала шепоток, что это не кто иной, как поднятые нами… вами, сударь!.. трупики умерших зверушек… Как-то все сразу вспомнили, что вы — некромант… Сударь?.. Только не говорите, что вы не можете отменить заклинание…

— Кхм… — отвёл глаза хозяин, — Я… в общем, со временем, оно само выветрится…

— Само?..

— Я привязал одно заклинание к другому… — с досадой сказал хозяин, — Если я уберу эмпатию, эта треклятая вывеска снова отклеится!

— И⁈

— И пусть пока всё остаётся, как есть! Я не могу каждый час перевешивать вывеску! В конце концов, это будет подозрительно выглядеть!

Ну, и что прикажете делать?.. Я задумчиво бродила по дому, заложив руки за спину, и напряжённо размышляла. Через час я вышла на порог и пристроила чуть сбоку от дверей громадное объявление: «Убедитесь сами, что в нашей лечебнице царят доброта и гармония. Здесь даже собаки не гоняют кошек! p.s. Если ваш домашний питомец потерялся, скорее всего вы найдёте его здесь, у наших дверей!».