Враньё! Во-первых, и забор там, от силы, метр семьдесят… и самой старушке семьдесят два только через три месяца стукнет, а во-вторых, тоже, нашли мне, «огненное торнадо»! Летели мы живенько, не скрою, но, «торнадо»? Простая прогулка с резвой коняшкой…

«– Заслышав грохот копыт рыжего чудовища, — утверждает извозчик Губерт, регистрационный номер семьдесят два, — моя кобыла так напугалась, что сумела развернуться вокруг себя, прямо внутри оглоблей, и попёрла пролётку по улице, но не как положено нормальной лошади, а будто тачку впереди себя катила. До сих пор не возьму в толк, как ей это удалось…».

Очередная, наглая ложь! Ну, попятилась слегка лошадка… Юркнула в ближайший переулок, освобождая дорогу… Ну, зачем же обманывать читателя⁈

«Тридцать шесть! Тридцать шесть нянек, возвращающихся со своими подопечными после прогулки по парку „Розовой Мечты“, что возле дворца мэра, вынуждены были спасаться бегством от рыжего кошмара, увлекая за собой громко ревущих детишек! Это счастье, что всем нашлось место в крохотной подворотне господина Чадека. Любопытно, что впоследствии, при попытке стражников провести следственный эксперимент и воссоздать картину преступления, в помянутую подворотню так и не удалось втиснуть более шести взрослых. Без детей».

Считать бы сперва научились! Не «тридцать шесть нянек», а всего девять! И одиннадцать детишек. Обманщики!

«Свидетели утверждают, что рыжая разъярённая стихия, чьи копыта, по всей видимости, выкованы в недрах тектонического разлома, прошла насквозь забор возле овощной лавочки господина Молета, словно сквозь лёгкую дымку утреннего тумана. Особый цинизм и пикантность ситуации придавали испуганные крики двух девиц, летящих над брусчаткой и крепко ухватившихся за узду: 'Эй, Рыжик, возьми левее! Левее, тебе сказано, скотина!».

Во-первых, должна отметить кривизну наших улиц, которые не соответствуют прямодушному характеру и прямолинейному движению настоящего рыцарского коня, а во-вторых… вы этого господина Молета знаете? А я знаю! Жмот, каких свет не видывал! Я утверждаю: это был гнилой забор!

«Штатный эксперт-алхимик из магистрата утверждает, что девицы, в чьих руках исполинское чудище вело себя, словно взбесившаяся катапульта, явно находились под действием запрещённых зелий или тёмного сглаза. По его словам в магистрате уже идёт обсуждение, не было ли данное происшествие просто следствием вызова из преисподней демона пятого круга? Или сам демон был замаскирован под коня рыжей масти? Об этом же свидетельствует явно повышенный магический фон на Горбатой улице, где население буквально фонтанирует заклинаниями от тёмных сил!»

Вот это вообще ни в какие ворота! Что теперь, каждый чих объявлять результатом действия демонических сил⁈ И что это за клеветнические намёки на запрещённые зелья⁈

И только с одним абзацем из паршивой газетёнки я могу согласиться:

«Редакция задается резонным вопросом: где наши доблестные стражники? Очевидцы утверждают, что дежурный патруль, завидев приближающийся конец света, предпочел внеплановую проверку состояния погребов в ближайшем трактире, предварительно убедившись, что дверь в трактир накрепко закрыта на кованый засов. Ходят непроверенные слухи, что начальник патруля подал в муниципалитет рапорт о немедленном выделении каждому патрульному по фляжке валериановой настойки, либо её заменителя в алкогольном эквиваленте».

