У меня вырывается стон, когда она пробует что-то другое, обхватывая рукой головку моего члена, нежно обводя её большим пальцем.

— Как тебе это? — спрашивает она.

Я быстро киваю, открываю глаза и встречаюсь с ней взглядом. Я запускаю пальцы в её волосы и смотрю на неё сверху вниз.

— Чертовски идеально.

Джульетта улыбается, такая сексуальная и великолепная — её волосы растрепались после того, как прошлой ночью она извивалась на подушках, а губы всё ещё припухли от наших поцелуев.

Мои яйца напрягаются, когда она снова поглаживает меня. Я уже почти готов кончить. Это неудивительно, учитывая, как я отказывал себе прошлой ночью, сколько недель я отчаянно нуждался в ней. Но всё же я не хочу, чтобы это уже заканчивалось.

— Дыши, — шепчет Джульетта мне в губы, и её поцелуй такой медленный и сладкий. — Дыши, Уилл.

Я глубоко втягиваю воздух, когда она отстраняется, затем обхватывает мои яйца ладонями и нежно массирует их. Мой член покачивается, ноя от отсутствия её прикосновений. Я тяжело дышу, моя рука сжимает простыни в кулак.

— Боже, Уилл, — шепчет она. — Ты чертовски великолепен.

Я с трудом сглатываю, мои бёдра приподнимаются, моё тело жаждет удовольствия от её прикосновений.

— С тобой я чувствую себя чертовски великолепно.

Джульетта снова сжимает мой член, на этот раз чуть сильнее, и, чёрт возьми, это так приятно, что мои челюсти стискиваются, коренные зубы стучат друг о друга.

Я тихо ругаюсь. Задыхаясь, с колотящимся сердцем, я наблюдаю, как её скользкая ладонь обхватывает меня, двигаясь вверх и вниз.

— Бл*дь, — стону я, притягивая Джульетту ближе, прижимая к себе. Я крепко целую её, обхватываю её грудь, перекатывая сосок большим пальцем. — Я должен прикоснуться к тебе. Позволь мне прикоснуться к тебе.

— Ты можешь прикасаться ко мне, — выдыхает она, поглаживая меня медленно и крепко, — но не для того, чтобы заставить меня кончить. Позволь мне просто дать тебе это, — её язык танцует с моим, заводя меня всё сильнее и сильнее, так опасно близко к разрядке.

Она сжимает мою длину, затем отступает и проводит рукой по головке, заставляя меня сдержаться, чтобы не выругаться.

— Как тебе это?

— Не останавливайся, — умоляю я. — Не останавливайся, пожалуйста...

— Я не буду, — шепчет она мне в шею, целуя в подбородок, в основание горла, в невероятно чувствительное местечко под ухом.

Меня охватывает жар, заставляя вскидывать бёдра навстречу её руке, выгибаться в её объятиях.

— Быстрее? — спрашивает она.

Я лихорадочно киваю. Джульетта сжимает меня крепче, ускоряет темп. Молния пронзает моё тело, пробегает по позвоночнику и пронзает глубоко внутри.

— Я сейчас кончу, — выдыхаю я. Я целую её беспорядочно, отчаянно, и она встречает меня на полпути, её бедро скользит выше по моему, её таз трётся о меня.

Джульетта ахает, когда я сильнее прижимаюсь бедром к её ногам.

— Что ж, оказывается, я тоже, — выдыхает она.

Меня сводит с ума, когда я слышу, как она произносит эти слова, зная, что одни только прикосновения ко мне так её завели. Она проводит большим пальцем по головке моего члена и шепчет:

— Отпусти себя, Уилл. Ну давай же. Кончи для меня.

Я крепко прижимаю её к груди, когда оргазм захлёстывает меня, и волна наслаждения настолько сильна, что выбивает воздух из моих лёгких, заставляет мои бёдра дико дёргаться, когда я изливаюсь в её руку и на мой живот. Рот Джульетты приоткрывается, и она выгибается навстречу мне, её тело дрожит, её ноги крепче сжимают мою.

Пьянящее осознание того, что она кончила, продлевает мой оргазм, посылает новую волну разрядки, изливающуюся из меня. Я толкаюсь в её руку, работая всем телом, целуя её, впитывая отрывистые, бездыханные крики, срывающиеся с её губ.

