Повторяли все. Некоторые упали, благо было уже невысоко.

— Пошли переодеваться.

В раздевалке было еще несколько парней. Тони даже рта не успел открыть, когда я разделась

до трусов и натянула свой новый бюстик. Все, кто это видел, едва челюсти на пол не уронили.

— Ира, а ты никого не стесняешься?

Посмотрела по сторонам, а потом на парней.

— Нет, а почему, собственно, должна? У меня стеснение атрофировалось в первые сто лет.

Потому что по-другому в речке не покупаешься. Особенно после болота, — проворчала тише.

— А ты чего стоишь? Тебе тоже нечего стесняться!

Он спокойно переоделся в свободный спортивный костюм такого же серого мышиного цвета, как у

меня.

— Великоват.

— Так было задумано. Обуваемся и пошли в зал. Сначала опрыскаемся спреем, чтобы свой запах

изменить, и я загримирую нас немного.

После опрыскивания поставила рядом с Тони магическую краску. Он поморщился, но перекрасил

свои волосы в белый, а я в рыжий, как был у Миры. Глаза сделала зелеными благодаря линзам, а

вот Тони — светло-голубыми.

— Вау, — сказала Мира, видя нас. — Вам сколько еще ходить в этих коконах?

Посмотрела на часы и убрала свой. Попросила кошечку заплести мне что-то подростковое. Она

улыбнулась и сделала две косички-жгута, которые планомерно подбирают волосы во время

плетения. Получилось красиво, и волосы не будут мешать. Потом немного поменяла нам с Тони

черты лица с помощью грима. А напоследок накрасила губы черной помадой. Поставив своему

парню на щеке поцелуйчик и намазав пальцы этой же помадой, сделала темные грубые тени над

глазами.

— Тони, поцелуй меня, но так, чтобы просто твои губы испачкались в помаде.

О, это он с удовольствием. Потом я растерла тот мизер помады вокруг его губ, а свои немного

размазала.

— Мать бы отправила лица с мылом вымыть, — сказал Тим.

— Это же хорошо. Похож он на подростка?

— С натяжкой, слишком колючий взгляд.

— А я?

— С трудом вспоминаю, что ты уже взрослая, как только тебя вижу.

— Это все из-за роста? — Мне кивнули.

— Хм, надеюсь, тебя пустят.

— Одну не отпущу.

— Ладно, пора уже.

К нужному месту мы шли двумя порталами, а потом пешком. На входе вышла заминка: меня

пропускали без проблем, а вот Тони не хотели пускать.

— Но я без него не пойду, — надула обиженно губки и даже слезку выдавила.

Тони смотрел на меня так ошарашено, что громила-охранник поверил, что я сейчас расплачусь.

Я себе ногтем очень больно уколола и вспомнила Макса — как мы расстались. Так сказать,

полный набор, чтобы всплакнуть.

— Зачем тебе такой взрослый?! — спросил растерянно охранник.

— Он моя новая игрушка, — сказала уже чуть зло.

После этого нас впустили. Я схватила своего мужчину за руку и заходила уже с довольным

оскалом. Тони ментально сказал мне:

«Что вызвало слезы?»

«Пришлось конкретно напрячься для этого, едва дырку себе не проткнула ногтем. И

козла одного вспомнила. Ты, если что, подыгрывай мне. Я, скорее всего, буду конкретно

чудить и не вести себя как обычно.»

Он мило улыбнулся и поймал меня в свои объятия, поцеловал со вкусом.

— Ты опять помаду размажешь! — возмутилась сердито. — Я не брала ее с собой, а у тебя уже и

так губы черные!

Меня чмокнули в нос.

— Люблю мою колючку.

Здание оказалось очередным ночным клубом, но тусили тут в основном подростки. Я не

выделялась на их фоне, а вот Тони был выше на голову.

— О, я знаю, как мы используем твой рост, — хохотнула. — В какую сторону бар? Это нужно

отметить! Тебе точно нужно выпить, а то ты не рад, что мы на тусовку вырвались.

— Зачем тебе старик? — спросил рядом парень.

— Отвали, недомерок! — окрысилась я на парня.

Он пошатываясь ушел. А у меня злость была от того, что я видела подростков под воздействием

разной гадости. Удавлю тех, кто ее распространяет. Возле бара застыла, увидев знакомое лицо.

