На рис. 9.3.1. представлена карта генетических расстояний от «среднерусской популяции», т. е. от средних частот гаплогрупп в коренных русских популяциях. Значения частот «среднерусской популяции» рассчитаны по наиболее надёжным данным о мтДНК, охватывающим основной ареал русского генофонда: по популяциям Архангельской, Белгородской, Костромской, Смоленской областей и кубанских казаков.
Рис. 9.3.1. Карта генетических расстояний по мтДНК: от русского генофонда до популяций Евразии.
КАК ЧИТАТЬ КАРТЫ РАССТОЯНИЙ. Светлые тона обозначают малые значения генетических расстояний, то есть большое сходство популяций на данной территории и «среднерусской популяции». Напротив, тёмные тона обозначают большие генетические расстояния, то есть резкие генетические различия между популяциями этой территории и «средней русской популяцией». Поэтому если две территории окрашены в светлые тона, это говорит об их сходстве друг с другом и со «среднерусской популяцией». Если же две территории окрашены в чёрные тона, это говорит об их отличии от «среднерусской популяции», но не говорит об их сходстве между собой, так как они могут отличаться от «среднерусской популяции» в разные стороны.
РОДНАЯ ЕВРОПА И ЧУЖДАЯ АЗИЯ
Бросается в глаза (рис. 9.3.1.) близость практически всей Европы к нашей «среднерусской популяции». Широкая область светлых тонов фиксирует популяции, наиболее близкие к «среднерусским». Оказывается, что практически все популяции центральной Европы чрезвычайно близки к «среднерусским» значениям: величины генетических расстояний варьируют от 0 до 0.01. Во всей Центральной и Западной Европе от «среднерусских» значений резко отличается только северная часть Скандинавии, одна румынская и одна из множества итальянских популяций. Умеренные отличия показывают Франция, Англия, Испания и Италия — но, например, Германия, Австрия, Польша на карте неотличимы от среднерусской популяции. Однако даже генетические отличия испанцев заметны лишь в общеевропейском масштабе и исчезают, когда мы охватываем взглядом всю Евразию — повторимся, что на фоне Евразии вся Европа удивительно похожа на средний русский генофонд.
Главное, что обнаруживает карта генетических расстояний — это удивительную близость «среднерусских» значений к вариациям европейского генофонда. Это сходство — весьма нетривиальный результат, особенно на фоне радикальных отличий генофонда всего остального евразийского населения. Резкий градиент проходит в районе Урала, пересекает Кавказ и далее на юге немного размывается, показывая «слегка русские» Анатолию и Левант. Все популяции к югу и востоку от этой линии обладают иным митохондриальным генофондом, непохожим на средний русский. Территории, расположенные западнее этой линии, за рядом исключений, достаточно близки к «усредненной русской популяции».
ЕВРОПЕЙЦЫ БОЛЬШЕ РУССКИЕ. ЧЕМ САМИ РУССКИЕ!
Однако самое удивительное, что одним из таких исключений является часть русских популяций, белорусы и украинцы Поднепровья: они значительнее отличаются от «среднерусской популяции», чем многие иные популяции Европы. Это — неожиданный результат. Он показывает, сколь велик размах генетических различий в пределах русского генофонда, насколько значительно некоторые русские популяции могут отличаться от усреднённых общерусских величин. Одна зона слегка повышенных отличий от среднерусского генофонда расположилась прямо… в Центральной России! Другая — на северо-западе, хотя эти данные не слишком надёжны, так как основываются всего на одной псковской популяции. Третья — северная зона — особенно обращает на себя внимание. Она отмечает то — пока ещё умеренное — отличие северно-русского генофонда от генофонда усредненно-русского, которое далее переходит уже в резкие отличия финских, саамских и зауральских популяций.
Итак, русский этнос имеет сложную внутреннюю структуру. Карта генетических расстояний по частотам гаплогрупп мтДНК показывает порой большее сходство европейских групп с усреднённой русской популяцией, чем сами русские популяции: между русскими группами выявлены значительные различия.