Вот именно! Где прохлаждалась стража, когда двум приличным девушкам отнюдь не помешала бы небольшая бескорыстная помощь⁈

А впрочем… может и к лучшему! Во всяком случае, никто не заставит нас теперь восстанавливать четыре скамейки, два забора и один угол сарая, которым не повезло оказаться на пути нашей скромной процессии. Потому что, цитирую:

«Таинственная рыжая тварь, подвергшая террору Горбатую улицу, бесследно испарилась, вместе со своими летучими провожатыми! Увы, не нашлось среди жителей настолько отважного или безумного человека, который рискнул бы проследить за бешенным вихрем, когда тот вырвался за пределы этой улицы! Как известно, за Горбатой улицей, после перекрёстка, путь зверюги мог пройти либо по Кислощёкинской улице, либо по Кривоплясовой, либо вообще, перейти в Заболотно-Вдовий тупик. Однако, нигде из перечисленных мест, разъярённой огненной стихии не обнаружено! Запросы редакции в магистрат пока остаются безответными… Доколе⁈»

* * *

Мы сидели с Яриной на кухне и отпаивались чаем. Кружку я держала в левой руке, правый кулак всё ещё был стиснут, словно продолжал удерживать край уздечки. Из окна я увидела, как Испепелитель почесался о дерево, отчего то треснуло со звуком перекусываемой галеты. Я даже не вздрогнула. Потом жеребец заметил яблоню и, встав на задние копыта, а передними опираясь на ствол, принялся обирать плоды. Я, опять, и не поморщилась. Мне казалось, что все чувства из меня вылетели ещё возле тех конюшен, где мы впервые встретились с этим рыжим обломком гранитной скалы. Может, позже, когда мои эмоции прогалопируют по нашим следам и найдут нас на окраине города… может тогда я смогу хотя бы удивиться. А пока — только чай!

— И что дальше? — спросила Ярина, набулькивая себе четвёртую чашку. Чашка мелко вибрировала в её ладонях.

— Сперва — на рынок, — слегка пожала я плечами, — Немного серебра у нас есть. Закупим продуктов, зелени, всего прочего…

— А потом?

— А потом… Я имею в виду, уже завтра… нам придётся отвести Испепелителя прежнему владельцу…

— Нет!

— Да… — вздохнула я, — Увы, но да…

« Сегодня, около семи утра, со стороны Выворотного взвоза, на улицу Горбатую выметнулось рыжее облако мышц и ярости, слегка обременённое уздечкой…».

Глава 7

Слухи? В ассортименте!

Слухи о себе можно победить только при помощи ещё более чудовищных слухов.

Вернер Херцог.

Всё когда-нибудь кончается. После восьмой чашки чая, я заметила, что стресс схлынул, моя правая ладонь разжалась, и я даже смогла погладить по голове своего котёнка-фамильяра, который всё это время, буквально, вылизывал меня. Такая милая ментальная помощь. Спасибо, Мелисса…

— Спасибо, Лиска, — сказала я вслух.

Фамильяр Ярины тоже не оставил свою хозяйку без внимания. Только её бурундучок предпочёл заняться Яриниными волосами. Уж не знаю, косички он заплетал ей по-особенному, или наоборот, пытался из причёски соорудить себе гнездо, но Ярина тоже слегка порозовела, задышала свободнее и даже улыбнулась своему Александриту.

Да, её бурундучок носит такое красивое и звучное имя — Александрит. Впрочем, это имя «для посторонних». Мне, к примеру, позволено называть бурундучка просто Алексом, сама же Ярина называет фамильяра Шуриком, а ещё чаще — Шуршиком, в зависимости от настроения. И, да, наши фамильяры уже несколько лет, как знакомы и не конфликтуют. Котёнок не пытается охотиться на Шуршика, а бурундучок не прячется, завидев мою Лиску.

— Ну, что? — попыталась я улыбнуться Ярине, и даже получилось! — Идём на рынок?

— Я готова, — просто отозвалась девушка, — Только корзину возьму.

— Бери две, и на меня тоже… ты, кстати, врать умеешь? Нет? Ну и не надо. Предоставь это мне.

— Зачем… врать⁈

— Ну-у… будем считать, что так жить веселее!

На самом деле, я прекрасно представляла, как встретят нас на рынке местные кумушки. И как тут удержаться, чтобы чуточку не сбрехнуть, просто, чтобы позлить обладательниц чересчур длинных носов и ещё более длинных языков? Ну и, кроме того, у меня свои резоны были.

Я ещё раз, на всякий случай, выглянула через окно в сад. Испепелитель мирно жевал грядку с розами. Теми самыми, у которых шипы длиннее моих пальцев. Ну, как говорится, и на здоровье! Я взяла кошель и кивнула Ярине — пошли!

* * *