Постепенно наши движения замедляются. Тело Джульетты расслабляется, как и моё. Наши поцелуи становятся глубокими и томными. Наконец, она опускает голову мне на грудь, её лицо пылает, а широкая довольная улыбка озаряет её лицо. Моя голова ударяется о спинку кровати, когда я смотрю на неё сверху вниз, тяжело дыша.

— Это было...

— Чертовски охрененно, — хрипло произносит она.

Хрипловатый смех вырывается из меня, когда я беру несколько салфеток с тумбочки на моей стороне кровати и быстро вытираю её руку, затем свой живот.

— Как с языка сняла.

— Кстати, о языках, — говорит Джульетта, опуская взгляд на мой член. — Я не могу дождаться, когда сведу тебя с ума своим язычком.

Мои челюсти сжимаются от такой возбуждающей мысли.

— Джульетта, сжалься надо мной. Мне нужно пережить период восстановления.

Она смеётся и притягивает меня для поцелуя, а сама ложится на меня сверху.

— Я могу придумать очень приятный способ скоротать время, пока твой период ожидания не закончился.

Как только я устраиваюсь между её бёдер, мой телефон звонит, достаточно громко, чтобы я услышал его из споррана. Я стону ей в шею.

— Нееет.

Джульетта опускает взгляд на пол, где мой спорран вибрирует от приглушённого звука будильника моего телефона.

— Что не так?

— Который сейчас час? — стону я.

Джульетта тянется к прикроватной тумбочке, поворачивая часы к нам.

— Одиннадцать тридцать.

— Чёрт, — я плюхаюсь обратно на кровать и тру лицо голыми руками.

Приподнявшись на локте, она смотрит на меня сверху вниз. Её рука ложится мне на грудь.

— Что не так? Тебе нужно куда-то идти?

— Угу, — я провожу руками по волосам. — Чёртово охаживание клиентов. Я отменяю встречу.

— Зачем тебе отменять?

— Потому что я бы предпочёл побыть здесь, в постели с тобой.

— Я знаю, — она убирает волосы с моего лица. — Но это может подождать. В конце концов, ты сказал, что тебе нужно время.

Я награждаю её бесстрастным взглядом.

— У меня не такой уж долгий период восстановления.

Она смеётся.

— Ну, тогда отмени, если хочешь. Но я не возражаю, если ты пойдёшь на встречу, — она наклоняется и целует меня. — При условии, что ты возьмёшь меня с собой.

Глава 29. Джульетта

Уилл захлопывает за мной дверцу грузовика и сжимает мою руку.

— Спасибо, что захотела приехать.

— Ты шутишь? — я сжимаю его руку и улыбаюсь. — Спасибо, что позволил мне увязаться за тобой.

— Джульетта, ты совсем не увязываешься, — выражение его лица становится серьёзным, его большой палец нежно поглаживает тыльную сторону моей ладони. — Я очень рад, что ты захотела прийти.

Глядя на него снизу вверх, я чувствую, как во мне порхают бабочки, дикие и свободные. Мы пробыли в разлуке всего час, пока я приводила себя в порядок и надевала платье, а Уилл помчался домой, чтобы переодеться в одежду, которая не являлась нарядом горца восемнадцатого века, но я скучала по нему, и теперь я безумно рада, что получила его обратно до тех пор, пока мне не придётся проводить его вечером.

Я приподнимаюсь на цыпочки и целую его.

— Я в предвкушении. Я смогу увидеть тебя в действии, такого энергичного Мистера Бизнесмена, говорящего о виски.

Уилл морщится, осторожно вынимая свою руку из моей. Положив её мне на спину, он ведёт меня к пабу, расположенному через пару зданий дальше по кварталу.

— Пожалуйста, не возлагай больших надежд. Это обычная беседа, обязательное виски в баре, ничего интересного.

— Может быть, для тебя, — я поднимаю на него взгляд. — Но для меня это ново и очень интересно. Ты провёл время с моими родителями, сёстрами, друзьями — ты видел мою жизнь, но я так мало видела твою, и теперь мне представилась возможность. Я не могу дождаться.

Его щёки приобретают приятный розовый оттенок, пока он поудобнее устраивает под мышкой небольшую коробку виски «Орсино», которую принёс с собой. Уголки его губ приподнимаются в мягкой улыбке.

— Ты не можешь быть такой милой в пабе. Я сделаюсь ярко-красным, — Уилл указывает на одну розовую щёку. — Опять.

Я прикусываю губу, чтобы сдержать улыбку.

— Но мне нравится, когда ты краснеешь.