«Исключительная». Я ловлю себя на том, что мне нравится это слово. Оно стирает всю мою прошлую, жалкую жизнь. Оно даёт мне ценность. Оправдывает все цепи, всю боль, все унижения. Я не просто Мири. Я важна.
— Я всё понимаю, — шепчу я, и в этом шёпоте вся моя решимость.
Мы заходим в святилище. Круглое помещение из чёрного, отполированного до блеска базальта, испещрённое светящимися изнутри рунами. В центре углубление, похожее на алтарь. Здесь пахнет древним камнем и невероятной, абсолютной властью.
Вейн уже здесь. Он проверяет что-то на периметре, его движения точны и выверены. Его взгляд, чёрный и бездонный, скользит по мне, и он коротко, почти незаметно кивает. Не одобрение. Констатация. Деталь на месте. Готова к использованию. Его преданность делу – как щит, прикрывающий мою собственную решимость.
Астра стоит в тени, у стены. Она не смотрит ни на кого, её взгляд устремлён в каменный пол. От неё веет такой сокрушительной волной сломленности и обиды, что на секунду становится не по себе. Но сейчас мне её не жаль. Сейчас её слабость и истерики – лишь фон, который подчёркивает мою силу. Мою сталь. Мою необходимость.
Нортан подводит меня к центру комнаты, к тому самому алтарю. Его пальцы на мгновение сжимают моё запястье – именно там, где бархатистая чернота узора переходит на ладонь. Прикосновение быстрое, деловое, проверочное. Но от него по всему моему телу пробегает разряд.
— Помни, от тебя зависит всё, — говорит он, и в его голосе, таком твёрдом, впервые за сегодня прорывается беспокойство. Глубокое, всесокрушающее напряжение. Груз всей его жизни, всех его мёртвых, возложенный на мои плечи. И я с гордостью, с лихорадочным блеском в глазах, готова нести его.
— Я не подведу, — произношу, заставляя себя держать его ледяной, пронзительный взгляд. — Я сделаю это. Для тебя. Для нас.
Он замирает на секунду, и его взгляд становится иным. Будто он видит меня насквозь. Видит все мои глупые, наивные надежды на будущее, в которое, я верю, начнётся после. На мир, который мы построим вместе. Возможно, он видит и то, в чём я сама себе боюсь признаться: я готова на всё, лишь бы он смотрел на меня не как на инструмент, а как на равную. Как на ту, что разделит с ним его победу и его трон.
Потом он резко отводит взгляд. И этот хрупкий, опасный момент проходит, как будто его и не было.
— Начинаем, — он отходит на свою позицию напротив, и тени смыкаются вокруг него, делая его фигурой из чистой, пульсирующей тьмы.
Я остаюсь одна в центре круга. Закрываю глаза, вдыхая густой, наэлектризованный воздух. Внутри меня всё поёт. Вся моя жизнь, невыносимая боль от потери отца, лезвие предательства Лины и Анта, горечь одиночества – всё это привело меня сюда. К нему. К моей настоящей силе. К моему единственному предназначению.
Я слышу, как руны вокруг меня загораются ярче, наполняясь могучей, древней силой, которую не использовали веками. Воздух трещит и гудит. Я чувствую, как моё собственное тело, моя тёмная кровь откликается на этот зов. Пятно на руке горит, но это приятный, животворящий жар, обещание полного и окончательного освобождения.
Я готова. Я жду. Я ключ. И сейчас я повернусь в замке.
Последнее, что я вижу перед тем, как магия подхватывает и уносит меня – это его профиль. Суровый. Непреклонный. Абсолютный. И я верю в него так сильно, так слепо и безрассудно, что у меня перехватывает дыхание.
Дорогие читатели! Спасибо вам за то, что дошли до этой важной, переломной точки в истории Мири. Ваше внимание и время для меня бесценны 💜
Если вам нравится погружаться в этот мрачный и магический мир вместе со мной, я буду безмерно рада вашей подписке, звёздочке 💫 и комментарию с вашими мыслями, догадками или просто словом поддержки. Это лучшая мотивация для автора!
И нельзя такую главу оставить без визуала...
Глава 37
Нортан
Воздух в святилище гудит, как раскалённый до бела металл. Руны под ногами пылают адским багрянцем, выжигая последние остатки реальности, оставляя лишь голую магическую ткань бытия. Я стою в эпицентре бури, и вся моя воля, вся моя чёрная, проклятая душа направлена в одну точку – в неё. В Мири.
