И когда установилось перемирие между царем и аль–Хакимом, то царь вернулся в Болгарию походом и оставался там четыре года и часто одерживал над болгарами верх, убивая и полоня. И бежал пред ним Комитопул, их царь^[196]. И покорил он какие–то из их замков, а какие–то разрушил, другие же удержал за собой.

И в четверг 25 раби‘а II 390 г. [4 апреля 1000 г. н. э.] убил аль–Хаким Барджавана–евнуха и назначил его писца Фахда ибн Ибрахима арРаиса на все его должности и поставил рядом с ним аль–Хусайна ибн Джаухара, и тот получил лакаб Каид аль–куввад («Полководец полководцев»).

И умер авва Илия, патриарх Александрийский, в Миере в ночь на субботу 4 джумады II 390 г. [12 мая 1000 г. н. э.], и присутствовал при отпевании его Арсений–епископ, брат Ореста, патриарха Иерусалимского. И пришли вслед за его появлением два посла от альХакима, из его приближенных гулямов, и выступили с повелением к прочим христианам–мелькитам произвести Арсения в патриархи взамен покойного Илии. И они ответили ему: «Слушаем и повинуемся». И был авва Илия перевезен в Александрию на второй день по его кончине, и созвал авва Арсений епископов, принадлежащих к Александрийскому престолу, и привез их в Александрию, и они помолились за него днем понедельника 11 раджаба 390 г. [17 июня 1000 г. н. э.]. И вернулся он, и обозрел остальной округ свой и престолы свои, и возвратился в Миер, и проживал там постоянно, пока не был убит.

И в двадцать шестом году царства Василия Сергий Мануилитис был произведен в патриархи Константинопольские. Он пребывал в сане девятнадцать лет и умер.

И пристрастился аль–Хаким спускаться в Миер переодетым по ночам, и поочередно обходил переулки и улицы с малым числом приближенных. Управляющие в Миере выступили с повелением купцам зажигать светильники перед своими лавками и домами и торговать ночью, так что улицы и рынки казались по обустроенности ночью такими же, как днем. И затянулось такое положение вещей на какое–то время.

И простонародье и чернь, сходившиеся пред ним на рынках, дрались врукопашную, и толкались, и тешились кулачным боем. В четверг 24 джумады I 392 г. [10 апреля 1002 г. н. э.] это привело к ожесточенной войне между молодцами из населения Миера и аль–Кахиры, соответственно, поскольку их сплочение вызвали двое мужчин, ранее врукопашную дравшихся перед народом. Война между ними случилась в местности ас–С–х–рай (?), известной как Захоронение ослятника. В тот день они разошлись, но через три дня, в субботу, вновь сошлись, по обещанию о встрече, что было между ними, и уже принесли оружие и приготовили военное снаряжение, и бились с большим ожесточением, и многое множество было убито из обеих шаек. Население Миера отступило, а население аль–Кахиры последовало за ним, взяло платья христиан^[197] и разграбило аль–Карафу и аль–Ма‘афир^[198]. Аль–Хаким убил Фахда ибн Ибрахима ар–Раиса в среду 7 джумады II393 г. [13 апреля 1003 г. н. э.] и утвердил аль–Хусайна ибн Джаухара ведать делами.

Аль–Хаким схватил писцов диванов из христиан, затем они были заключены в понедельник 14 джумады II этого года [ 19 апреля 1003 г. н. э.], затем через неделю освобождены по запросу Абу–ль–Фатха Сахлана ибн Мукашшира христианин, его врача, который при альХакиме был среди приближенных и который еще при аль-‘Азизе пользовался любезным обращением, располагал видным местом, выдающимся положением в державе и величием. Каждому из них вернули должность, которую он занимал.

Еще раньше христиане–яковиты принялись за возобновление древней обветшалой церкви на подступах к Миеру, в месте, известном под названием Рашида. Мусульманский люд восстал и срыл то, что было выстроено. Аль–Хаким возвел на месте ее великую соборную мечеть. Срыли также две церкви, которые были по соседству: одну яковитскую и другую несторианскую. Их он перестроил в две другие мечети.

В аль–Кахире у ромейских христиан–мелькитов был квартал, который они населяли; они были выгнаны оттуда, а обиталища, принадлежавшие им там, срыты вместе с находившимися там двумя церквами. Весь квартал был сделан одной мечетью, и он назвал ее аль–Азхар и переселил ромеев в местность, известную как аль–Хамра. Здесь им сделали квартал и возвели здесь три церкви взамен тех церквей, которые были у них срыты в том квартале.

