Поэтому вторая особенность книги — собирание воедино не только сведений о разных землях, но и данных разных наук: генетики, антропологии и лингвистики. Каждый из разделов этих наук даёт независимые свидетельские показания об изменчивости русского генофонда. Причём каждая наука, каждый очевидец представляет целый ворох свидетельств — изменчивость множества признаков.
Для генетики — это не только традиционные «классические» маркёры (группы крови, цветовая и вкусовая «слепота», гены, ответственные за белки крови). Но и новейшие данные молекулярной генетики. Причём для полноты картины мы охватили все три типа её признаков: и наследующиеся только по материнской линии (митохондриальная ДНК), и только по отцовской линии (Y хромосома), и сразу по обеим линиям (аутосомные ДНК маркёры).
Для антропологии — это все накопленные данные и о физическом облике русского населения (соматология), и о кожных узорах на пальцах (дерматоглифика).
Для лингвистики — впервые изучено распространение десятков тысяч русских фамилий (антропонимика).
Авторы надеются, что собирание воедино свидетельств столь разных «очевидцев» позволило создать достаточно объёмный и красочный портрет русского генофонда.
Едва ли не важнейший свидетель — физическая антропология. Именно работа антропологов [Происхождение…, 1965] была первым исследованием русского генофонда, проведённым под руководством Татьяны Ивановны Алексеевой и Виктора Валерьяновича Бунака. Лишь полвека спустя генетики смогли добавить к этому свои данные. Вопросы взаимодействия антропологии и генетики были для Татьяны Ивановны столь важны, что мы вместе проводили экспедиции и семинары генетиков и антропологов. И авторы всегда будут благодарны ей за поддержку и интерес к геногеографии. Хотелось бы, чтобы и настоящее исследование, объединяющее антропологические и генетические данные, послужило её светлой памяти.
3) Третья особенность, о которой надо сразу же предупредить читателя: разные разделы книги написаны с разной степенью подробности и в разной манере изложения. Отчасти дело в том, что половина книги написана одним соавтором, а другая половина — другим: главы 2, 4, 5, 7 и Приложение написаны Е. В. Балановской; главы 3, 6, 8, 9 и 10 написаны О. П. Балановским, а в 7 главе — половина разделов написана одним соавтором, а половина — другим. Разные поколения, разный стиль изложения, разное образование (один из нас — антрополог, а другой — генетик)… Мы надеялись, что такое соавторство позволит увидеть русский генофонд с двух разных точек зрения, «бинокулярно» — в объёме, а не плоско — и соавтору разрешалось вносить свои коррективы и в «чужую» главу. Оттого порой книга напоминает записки кота Мурра, написанные на обороте бумаг его хозяина, и так и изданные вперемешку.
Но главная причина кажущейся разнородности книги в ином. Дело в том, что к ней могут обратиться разные читатели. Специалисту всегда важны подробно представленные результаты и формально описанные методы. Написать книгу для специалистов легко. Но тогда генетический раздел стал бы непонятным для антрополога, а антропологический раздел — для генетика. Такая книга была бы бесполезна и для коллег из соседних областей науки — историков, археологов, лингвистов, этнографов, географов, медиков. Ведь каждая глава стала бы информативной только для узких специалистов в этой области, а синтез данных разных наук стал бы невозможен. Мы же стремились к иному — чтобы любой раздел был понятен любому. Поэтому вопросы, важные для специалистов — напечатаны мелким шрифтом или вынесены в Приложение. Это позволило дать пояснения, не перегрузив основной текст книги. Однако и в нём мы оставили немало повторов. Кто сможет прочесть столь многоликую книгу «от корки до корки»? Каждому интересно своё… Поэтому для читателя, не заглядывающего в другие главы книги, мы повторяли кратко то, что необходимо для понимания основной нити рассказа.
Собрав в одной книге разнородные сведения, трудно избежать нестройности. Остаётся надеяться, что интерес к самому объекту превозможет недостатки книги, и русский генофонд сможет стать понятнее и ближе.
