— Не так много, — вынуждена была сказать я. — Но и ты пойми. Одна я не справляюсь с малышками, поэтому мы наняли няню. Василиса прекрасная няня, и я не хочу ее терять. Но она может работать лишь днем, у нее своя жизнь. И я не могу просить ее переехать вместе со мной к тебе.

— Получается, тебе нужна помощь в вечернее и ночное время? — догадался муж.

— Верно. Сейчас мне помогает Галя и даже Николай иногда.

— Обещаю, что и я тебе буду помогать. Для меня дочки много значат. У меня, конечно, опыта с детьми нет, но я научусь. А насчет няни, предлагаю нанять еще одну, во вторую смену, так сказать. Что скажешь? — с надеждой спросил Уильямс.

— Я даже не знаю… Может быть, ты и прав, — с тяжелым вздохом произнесла я.

Что я могла на это сказать? Я и сама не раз корила себя за то, что живу за счет Николая и Гали. Мало того, что они оплатили вторую половину моего лечения в клинике, а там за пару месяцев набежала немалая сумма, так еще и сейчас я сижу на их шее.

Несколько раз я пыталась начать писать, но продвинулась совсем недалеко. Хотя и сюжет в голове есть, и план романа составлен, но мне катастрофически не хватало времени на все. Пока всем моим свободным временем владели две маленькие крошки. И я считала это совершенно верным решением.

Я и сама не раз думала, что нехорошо сидеть на шее сестры, но выхода из ситуации я пока не могла найти. Возможно, Адам предлагает мне неплохое решение. Но правильный ли это шаг — переехать к мужу? Я была в этом не уверена. Только, похоже, выбора у меня не было. От слова «совсем»…

— Милана, если ты беспокоишься о том, что мы будем жить вдвоем, то это совсем не так. Со мной приехали моя личная помощница и юрист компании, они живут в этом же особняке, — удивил меня Уильямс.

Я с трудом удержалась от комментария. Не поверю, что в компании мужа не хватает денег и им выгоднее жить всем вместе. Тут скорее дело в чем-то другом. Может быть, эта личная помощница совмещает должность с постельной грелкой? Тогда бы мне было все более понятно.

Но хочу ли я видеть каждый день рядом с мужем другую женщину? Так ли равнодушна я сейчас к Адаму, как пытаюсь себе внушить?

Ответов на эти вопросы у меня не было.

Хотя, возможно, присутствие в доме любовницы Уильямса избавит меня от иллюзии семьи, которая может возникнуть при общении с отцом моих дочек.

И все же, я решилась принять предложение мужа.

— Хорошо, я соглашусь, но только с условием того, что наши отношения будут число дружескими, соседскими, так сказать, — старалась говорить я как можно спокойнее. — Не более того.

— Все верно, — резко проговорил Адам, гневно сверкая глазами. — И я не хочу возврата к былому. Это невозможно, — жестко припечатал мужчина.

Галина и Николай одобрили мое решение переехать к Адаму. Но предупредили, что если мне что-то не понравится в доме мужа, то я могу вернуться к ним в любой момент.

Через день мы с Василисой погрузили в машину Гали наши немногочисленные вещи, закрепили малышек в детских креслах и выехали по новому адресу.

Особняк и правда находился недалеко от дома сестры. Большой в два этажа дом был спрятан от окружающих за высоким забором. Пришлось выйти, чтобы позвонить в домофон. Только я стояла под дверью уже минут пять, но нам не спешили открывать.

Девочки в машине начали проявлять нетерпение, Дашутка уже издавала первые рулады звонкого крика.

Я достала телефон и набрала Уильямса.

— Адам, если ты так сильно желал нас видеть в своем доме, тогда почему не пускаешь? — раздраженно поинтересовалась я.

— Милана? Вы уже приехали? — удивился муж. — Я сейчас не дома, буду минут через пятнадцать. Вас должна встретить Сильвия, моя помощница. Все, мне некогда говорить. Скоро буду, — попытался оборвать разговор он, но я резко его остановила:

— Адам, постой! Я стою под дверью забора в твой особняк уже минут пять. Либо звонок не работает, либо нас не желают видеть на территории дома.

— Точно не скажу, работает ли звонок на воротах. Кажется, мы им не пользовались. Сейчас позвоню Сильви, — пообещал Уильямс и повесил трубку.

