- Но ты никогда не относился к этому серьезно? - спросил Брайан, качая головой.

- Не особенно. Но те, кто живет в тех краях, верят во всяких демонов и древние проклятия.

- Расскажи, что ты слышал.

Ангус помолчал, отхлебнул мартини и ответил:

- Например, несколько членов экспедиции, вскрывшей гробницу Тутанхамона, умерли от загадочных недугов вскоре после входа.

- Наверняка специалисты уже выяснили, от чего они погибли на самом деле.

- Ты прав, - сказал Ангус, жуя маслину. - И потратили уйму денег и времени на исследование. Я видел передачу по каналу "История".

- И что они выяснили?

- Они пришли к выводу, что их убили бактерии и плесень, которой они надышались после входа в гробницу, - вспомнил Ангус. - Диагноз такой: воздух, запертый внутри так долго, стал токсичным, и длительное воздействие привело к смерти.

- По крайней мере, у нас этой проблемы не будет, - сказал Брайан, вставая, чтобы уйти. - Все, кто войдет в гробницу на этих раскопках, наденут противогазы.

* * *

Когда Брайан и Ангус прибыли в Каир, их встретил в аэропорту консультант арабского происхождения по имени Мустафа. Брайан нанял этого человека в качестве последнего средства - чтобы тот собрал команду носильщиков и рабочих для раскопок.

- Все готово к завтрашнему дню? - спросил Брайан, плавясь под палящим солнцем.

- Новости о загадочных смертях в вашей стране распугали половину местных, кого я нанял. Пришлось искать рабочих из других районов и удвоить им плату.

- Сейчас у тебя достаточно людей?

- Не хватает всего одного по сравнению с изначальным планом, - просиял Мустафа.

- Хорошо. Если сможешь организовать, начнем копать с первым светом. Не терпится приступить.

- Очень хорошо, мистер Митчем. Все будет готово.

Той же ночью, когда Брайан, Ангус и Мустафа сидели у костра с тремя огромными бифштексами на тарелках, Брайан повернулся к Мустафе и торжественно произнес:

- Надеюсь, сегодня вокруг лагеря у тебя достаточно огневой мощи. Как я говорил ранее, я ожидаю, что на нас нападут полчища безумцев, одержимых желанием помешать нам найти гробницу Усеркари.

Араб, сверкнув в свете костра жемчужной белизной зубов, отправил в рот кусочек мяса с кровью и ответил:

- Не беспокойтесь, мистер Митчем, мы полностью готовы к такому штурму. Мои люди, скажем так, вооружены до зубов.

Не успели эти слова слететь с его губ, как они услышали серию взрывов и увидели разрозненные вспышки неподалеку.

- Что это было? - спросил Ангус, выхватывая из кобуры свой 45-й.

Мустафа ответил как ни в чем не бывало:

- Первый уровень нашей обороны - это минное поле по периметру лагеря. Похоже, несколько тех безумцев наступили на растяжки - после наступления темноты их практически не видно, и, к несчастью, у них только что оторвало ноги.

Брайан и Ангус смотрели на Мустафу в неверии, пока тот макал очередной кусочек мяса в коричневый соус и поглощал его.

Вскоре они услышали жалобные крики жертв на минном поле, умоляющих о пощаде.

- Господи, Мустафа, бедолаги мучаются. Неужели мы не можем прекратить их страдания? - простонал Брайан, выведенный из себя криками, которые действовали на нервы, словно скрежет песка по жестяной крыше.

- Не беспокойтесь, без медицинской помощи они быстро истекут кровью. Не желаете еще по одному стейку?

Брайан и Ангус покачали головами и поставили тарелки на стоявший перед ними каменный стол. Мучительные вопли продолжались еще несколько минут, и, как и предсказывал Мустафа, один за другим смолкли, и ночь сделалась безмолвной, как гробница.

На следующее утро Мустафа разбудил их с докладом: одиннадцать изувеченных тел - мужчин и женщин - отвезли на ближайшую свалку для стервятников.

После скудного завтрака Брайан и Ангус встретились с Мустафой и его людьми на участке между двумя величественными пирамидами на горизонте. Другие археологи нашли гробницы этих массивных сооружений более пятидесяти лет назад.

