- Почему же вы говорите, что можете быть виноваты? - не понял Джессап.

- Древняя легенда гласит, что всякий, кто причастен к нарушению золотой печати гробницы Усеркари, встретит насильственную смерть. Есть и другие нелепые поверья, слишком невероятные, чтобы упоминать, но первый тезис довольно универсален.

- Вы не могли бы произнести "Усеркари" по буквам? - спросил Александер, почесав затылок.

- У-С-Е-Р-К-А-Р-И, - ответил Брайан, произнося каждую букву как можно отчетливее. - Он был фараоном в пятую династию, и его гробница - единственная, которую до сих пор не нашли. Бокар предупредил меня, что его предки не позволят провести такую экспедицию. Последнее, что он сказал: он надеется, что разговор со мной не приведет к его смерти. Я тогда счел его страхи идиотскими и не придал им значения, потому что не верю в проклятия, но, похоже, насчет намерений своих чокнутых предков он оказался прав.

- Он не называл конкретных имен, не так ли? - спросил Джессап.

- Нет, он сказал, что не знает, какой облик примет мститель, но пообещал, что приятного будет мало.

- Если честно, мистер Митчем, у Бокара на лице было самое чертовски жуткое выражение ужаса, какое я только видел. И поверьте, я повидал всякого. Кто бы его ни убил, он его до усрачки напугал.

Брайан удивился замечанию Джессапа и подумал, зачем тот рассказал ему о месте преступления то, чего не было в газете.

Детективы заметили вопросительное выражение на лице Брайана, и Джессап пояснил:

- Я просто даю вам анонс того, что "Пост" напечатает в вечернем выпуске. Какой-то мудак слил подробности убийства в прессу.

- Лейтенант Джессап, мы с отцом планируем вылететь в Египет через три дня. Могу я быть свободен в свете случившегося? Или я подозреваемый в убийстве Бокара?

Детективы переглянулись, на углах их губ заиграла слабая улыбка, они убрали блокноты, и Джессап спросил:

- Покажите ваши руки.

Брайан вытянул их, повернул и дал детективам хорошенько рассмотреть.

- Ваша история совпадает с тем, что нам уже рассказала жена Бокара. А отпечатки рук убийцы на его шее были - будто две бейсбольные ловушки сдавили софтбольный мяч. Его не просто задушили - раздробили трахею и переломали позвоночник в двух местах. Кто бы это ни сделал, он, должно быть, выглядит как Скала или Халк Хоган. Ваши сто семьдесят пять фунтов^[1] под этот профиль не подходят.

- Ценю вашу откровенность. Надеюсь, по Манхэттену не разгуливает мумия.

- Мумия? - Джессап хмыкнул. - А, понял. Как в кино: мумия, охраняющая гробницу фараона. Очень смешно.

Брайан больше не видел юмора в своих словах - теперь он поверил в проклятие.

- Кстати, - холодно сказал Джессап, - если слова Бокара были правдой, убийца или убийцы придут за вами и вашим отцом, не так ли?

Брайан стоял перед детективами, обдумывая следующий шаг. Он не сомневался: убийца Бокара скоро явится за ними. Более того, он мог быть прямо сейчас за дверью. Он посмотрел на Джессапа и попросил об одолжении:

- Если я перееду в "Мэрриотт Маркиз" на следующие три дня, сможете обеспечить полицейскую охрану мне и моему отцу?

Джессап посоветовался с Александером, тот кивнул, и он ответил:

- Мы можем охранять вас, пока вы не уедете из города. А дальше вы сами по себе. Мой совет - купите мощный пистолет. Я позвоню насчет координации наблюдения.

Детективы пожелали ему удачи, проверили коридор и ушли.

Брайан позвонил отцу и рассказал о Бокаре и встрече с детективами.

Пытаясь сложить пазл, Ангус спросил:

- Ты кому-нибудь еще рассказывал о раскопках?

- Нет, по сути. Знают только Арчибальд и правление. Больше некому было рассказывать. Слушай, папа, какой-то психопат-маньяк на свободе, и мы – следующие на очереди. Детективы предложили нам полицейскую охрану, если мы заселимся в "Мэрриотт" до вылета в Египет.

- Ты правда считаешь, что это необходимо?