Я удивленно посмотрела на смартфон в своей руке, покачала головой и пошла к машине. Василиса успокоила хныкающих девочек, она что-то им рассказывала спокойным ровным голосом.

Я села за руль и тоже обернулась к девочкам.

— Как тут мои крошки? — ласково спросила я, малышки притихли и посмотрели на меня, затем попытались что-то погулить и даже улыбнуться мне. Или мне это лишь показалось? Не знаю.

Мы посидели в машине еще минут пять, когда, наконец, большие ворота железного забора начали сдвигаться вправо.

«Не прошло и года», — фыркнула я мысленно.

Я заехала во двор, припарковалась и вышла из автомобиля. Как и следовало ожидать, нас никто не вышел встречать на крыльцо.

— Замечательный прием, — недовольно пробурчала я. — Хоть сейчас же разворачивайся и двигайся обратно.

Я поднялась по ступенькам, сначала попробовала открыть дверь. Заперто.

Я начала заводиться еще сильнее. Желание уехать отсюда возросло в разы. Но я все же попыталась взять себе в руки. Мне и правда была необходима помощь Адама. Да и девочкам нужен отец.

Через пару минут я постучала в дверь, но результата не обнаружилось. Тогда я плюнула и решила дождаться мужа в машине, понадеявшись, что он скоро подъедет.

Но стоило мне спуститься с крыльца, как дверь в дом открылась, и оттуда выглянула знакомая мне девица.

Я в шоке смотрела на рыжую стерву, с которой застала мужа семь месяцев назад. Что она тут делает? Уильямс забыл сообщить, что из Америки притащил с собой еще и любовницу? Или это и есть та самая Сильвия — личная помощница мужа?

Мы так и стояли, глядя друг на друга, пока в раскрытые ворота не заехал белый внедорожник. Из него вышел Адам и направился к нам.

— Вы что, еще не в доме? Милана, что ты медлишь? Зачем держишь девочек на жаре? Хочешь, чтобы у них тепловой удар случился? — разгневанно спросил Уильямс.

Я озадаченно посмотрела на мужа. Хотелось высказать ему все, что я о нем думала. Уже даже рот открыла для этого, но меня перебила рыжая девица:

— Адам, прости, это моя вина. Я не рассчитала время, с головой ушла в отчет, — пропела она, стреляя глазками в мужчину.

— Хорошо, ты занята работой, но почему тогда прислуга не открыла дверь? — недовольно произнес Адам.

— Жанна утром уехала с Павлом на рынок, она хотела порадовать твоих гостей чем-то вкусным. А Никанор в саду чем-то занят, — с милой улыбкой сообщила эта… молодая стервь.

Значит, мы для мужа гости? Что же, я учту это.

— Хорошо, вопрос снят. Василий, пожалуйста, перенеси вещи моих дочек и жены в дом, — обернулся Уильямс к стоявшему у внедорожника мужчине.

Это что, у Адама водитель? Похоже, что так. Видимо, он после аварии не садится за руль. Волна сочувствия заполнила мое сердце, все же Адам не чужой мне человек. Но стоило мне посмотреть на его «помощницу», как все сострадание вмиг пропало. Девушка мило улыбалась и щебетала что-то на английском. Я не вслушивалась в слова. Почему-то мне показалось, что она делала это специально. Сильвия хотела показать их близкие с Уильямсом отношения.

В который раз я пожалела, что решила переехать в особняк мужа. Но я дала себе зарок потерпеть несколько дней и потом уже принимать решение, остаться или вернуться к сестре.

Мы с Василисой взяли детей на руки, папочка лишь внимательно следил за каждым нашим движением и, казалось бы, не обращал на треп помощницы внимания. Но та готова была из платья выпрыгнуть, чтобы привлечь босса.

Мы зашли в большой холл, справа была гостиная, слева кухня и подсобные помещения. Напротив входа открытая дверь в сад, которая пряталась за широкой лестницей на второй этаж.

Наша с девочками комната оказалась на втором этаже, в конце коридора. Кровать-полуторка, детская кроватка, пеленальный столик, комод и плательный шкаф — все это с трудом уместилось в небольшом помещении. Я была не уверена, что не набью себе синяков, передвигаясь между тесно стоящей мебелью.