Она парит в метре от пола, в самом центре энергетического вихря. Её тело выгнуто в немой гримасе агонии. Из её груди вырывается столб ослепительной, чёрной как смоль энергии, бьющей в самый свод святилища, где мерцает призрачный контур Печати Светлых. Всё идёт по плану. Чёрт возьми, всё идёт именно так, как и должно. Скоро всё закончится.
Всего несколько минут. Всего парагрёбаныхминут, и Печатьпадёт. Яотомщуза каждого, за отца, за мать, за пепел Мортвена. Ястанутем, кем долженбылстать. Богом и палачом в одном лице. Это всё, что имеет значение. Это ЕДИНСТВЕННОЕ, что имеет значение.
Мой взгляд цепляется за её лицо. Оно залито слезами, которые тут же испаряются в невыносимом жаре. Её губы синие, беззвучно шепчут одно слово. Моё имя. Не проклятие. Не мольбу. Просто имя. Как мантру. Как якорь в этом аду, который я для неё устроил.
Не смотри на неё, ты слабая, жалкая тварь! Смотри на Печать! На цель! Она – инструмент! Расходный материал! Такбыло решено. ТакбылоПРЕДНАЧЕРТАНО! Её смертькупитжизнь тысячам. Это простая, чёртова математика!
Я чувствую, как её жизнь, яркая, алая, полная искры, что сводила меня с ума, начинает угасать. Тёмная энергия ритуала выжигает её изнутри, как кислотой. Её собственная пробудившаяся сила, что делала её особенной, теперь служит фитилём, по которому огонь спешит к её сердцу. Я вижу, как свет в её глазах – синий, как небо над Вельдисом, меркнет, замещаясь пустотой небытия.
Нет. НЕТ! Держись, мать твою! Ты сильная! Ты должна выдержать! Пророчество… пророчество немоглоошибиться! Ты – Дочь Двух Кровей! Ты должна…
Я смотрю на Вейна. Он стоит у входа, его поза – воплощение готовности. Его чёрные глаза горят фанатичным огнём. Он видит не её муки. Он видит триумф. Он видит финал нашего долгого, кровавого пути. Он кивает мне, коротко, резко.
Всё идёт по плану, Владыка.
Он верит в меня. Вера этого человека, этого монстра, которого я создал, давит на меня тяжелее любых цепей.
Он прав. Он всегдабылправ. Чувства – слабость. Любовь – болезнь. Я болен. Язаразилсяэтой… этой надеждой. И сейчас яумрувместе с ней,сгниюзаживо в аду собственной слабости, если несделаюто, что должен.
Астра. Я вижу её краем глаза. Она смотрит на Мири, и на её лице нет злорадства. Только леденящий душу ужас. Она видит орудие пыток, которое я собрал для той, кого… к кому я почувствовал нечто. Она тоже верила в меня. В того холодного владыку, что использовал всех и вся. И сейчас она видит, как этот образ трещит по швам.
Ещё секунда. Всего одна, чёртова секунда! Её сердцеостановится, и энергетический каналзамкнётся. Печатьпадёт. И ябудусвободен. Свободен от неё. Свободен от этой боли. Ястанупустым.Станутем, кем и должен быть. Победителем. И проигравшим. Навеки.
Я вижу, как её рука с узором, что я совсем недавно целовал, безвольно падает. Больше нет сил даже на эту агонию. В её широко раскрытых глазах нет уже ни страха, ни надежды. Только принятие. Полная, абсолютная капитуляция перед той судьбой, которую я для неё выбрал.
Я вижу не её, вижу себя. Мальчишку, стоящего на пепелище Мортвена. Я чувствую абсолютное, беззвучное отчаяние, когда мир рушится, и ты не можешь ничего изменить. Когда от тебя ничего не зависит. В тот день я дал клятву – никогда больше не быть беспомощным. Стать силой, которая диктует правила.
А она… Она напомнила мне, что можно быть сильным, даже когда ты в цепях. Её язвительные уколы, которые она швыряла в меня, дрожа от страха. Её ненависть живую, честную. Она не сломалась. Она гнулась, как стальной клинок, и я, дурак, принял это за слабость.