Аль–Хаким воспретил продажу вина: чтобы оно, в каком бы ни было количестве, выбрасывалось, чтобы все сосуды, что имелись у виноторговцев и кабатчиков, были разбиты, содержимое — вылито, а постройки, где обретались люди развращенные и бесстыдные и куда они сходились, — уничтожены; и разогнал толпы их.

Он возбранил женщинам открывать лица на похоронах, и плакать и рыдать там, а плакальщицам — выходить за мертвецом с барабанами и свирелями, и посягать на прочих певиц.

В 395 г. [октябрь 1004 — октябрь 1005 г. н. э.] объявился в округе Халеба некий воитель по имени Ахмад ибн Хусайн Асфар Таглиб («Желтый из таглибитов»), известный как аль–Асфар («Желтый»), и надел бедняцкую одежу. За ним последовало целое сборище арабов и жителей селений из мусульман, а в сопровождении его — некий муж из знатных арабов, известный как аль–Джамали. Он стал лагерем у Шайзара и совершил набег во главе множества арабов и других, кто сошелся к нему: встретил войско ромеев, взял его, обрушился врасплох на наместника Артаха и пошел, имея целью Антиохию, по направлению к Джиср–аль–Хадиду. Встретил его в Махруне один патрикий, которого звали Бигас, гулям Склира, с войском, находившимся при нем. Тот, кого знали как аль–Джамали, был убит, а аль–Асфар отступил в область Саруга. Донеслось до магистра, что аль–Асфар — житель Джазиры, из села, известного как Кафар–Аззун, в области Саруга. Это село с многочисленным населением, окруженное валом. Направился против него магистр с войсками, набранными со всех сторон, переправился через Евфрат и стал лагерем у Кафар–Аззуна. А туда уже сошлось большинство населения тех округов из–за его крепкого местоположения. Он пребывал перед ним двадцать восемь дней, завоевал его, взял там двенадцать тысяч пленных и множество добычи, взял и близких родственниц аль–Асфара, а что до последнего, то он бежал ночью. Еще ранее сошлись прочие арабы бану нумайр и бану килаб с Вассабом ибн Джа‘фаром, владетелем Саруга, числом более шести тысяч всадников, против магистра. Он встретил их, разгромил и вернулся в Антиохию победителем, с добычей.

Магистр усердствовал в поисках аль–Асфара и просил его у Вассаба, владетеля Джазиры, но тот не счел возможным сдать его ему, боясь восстания мусульман. Посредником между ними стал тогдашний владетель Халеба, Лу’лу’ аль–Кабир, с тем чтобы аль–Асфар был навеки заключен у него в крепости Халеба. Увез он его туда в ша‘бане 397 г. [апрель — май 1007 г. н. э.], а Лу’лу’ заковал его и заключил в крепости. Он оставался там заключенным до тех пор, пока Халеб не достался магрибинцам в 406 г. [июнь 1015 — июнь 1016 г. н. э.].

В пятницу 17 мухаррама 395 г. [3 ноября 1004 г. н. э.] аль–Хаким приказал христианам и иудеям, за исключением хайбарцев^[199], надевать кушаки–зуннары на чресла и черные чалмы на головы. То же было взято за образец и в остальных округах его государства.

Он также выступил с повелением писать на соборных и других мечетях, стенах и проходах проклятия Абу Бакру, ‘Умару, ‘Усману, Му‘авийи ибн Аби Суфйану и другим сподвижникам и всем аббасидским халифам, что было очень чувствительно для мусульман, следовавших суннитской школе права. В то же самое время он обрек их на всяческие оскорбления и унижения.

Он осудил злоупотребление питьем фруктового пива, употребление в пищу овоща мулухийа, овоща, известного как джирджир, и употребление в пищу таллинаса (угря?) и прочей рыбы без чешуи. Когда находился кто–либо попавшийся на продаже или покупке чего–либо из того, то подвергался каре и выставлялся на позор, и мало кто из них спасся от убиения.

Он выступил с повелением, чтобы никто не входил в баню, не повязав вокруг пояса полотенца, скрывающего его срам. В банях неоднократно устраивались облавы, и там было взято множество народу без полотенец, наказано и выставлено на позор.