Благодарности
Авторы рады сказать слова благодарности очень многим коллегам и друзьям — без их помощи эта многоликая книга не могла бы появиться на свет.
Прежде всего, авторы искренне признательны В. Е. Дерябину, Н. А. Долиновой, А. П. Бужиловой и В. А. Спицыну, благодаря сотрудничеству с которыми начиналось наше исследование русского генофонда. В. Е. Дерябин помог осуществить нашу давнишнюю мечту о совместном анализе данных антропологии и генетики: благодаря составленной им базе данных по соматологии и рассчитанным каноническим переменным стал возможен анализ антропологии как русских популяций, так и всей Восточной Европы. Н. А. Долинова великодушно предоставила для анализа массив дерматоглифических данных о русских и иных популяциях Восточной Европы. В. А. Спицын не только предложил включить в нашу базу данных собранную им информацию о частотах классических маркёров в русских популяциях, но и способствовал нашему решению взяться за широкомасштабный анализ русского генофонда. Только благодаря предложению А. П. Бужиловой провести картографический анализ имеющегося у неё массива данных о русских фамилиях, мы нашли силы обратиться и к этому источнику информации о генофонде. В последовавшем сборе массовых данных о русских фамилиях нам оказали бесценную помощь И. Н. Сорокина, М. И. Чурносов, И. В. Евсеева, Н. Н. Аболмасов, Э. А. Почешхова, М. Б. Лавряшина и М. В. Ульянова. Благодаря любезности Е. К. Гинтера, мы пополнили информацию о Костромской области архивными списками фамилий, собранными под его руководством. Часть работы по анализу списков фамилий была выполнена Д. С. Соловьёвой, а первичная обработка всех данных и расчёт частот фамилий легли на плечи С. М. Субботы.
В экспедиционном изучении русских популяций вместе с авторами трудились М. И. Чурносов и его сотрудники, И. В. Евсеева и её студенты, Э. А. Почешхова и её коллеги. Авторы благодарны им и многим — более тысячи — представителям сельского русского населения, предоставившим образцы крови для анализа ДНК, а также главам районных администраций и больниц, врачам, медсёстрам и всем, кто помогал нам в экспедиционном изучении русского генофонда.
Анализ митохондриальной ДНК и Y хромосомы выполнен в лаборатории Рихарда Виллемса (Эстонский биоцентр) во многом благодаря его руководству и заботе. Авторы глубоко благодарны Сиири Роотси за помощь в генотипировании, всему коллективу Эстонского биоцентра за поддержку, и в особенности Тоомасу Кивисилду, примирившему их с «нерекомби-нирущей» популяционной генетикой.
Анализ генофондов Европы и Евразии по ДНК маркёрам был бы невозможен без сбора информации из многих источников. Последняя версия оригинальной базы данных по митохондриальной ДНК населения мира, использованная в разделе 9.2, составлена и систематизирована В. В. Запорожченко, а сбор и систематизация данных по частотам гаплогрупп Y хромосомы в популяциях Европы проведены А. С. Пшеничновым.
Геногеография палеолита, описанная в разделе 9.1, была изучена благодаря таланту и огромному бескорыстному труду Л. В. Греховой. Разделы 2.2. и 10.5. не были бы написаны без организаторов конференции «Раса: миф или реальность» и второй школы-семинара «Генетическая безопасность». Методология геногеографии создавалась одним из авторов совместно с Ю. Г. Рычковым, и тексты, послужившие основой для разделов 1.1, 2.1, 2.3., были написаны с ним в соавторстве. Особая благодарность О. Л. Курбатовой, В. А. Шнирельману, иерею Д. В. Соловьёву, Р. И. Мансурову и Р. М. Злотникову за внимательное прочтение и комментарии к заключительной главе 10.
Авторы бесконечно благодарны П. Н. Ящуку за поддержку на долгом пути книги от замысла до выхода в свет, а также посетителям нашего сайта www.genofond.ru за терпеливое ожидание книги.