Коренное население остальных регионов Евразии (вне Европы) резко отличается от русских популяций.
ГЕНЕТИЧЕСКИ ЭФФЕКТИВНАЯ КОЛОНИЗАЦИЯ
Последний вывод особенно важен. Он означает, что огромный современный ареал русского народа включил территории, коренное население которых генетически было совершенно иным: Урал, Сибирь и Дальний Восток, Северный Кавказ и Закавказье, Среднюю Азию. Тем самым колонизационные потоки русского населения были генетически эффективными миграциями. В популяционной генетике так называется показатель, оценивающий те изменения, которые произошли в генофонде в результате притока мигрантов из другой популяции, при этом учитывается степень различий между двумя популяциями (см. Приложение), Русское расселение на обширных территориях должно было привести к изменениям как в генофондах коренных народов (которые смешивались с русскими), так и в генофонде русских популяций на новых местах обитания (которые смешивались с коренным населением). Даже если бы смешения были невелики, их генетический результат был бы существенен — слишком сильно различались два контактирующих генофонда. Но исторические источники однозначно свидетельствуют о большой интенсивности смешений.
По-видимому, есть все основания считать, что русская колонизация Сибири, Кавказа и Средней Азии так же изменила генофонд этих регионов, как английская колонизация изменила генофонды Северной Америки или Австралии, а испанская — Южной Америки. Конечно, генофонды коренного населения Южной и Северной Америки трансформировались в разной степени. Но и изменения, затронувшие, скажем, Западную Сибирь и Закавказье, тоже различны по интенсивности. С точки зрения популяционной генетики, европейская экспансия/колонизация, последовавшая за эпохой Великих географических открытий, была по сути одним и тем же процессом, независимо от того, проходила она по морю (в случае Западной Европы) или по суше (в случае России). Для нас такой взгляд важен потому, что говорит о правильности изучения русского генофонда именно на его «исконной» территории. Ведь генофонд русского населения Сибири будет соотноситься с «собственно русским» генофондом примерно так же, как современное население Австралии — с английским генофондом, а Мексики — с испанским. Разумеется, важно изучить генофонд русского населения не только «исконного», но и «современного» ареалов. Важно лишь различать, где русское население — коренное, а где появилось в ходе колонизации.
§ 2. Некоторые итоги
Основным итогом является созданный Атлас митохондриальных ландшафтов. Только приведённые карты атласа (в действительности их число намного больше) показывают распространение 32 гаплогрупп митохондриальной ДНК в населении Евразии. Создание атласа стало возможным благодаря наличию как геногеографических технологий, так и банка данных, включающего данные по 70 000 тысячам изученных образцов мтДНК, представляющих порядка тысячи популяций. Наряду с картами распространения гаплогрупп, атлас включает и карты разнообразия гаплогрупп, карту гаплотипического разнообразия, карты главных компонент и генетических расстояний. В целом, атлас является обобщением накопленных данных по мтДНК, выполненным методами геногеографии.
ЧЁТКОСТЬ КАИН ГАПЛОГРУПП: СИСТЕМА В ДЕЙСТВИИ
Удивительной чертой митохондриального ландшафта оказалась чёткость клинальной изменчивости, свойственной распространению многих гаплогрупп. От мтДНК её ожидать было трудно, поскольку и дрейф генов в случае однородительских маркёров мощнее во много раз, и велики случайные смещения частот из-за ошибок выборки (для одинаковой надёжности результатов для однородительских маркёров размер выборки нужен в два раза больше, чем для аутосомных маркёров). Эти случайные факторы могли превратить распределение гаплогрупп в калейдоскоп всплесков и провалов, выливающийся на карте в мозаику темных и светлых тонов. Но вопреки случайностям дрейфа генов и ошибок выборок на картах чётко видны клины — «родины» гаплогрупп и пути их миграций по Евразии.