Пытаясь помочь отцу оценить преимущества этого шага, Брайан приукрасил правду:

- Лейтенант Джессап сказал, что убийца оторвал Бокару голову только за то, что тот поговорил со мной. Как думаешь, что он сделает с нами, руководителями экспедиции?

- Понял, - проворчал Ангус. - Соберу вещи и через три часа встречу тебя в "Маркизе". Будь осторожен, сын, я бы не хотел тебя потерять.

Когда Ангус вернулся в свою квартиру собираться, он почувствовал неладное, едва переступив порог. Включил свет и оглядел знакомые комнаты с тревожным пристрастием - совсем как тогда, когда впервые входил в египетскую гробницу.

Он принюхался - ничего. Прислушался к подозрительным звукам - опять ничего. Двигаясь, словно по яичной скорлупе, он на цыпочках прошел через гостиную к серванту. Открыл центральный ящик и извлек верный кольт 45-го калибра - тот самый, что столько раз спасал ему жизнь раньше.

Все на его взгляд было идеально на своих местах, пока он крался к двум спальням в конце коридора. Осмотрев гостевую, он направился в хозяйской номер - последнюю дверь справа. Приоткрытую дверь распахнул шире, вошел согнувшись, наводя пистолет влево и вправо. Осмотр гардеробной и ванной тоже не выявил ничего необычного.

Он сел на кровать и сказал себе:

- Сын просто нагнал на меня жути.

И тут он ощутил: под одеялом что-то зашевелилось, скользнув в сторону из-под его тяжести. Что-то скользкое упало с кровати и свернулось клубком у его ног. Он отпрянул назад и перекувыркнулся через королевскую кровать - как раз в тот миг, когда клыки кобры щелкнули, словно капкан, и вонзились в матрас. Спрыгнув с другой стороны, Ангус широким шагом обогнул кресло и одним-единственным выстрелом снес змее голову.

После этого он выругался - в дорогущем ковре во всю комнату теперь была огромная дыра.

Как и предупреждал сын, кто-то попытался убить его старым египетским способом. Если бы он, как обычно, вернулся домой после изрядной выпивки и рухнул в кровать, сейчас бы уже лежал на кладбище.

Он позвонил Брайану, чтобы предупредить.

- Все в порядке, папа. Полиция уже была здесь, когда я пришел. Сосед услышал, как в моей квартире разбилось стекло, и вызвал копов. Все разгромлено. Кто-то разнес все в клочья.

- Есть свидетели, которые видели, кто это сделал?

- Кажется, видел мой сосед, - ответил Брайан.

- Что он сказал?

- Боюсь, мы уже никогда не узнаем. Его нашли в коридоре с переломанной шеей. Говорят, выражение лица у него было жуткое - в точности как у Бокара, по словам лейтенанта Джессапа.

- Твою мать! - выругался Ангус, багровея от ярости. - Эти раскопки - не то, на что я подписывался. Они вызвали на свет бешеного маньяка, который одержим желанием убить нас и всех, кто с нами связан, - прям как Бокар говорил. Может, все отменим?

- После того, что случилось с Бомани, который только поговорил со мной об экспедиции и даже не взял плату за информацию, - я не думаю, что маньяк перестанет пытаться нас убить, что бы мы ни делали. Единственный наш шанс - взять его, когда он снова попытается. Не поймаем сейчас - объявится в самый неожиданный момент.

- Во что ты меня втянул, сын? Я всего-то хотел сидеть с удочкой на озере и глушить пиво до отключки каждый вечер.

- Прости, папа. Если бы я мог повернуть время вспять - повернул бы, но думать об этом сейчас поздно. По крайней мере, у нас будет полицейская охрана до отъезда. Лейтенант Джессап обещал.

* * *

После трех дней, проведенных в "Мэрриотте" под бдительным надзором полиции, Брайан и Ангус без происшествий сели на самолет в международном аэропорте имени Джона Кеннеди в Нью-Йорке. Заказав два мартини, Брайан спросил:

- Случалось ли что-нибудь подобное в других экспедициях?

Ангус подумал и ответил:

- Бывали случаи саботажа - пропадали припасы, еда, вода. Я получал несколько писем с угрозами на странных пергаментах, некоторые даже написанные иероглифами, но чтобы на нас нападали физически - нет. А вот с менее удачливыми расхитителями гробниц - другое дело. Не знаю, что происходило на самом деле, но местные всегда приписывали насильственные смерти, связанные с гробницами фараонов, мстительным мумиям.