Я как раз стоял на страже в одном из переходов подконтрольной территории дворца, когда мой бывший друг и бывший деверь Ксанте Ке-Орн вынырнул из какого-то потайного коридора. Он, как оказалось, играл на противоположной стороне и начал взывать к моей чести, но кончилось всё это повторной дракой — снова на холодном оружии. Я почти уделал своего деверя даже без песка в глаза. Помню, как мне удалось сломать ему клинок, однако противник изловчился и рукоятью ударил меня в лицо.

Я почти потерял сознание, а когда отдышался, Ксанте предложил мне сменить сторону и вернуться в русло закона. Предложение выглядело заманчивым, и я согласился, после чего отключил защитный купол и вернул Ро-Стеннеру связь. Верные правителю войска разогнали остатки путчистов, я же сохранил свою жизнь и даже некое подобие карьеры — по крайней мере, продолжил заниматься тем, чем занимался всегда.

Ксанте, спору нет, поступил великодушно, но я его окончательно возненавидел, поскольку кровоподтёки на разбитом лице делали меня похожим на избитого арестанта.

Впрочем, они быстро прошли. Я работал на Ро-Стеннера точно так же, как раньше работал на Ал-Вона, однако, копаясь в репозитории имперских данных, обнаружил пикантную деталь. Ро-Стеннер, сам сирмиец до мозга костей, не брезговал контактами с терранским отрядом «Кси» и даже привлекал этих «союзников» к нейтрализации собственных конкурентов. Ке-Орн, женатый на терранке, очевидно, сам был замешан в этой схеме, однако доверять старому хрычу Ро-Стеннеру мог лишь дурак, в точности такой, как мой бывший деверь.

Шашни отряда «Кси» с правителем Сирмы кончились ожидаемо плохо. Сенатора Ла-Дексу, большого поклонника терранской культуры, взяли прямо в его доме, в компании других изменников. Терране попытались вытащить дружка, в результате чего командир «Кси», некий Март, он же Мартин Рей, он же Бранку, он же Ставич и ещё много имён, оказался в руках «Консеквенсы» прямо на Сирме, причём (клянусь!) его подставил не я, а сам триумвир.

Вот тут даже у меня закружилась голова, поскольку в хитросплетении сирмийских интриг шпион сидел на изменнике, а изменник — на шпионе.

Ке-Орну поручили заниматься делом Марта — мой деверь и тут меня переиграл. Мне же пришлось, упустив крупную рыбу, вернуться в здание «Консеквенсы» и заняться добычей помельче.

В самый день ареста сенатора Ла-Дексы, еще до гибели Марта, я встретил Ке-Орна в здании Консеквенсы. Он явился с неким формальным поручением триумвира Ро-стеннера, а попросту говоря лез не в свое дело, что выглядело странно и я едва отделался от бывшего деверя.

В повале уже работал лейтенант Ра-Санпо, который «разогревал» арестованную некую девушку, показывая ей раскалённый на горелке нож и делая разнообразные паршивые намёки. Сообщница Ла-Дексы была не то чтобы красива — она, по крайней мере, отличалась от прочих бронзовой кожей, характерной для южного материка. Смотрела она зло, но одновременно испуганно, а на губах выступила кровь. Ра-Санпо уже был изрядно навеселе.

— Смотрите, шеф, она пыталась откусить себе язык, — рассмеялся он. — Но это ведь не так легко, да? Она его просто прикусила.

— Кто это по документам?

— Крамия Ла-Фиана, сублейтенант планетарной обороны.

— Вы её трогали?

— Пока только немного побили и послушали ее ругань.

— А еще кого-то взяли?

— Там был второй офицер планетарной обороны, некий парень с позывным Мако, и этот ушлёпок сбежал.

Я кивнул и отослал Ра-Санпо и двух его помощников в коридор.

Крамия Ла-Фиана лежала, пристегнутая к «рабочему» столу экзекуторов. Я отвязал ее, веле одеться. Она сидела на табурете в своём порванном и сером мундире, её пальцы заметно дрожали, причёска растрепалась.

— Значит, так, Крамия… плохи твои дела, — констатировал я очевидное. — За участие в заговоре Ла-Дексы тебя, конечно, казнят, но до этого будут калечить. Станешь ты говорить или нет, для Ра-Санпо не важно. Он сегодня сильно пьян и своего не упустит.

— Я готова умереть за свободу.

