Мотивация распространителей «финно-угорского» и других аналогичных мифов, с разными вариациями насаждаемых сегодня в общественном сознании России, трояка:

1) лишить русских своего характерного антропологического облика; разъединить их;

2) разъединить не только русских между собой, но и русских с близкородственными этнически и культурно малороссами и белорусами;

3) «ликвидировать все народы» — поставить под сомнение само понятие «народ», объявить его, в конечном счете, «ненаучным». И тем самым разъединить не только русских, украинцев, белорусов, но и всех людей вообще — оставив лишь отдельных индивидов, которыми гораздо легче манипулировать.

Мифы, что у русских нет своего характерного антропологического облика, распространялись еще в дореволюционное время. «Вздрогнули бы и перевернулись в земле кости Русичей на Какле, если бы они узнали, что в наши дни нашлись сомневающиеся в их этнике и антропологии» (профессор И. А. Сикорский, 1912 г.).

С этой лженаукой успешно боролись наши ведущие антропологи дореволюционного и советского периода. Например, Д. Анучин в статье «Славяне, антропологический тип» в словаре Брокгауза и Ефрона (С-Петербург. Типография Акц. Общ. «Издательское дело», Брокгауз-Ефрон. 1900. Том XXX, 59 полутом, С. 285) писал: «из… известий греческих, римских и арабских писателей о славянах можно вывести заключение, что в эпоху выхода их на историческую сцену и первых столкновений с культурными народами они представляли собою определенный расовый тип, отличный как от типа южных народов области Средиземного моря, так и от типа германцев. Древние писатели упоминают о высоком росте, крепком сложении, румяном цвете лица и русых волосах славян…».

Главная же цель «господ» манипуляторов — внедрение мифа о «несуществовании народов», по отношению к которому догмы типа «поскреби русского — найдешь финно-угра (варианты: скифа, китайца, папуаса….)» являются лишь частными случаями. Он противоречит здравому смыслу большинства людей. Читатель, хотя бы бегло познакомившийся с книгой «Русский Генофонд на Русской равнине», заметит, что тезис о «несуществовании рас» эффектно и доказательно опровергается авторами (глава 2.2). Народы существуют, как существуют и расы, как существуют и изучавшиеся авторами популяции.

Книга «Русский генофонд на Русской равнине» представляет собой взгляд на генофонд русского народа с четырех разных сторон: антропологии, классической и ДНК-генетики, а также многообразия фамилий. Четыре проекции русского генофонда, собранные вместе в этой книге, дают его объёмный образ, индивидуальный и своеобразный. Эти четыре проекции, как подчеёркивают авторы, согласуются между собой, благодаря чему образ Русского генофонда является не только своеобразным и индивидуальным, но и гармоничным, наделённым согласующимися друг с другом чертами.

В рецензии на книгу «Русский Генофонд на Русской равнине» доктор политических наук, автор ряда работ по этнологии, депутат Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации четвертого созыва А. Н. Савельев писал:

«Изменчивость внешнего облика русского человека столь же характерна для Русской равнины, сколь и отличительные черты русского человека, выделяющие его среди других народов. Установлено, что русские — типичные европеоиды. Установлено, что татаро-монгольское иго не оставило в русском роде практически никаких следов с генетической точки зрения. У русских смешанных браков (за пределами группы восточноевропейцев) — всего около 2 %.

Знание о человеке — важнейший источник обоснованных решений органов государственной власти, выработки ими верных стратегий. Современное производство все больше требует индивидуализации производимой продукции. В особенности это касается всего, что связано непосредственно с человеком. Если говорить о русском народе, то русским нужны врачи и диетологи, которые знают особенности русских на уровне биологических различий, выделяющих их среди народов мира. Русским нужны политики и государственные деятели, знающие, что на Русской равнине живет русский народ со своим «лица необщим выраженьем». Это знание ведет к разработке стратегии восстановления и защиты жизнеспособности русского народа и других коренных народов России» (см. http://www.savelev.ru/article/show/?id=386&t=l См. также журнал «Золотой Лев», http://www.zlev.ru/97_36.htm).

Книга «Русский Генофонд на Русской равнине» проясняет вопрос: «кто такие русские». Ответ на этот вопрос оказался не столь прост, как можно было ожидать.

Надеемся, что читатели, интересующиеся историей и культурой русского народа, найдут в книге «Русский Генофонд на Русской равнине» немало интересного.

А. Н. Маслов

Предисловие

Книга пошла в печать, и к издателю стали поступать первые корректурные листы. Каков же был его ужас, когда он обнаружил, что повесть Мурра то и дело перемежается вставками из совершенно другой книги — биографии капельмейстера Иоганнеса Крейслера.

Что же выяснилось после тщательного расследования и розыска? Оказывается, когда кот Мурр излагал на бумаге свои житейские взгляды, он, нисколько не обинуясь, рвал на части уже напечатанную книгу из библиотеки своего хозяина и в простоте душевной употреблял листы из нее частью для прокладки, частью для просушки страниц. Эти листы так и остались в рукописи, и их по небрежности тоже напечатали, как принадлежащие к повести кота Мурра! Эрнст Теодор Амадей Гофман «Житейские воззрения кота Мурра вкупе с фрагментами биографии капельмейстера Иоганнеса Крейслера, случайно уцелевшими в макулатурных листах»

Два неразрывных вопроса — «Откуда ты, Русь?» и «Какая ты теперь, Русь?» — звучат на изломах истории особенно остро. Ответов даётся много и разных, но как выбрать те, что ближе к истине? Конечно же, наука может говорить лишь о той части истины, которая постигается её научными методами. Но зато научный осмотр этой вершины айсберга можно провести вместе с читателем, раздумывая и точно взвешивая верность ответов.

Именно это мы и предлагаем в книге — попробовать увидеть, как преломляются в русском генофонде эти два неразрывных вопроса. Для большей объективности ответов, мы привлекли разные науки о человеке. Наши обширные экспедиционные обследования Русской равнины сопоставлены с другими данными генетики, антропологии, лингвистики и истории. При этом мы стремились к тому, чтобы любой читатель без специальной подготовки мог создать объёмное представление о русском генофонде и основывался при этом на комплексе последних научных данных. Впрочем, когда приходилось выбирать между «популярностью» и «точностью» изложения, авторы старались быть максимально точными. Так что книга получилась местами слишком научной, за что авторы даже не смеют просить прощения у читателя.

У книги есть ещё три особенности.

1) Во-первых, интересы авторов лежат в области геногеографии — науки, изучающей, как изменяется генофонд в географическом пространстве. Благодаря ей мы легко можем сравнить — как различается русское население на разных территориях? А также — насколько русские популяции отличаются от их соседей по Европе и Евразии? Такое сравнение мы проведём с помощью карт, которые без труда прочитает любой читатель. Именно карты послужат путеводной нитью — и в этом первая особенность книги.

2) Массив накопленных сведений велик, но, как и положено на Руси, «порядка только нет». Собирание воедино таких сведений о генофонде населения русских земель было главным условием создания этой книги — и столь же необходимым, как когда-то было собирание воедино самих этих земель. Для понимания русского генофонда нужны данные обо всех популяциях, разбросанных по его бескрайнему ареалу, обо всех русских землях. И описаны эти земли должны быть не одним, а сразу несколькими «очевидцами». Только так мы получим достоверный «портрет» русского генофонда.