Брайан сделал несколько замеров лазерным устройством, внимательно изучая истрепанный пергамент. Через пятнадцать минут он указал на три гигантских валуна у них на пути.

- По моим расчетам, вход в гробницу - около тридцати футов под этими валунами. Они отмечают гробницу Усеркари.

Мустафа, казалось, был поражен уверенностью Брайана в местонахождении гробницы.

- Как я и надеялся, бульдозеры и кран нам пригодятся, - сказал он.

Брайан кивнул в знак согласия:

- Как только уберете валуны, землекопы должны копать вручную. За три тысячи лет глубина могла измениться, и мы не хотим вломиться в гробницу бульдозером.

Брайан видел скептицизм в глазах Мустафы по поводу глубины, но копка должна была начаться позже в тот же день. А пока бригада приступила к подъему огромных валунов с помощью тележки и крана, чтобы убрать их с дороги. Спустя полдня расчистки участка бригада землекопов взялась за лопаты.

В течение следующей недели, как и предупреждал Бокар, еще тридцать два мужчины и женщины присоединились к другим на свалке для стервятников. Те, кто прорывался через минные поля, были скошены пулеметным огнем или испепелены огнеметами.

Мустафа заметил, пока Брайан и Ангус наблюдали, как его люди грузят трупы в самосвал и увозят:

- Бедуины, как вы их называете, носят только древнее оружие своих предков. Убивать их - все равно что наступить на скорпиона. Никакой реальной угрозы они не представляют. Уверяю вас, у нас больше пуль, чем у них добровольных смертников.

В конце недели Брайан и Ангус стояли одни на краю огромного кратера - пятьдесят футов в ширину и тридцать в глубину. Вокруг них высились горы песка. Всякий раз, когда Брайан выходил из палатки справить нужду, ему казалось, будто он шагает прямо в доменную печь. Он не понимал, как землекопы могут работать в такую жару.

Ангус покачал головой:

- Ты уверен, что правильно посчитал?

- Абсолютно. Я проверил трижды. Знаешь старую поговорку: "семь раз отмерь, один раз отрежь". Но я как-то не думал, что будет так глубоко.

Ангус напомнил:

- Как ты сам сказал Мустафе, за три тысячи лет многое могло измениться. Мы здесь всего десять дней. И на случай, если ты не знал, гробницы всегда трудно найти. Фараоны вырезали языки всем, кто работал над их гробницами, а когда властитель умирал, их хоронили вместе с ним.

- Кто-то же должен был закопать вход, - возразил Брайан.

- Тоже верно, но они заключали договор - покончить с собой как часть клятвы хранить тайну. В любом случае, я участвовал в раскопках, которые длились годами.

- Что ж, эта не должна длиться так долго, - простонал Брайан. - У меня всего сто пятьдесят тысяч.

- Ты шутишь. Я думал, это был только первый взнос.

- Я солгал. Это все, что Арчибальд, в своей бесконечной мудрости, согласился выделить.

Ангус посмотрел на легион людей в яме и задумался: не будет ли это очередной бесплодной затеей, профинансированной музеем. Взяв флягу с водой, он спросил:

- Почему ты так долго молчал?

- Правда еще хуже. Я трачу свое выходное пособие на последний шанс спасти свою работу.

Ангус посмотрел на него с недоверием:

- Зачем ты согласился на такое нелепое предложение? Ты ищешь единственную гробницу во всем Египте, которую еще не нашли. Шанс ее реально найти - меньше, чем выиграть в лотерею.

- Не все так плохо, - Брайан сделал жест, будто вытаскивает кролика из шляпы. - Целых двадцать лет у меня был припрятан козырь в рукаве - карта к гробнице.

- Двадцать лет! Почему же ты так долго ждал?

- Умирающий, который сказал мне, где найти карту, предупредил: вход в гробницу Усеркари приведет к Армагеддону. Он принесет гибель не только нарушителям покоя гробницы, но и всему человечеству. Он утверждал, что открыть гробницу Усеркари - все равно что открыть дверь в Ад.

Ангус перебил его:

- Ближе к делу. Я все еще хочу знать, почему ты позволил бреду умирающего помешать тебе воспользоваться картой, чтобы найти гробницу. Признаю, этот тип переплюнул обычное проклятие фараонов - скрутил знатную байку, но мы-то с тобой знаем, что проклятия - это просто дерьмо собачье.