— Даже так? Ладно, верю. А к тому, что перед смертью, готова? Думаешь, это будет подвигом? Нет, будет грязно и очень больно.

Крамию колотила дрожь, она обняла собственные плечи, пытаясь её унять. Я специально сделал паузу, чтобы паника девушки дошла до предела.

— Вообще-то я могу помочь, — добавил я словно бы нехотя. — Могу отослать Ра-Санпо домой, и ты его больше не увидишь. Это не подарок. Правильнее будет сказать — сделка.

— У меня ничего нет.

— У тебя есть информация. Скажи правду — какое отношение ты имеешь к Мако Ри-Кано?

— Мы товарищи по службе.

— Любовники?

— Не ваше дело.

По её тону я сразу догадался, что правильный ответ «нет».

— Вы часто служили вместе, если переводили одного, переводится и другой — почему?

Она не ответила. Капля крови медленно стекала по подбородку.

— Он что — агент отряда Кси? Терранин? Ваш связной?

По подбородку Крамии потекла вторая кровавая капля. Дальше можно было не спрашивать — и так всё стало понятно.

— Ну, милая, тебе конец, — сказал я без обиняков. — За сотрудничество с Кси ты ссылкой не отделаешься. Будет казнь и хорошо, если только петля, а может выберут что похуже. И с Ра-Сампо придется пообщаться.

Девушку уже сильно трясло — говорить она не хотела, но справиться с паникой не могла. Я взял стул, поставил напротив и сел с Крамией лицом к лицу, дал ей носовой платок, чтобы вытерла слёзы.

— Я избавлю тебя от самого неприятного. Наверное, смогу добиться и помилования, это сложно, но я постараюсь. Конечно, мои старания не просто так. Нужна встречная любезность.

Этот намёк она поняла правильно и покраснела до корней волос.

— Мерзавец. Все вы подлые мерзавцы.

— Вовсе нет, — отозвался я как ни в чём не бывало. — Мако как настоящий терранин удрал и бросил тебя умирать. Сенатор Ла-Декса всё равно что мёртв, его казнят, и не важно, будешь ты давать показания или нет. Не хочешь сдавать остальных, всякую мелочёвку — ну и не надо. Тебе достаточно провести со мной время, и мы в расчёте.

Крамия была дворянка, хотя и из мелких. При других обстоятельствах, наверное, огрела бы меня по лицу, но тут бедняжке пришлось выбирать между мною и скотиной Ра-Сампо.

— Это такой позор! — заявила она, вытирая глаза.

— Ерунда. Всё пройдёт отлично, и никто про нас не узнает, — тут же пообещал я.

Она не сказала «да», а просто замолчала. Я мог прислонить её к стене и тут же завершить сделку, но вместо этого довёл до телепорта и перекинул на конспиративную квартиру, где хотя бы была кровать.

Там Крамия промочила слезами всю подушку, хотя, по сути, всё прошло довольно мило — я эту девушку не бил, лишнего не требовал, а на её колкости в мой адрес реагировал или с иронией, или никак. В конце концов я оделся и ушёл, оставив её под стражей и пообещав вновь заглянуть через пару дней.

…Этой пары дней хватило, чтобы дело Ла-Дексы закрыли, а самого сенатора и его сообщников приговорили к смерти — кого очно, а кого и заочно. Крамию я оформил как перевербованного агента, а ее показания про сбежавшего Мако просто подделал, вписав туда разные выдумки, что позволяло отложить её казнь на неопределённый срок.

Ра-Санпо хохотал над моей проделкой, но в душе наверняка завидовал.

— Её же всё равно казнят, — сказал он, отсмеявшись, — ты же обманул девушку, командир.

— Просто дал ей возможность пожить подольше, — спокойно отозвался я.

Мои визиты на конспиративную квартиру между тем продолжались. Крамия обзывала меня подонком, дьяволом, рабом триумвиров и прочими «лестными» именами, но, похоже, наши развлечения ей нравились. Она даже принялась жалеть меня за моё нравственное падение, а это было совсем уже смешно.

Моя законная жена, Ламия И-Анира, допекала меня с противоположной стороны. Заносчивая ледышка, она не возражала против моих интрижек, но требовала, чтобы я неукоснительно ночевал дома и не провоцировал сплетен среди слуг. Таким образом, дни я проводил в «Консеквенсе», вечера — с любовницей, которую ждала смерть, а ночи — в отдельной от жены спальне, часто просыпаясь и слушая, как за окном, в саду, кричат полуночные птицы.