Я вспомнила его ребенком. Тогда я отбила Глеба у хулиганов и вернула домой к родителям. И

еще какое-то время присматривала за парнишкой. Помогла его родителям финансово. Они через

двадцать лет уехали из страны вампиров. Если он меня узнает, может выдать. Но парень,

посмотрев на меня, не узнал. Потом вспомнила, что я загримирована, и выдохнула.

— Коктейль, — сказала кисло бармену, — сладенький.

С коктейлем села рядом с Глебом и мысленно попросила Тони:

«Узнай, почему он тут?»

«Пришел мстить за младшую сестру. Знаешь ее?»

«Давно не видела. Тогда она была малышкой.»

«В его воспоминаниях она сейчас в больнице лечится от зависимости. И ее здесь

того...»

Выпила залпом коктейль и поймала Глеба за руку. Сколько ему тогда было? 60? Сейчас ему

должно быть лет 90.

— Привет, Глеб, — сказала ему на ухо. Держала его очень крепко, даже интимно.

С другой стороны его зажал Тони.

— Поганец ты мелкий, почему не написал мне? Я скучала.

Он узнал меня, я ощутила это, и то, как он обмяк, уже не сопротивлялся и даже обнял меня,

словно сестру родную. Погладила его по голове.

— Давно ты тут? – спросила у паренька.

— Не очень.

— Поможешь нам, подыграешь?

Он не спрашивал, зачем мы здесь, просто кивнул. А я, отстранившись, заметила слезы в его

глазах.

— Когда сестра слегла? — спросила обтекаемо для окружающих.

— Год назад. Мы столько раз ловили ее и уводили, она все равно шла на тусовки. Сейчас

родители ее закрыли принудительно. Она же еще дура малолетняя. Я тебя не узнал.

— Это хорошо, — сказала с улыбкой. — Я сегодня буду чудить и вытворять.

Он как-то с пониманием улыбнулся. От него ощущалось безоговорочное доверие. А самое

забавное, он буквально немного выше меня. Мы демонстративно взяли алкоголь. Глебу и Тони я

заказала светлое пиво, себе — очередной разноцветный коктейль. Прелесть дара Тони — он мог

устроить ментальную конференцию, и мы могли телепатически общаться, делая вид, что пьем и

смотрим на тусующихся.

— Итак, Глебушка, кто тут главный заводила? Мне с ним близко пообщаться нужно.

Парень демонстративно поморщился. Он никогда не любил, когда я называла его в детстве

Глебушка-хлебушка.

Глава 11.

Глеб, делая мелкий глоток пива, ментально отвечает:

«Вот тот красноволосый щеголь. Да, тот, что на нас пялится.»

— Нужно было платье одеть покороче, — сказала вслух грустно. — Не стоило тебя слушать,

котик. А то так во мне никто девочку не видит.

Тони поперхнулся, а нужный объект обратил на нас внимание.

— Ну просто куда это годится? Этот костюм пацанячий прячет все мои прелести и достоинства.

Бедный Тони смотрит на меня, как кот, которому на хвост наступили. Специально расстегнула

кофту и указала ему на свою фигуру.

— Ну и зачем мне это прятать?

Тони, что-то ворча, стал застегивать обратно.

— На то, что под кофтой, буду смотреть только я! — сказал он сердито.

— Оу, а ты, оказывается, собственник! — сказала, чуть дебильно улыбаясь. — Мальчики, мне

скучно! — протянула им капризно.

Стрельнула глазками на Тони и пошла к крашеному щеголю. А нечего стоять так откровенно

пялиться на меня.

— Нравлюсь? — спросила, подходя и обнимая его за талию, будто пытаюсь обнять.

А сама быстро оплетаю его магией. В первую очередь к чертям сжигаю его защитные артефакты.

Он от этого начал шипеть, но сделать ничего не успевает. Я вжимаю его в себя и оплетаю еще

сильнее, вплетая заклинания, которые сделают ему больно, если он попытается мне навредить

каким-либо образом. Лишкорт как-то научил с оговоркой: когда нужно расколоть разных

ублюдков.

— Пошли пошалим, мои мальчики хотят понаблюдать.

Он попытался меня послать и отказать, но понял, что это причиняет ему боль.