— Думаю, лучше оставить как есть. Наши религиозные пророки, которые творили чудеса? Они тоже отсюда?
— У вас так много вопросов. Но у меня не на все есть ответы.
— Простите, — смутилась я и спрятала лицо за кружкой с чаем.
— Мне кажется, лучше стереть вам память.
— Нет! Умоляю! Не делайте этого. Я клянусь, что ни одной живой душе не расскажу!
— Если подумать, вам никто и не поверит, — ухмыльнулся старик. — Даже великий Тесла не смог убедить людей насчёт эфира, то уж магия…
— Возможно ли, что наши фэнтези книги и сказки не были придуманы, что их авторы просто видели всё своими глазами?
— Может быть они находили какие-то артефакты, получали сны или видения, часть материи иногда размывается. Я читал вашего Толкина, но это всё-таки его фантазии. У нас есть эльфы, не такие как у него, а гномов вообще нет.
— Жаль.
Мы улыбнулись друг другу и какое-то время молча пили чай. Я переваривала услышанное, борясь с неверием, мой скептически настроенный рациональный мозг отказывался поначалу принимать такую картину мира. Это казалось невероятным, выдумкой воспалённого воображения,
— Уже поздно. Спасибо, что были честны и, надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство. Я поговорю с мадам Клавэр. Можете сегодня оставить эту книгу себе, но завтра верните её на место и больше никогда не посещайте запретные места, включая те, что закрыты на замок, ключа от которого у вас нет.
— Спасибо, господин ректор. За всё. Обещаю хранить тайну и никогда никуда не лезть. Мой мир уже не будет прежним, но оно и к лучшему.
— На этом и закончим. Идите к себе. А это, — он взмахнул рукой над книгой и она стала невидимой. — На случай, если вы кого-нибудь встретите.
— Благодарю.
Я поклонилась старику, вышла за дверь и удивилась увидев там застывшую как статуя мадам.
— Розария, зайдите.
— Разария Клавэр, надо же, какое имя, — пробубнила я себе под нос, когда дверь за женщиной аккуратно закрылась. Ну, мне нет нужды ждать её, так что я спокойно направилась в свою маленькую комнатку. Надо ли говорить, что этой ночью я совсем не сомкнула глаз, зачитываясь биографией? Лишь когда на востоке порозовело, я отложила фолиант и немного полежала с закрытыми глазами, давая им отдых. Мой мир уже давно претерпел серьёзные изменения, с того дня, когда я только вошла в поместье и увидела молнии из под копыт коня. Мой мозг пытался найти этому объяснение, но безуспешно, внутренне я понимала, что всё не так просто. Теперь же, зная глубокую историю, пускай совсем немного, мой мир и вовсе перевернулся.
Вероятно, расскажи мне такое кто-нибудь из великих историков моего мира, я бы даже ге поверила. Но с магами всё иначе. Их существование в том едином мире многое объясняло, давало ответы на вопросы, которых не могло появиться иначе.
За окном совсем рассвело. Заснуть я уже не смогу, да и дел сегодня много. К тому же я обещала Райнеру зайти после полудня, чтобы он что-то мне показал. Фантазия не подкинула ни одного разумного варианта, а те, что подкинула, оказались слишком романтичными и я от них отмахнулась. Я и Райнер? Да ну бред. Бред же?
Глава 22
Муки выбора
Лукерья .
Странно, но несмотря на бессонную ночь я совсем не чувствовала себя уставшей, даже глаза не слипались. Умывшись и сменив платье, я заплела косы, улыбнулась своему отражению в зеркале и выпорхнула из комнаты. Чтобы незаметно отнести книгу, взяла небольшую тканевую сумку. Фолиант благополучно вернулся на своё место в библиотеке, а я поклялась мадам Клавэр, более её не потревожить, сделала пару комплиментов и убежала в читальную комнату.
Шурик явился по первому моему зову. Я объяснила хорю, что планирую познакомить его с профессором зоологии Ланиной и у него будет важная миссия — помочь ей возродить его вид. Шурик согласно курлыкнул, а когда я пригласила его в сумку, в которой несла книгу, без сомнения заполз туда. Он так мне доверял, что было страшно от осознания ответственности.
Кабинет Серафины выходил окнами на учебные стеклянные оранжереи с разнообразными растениями. Внутри было много цветов в горшках, птицы сидели на жёрдочках, вмонтированных прямо в стены, на полу тоже кто-то обитал, судя по шороху.
— Не обращайте внимания на моих фамильяров, они очень воспитанные и вас не тронут. Так с каким вы вопросом? — женщина приветливо улыбнулась мне, ловко уронив стопку листов с ответами студентов на стол так, что ни один не упал на пол. Затем она подхватила красную пузатую лейку и принялась поливать растения на подоконнике. Каждое движение было выверено и чётко, изящные руки быстро порхали над горшками.
— Дело в том, что я тут повстречала одно редкое существо. Ректор попросил показать его вам.
Она заинтересованно посмотрела на меня своими необычными золотистыми глазами, поставила лейку и присела в своё кресло. Я положила на её стол сумку, Шурик осторожно высунул голову, огляделся и только потом показался во всей красе.
Серафина ахнула. Они долго разглядывали друг друга, потом она его погладила, что-то тихо произнесла, Шурик курлыкнул в ответ. Профессор посмотрела на меня.
— Я была уверена, что пыльные хори вымерли. Видите ли, я ещё довольно молода, мне нет и трёхсот лет. На моём веку их никто не видел. Где вы нашли его?
Пришлось рассказать ей всю историю нашего знакомства с самого начала, а так же как Шурик помогал мне с книгами, с их поиском и переводом. Я на все лады нахваливала его разумность и полезность, переживая, вдруг Серафина не посчитает моего друга таким уж важным.
— О, поверьте, дорогая, я знаю как полезны они были в своё время. Это настоящее чудо, что он выжил. Но они не живут вечно, кажется не больше двухсот лет. Этому, я предполагаю, около сотни. Значит, у него были родители и, возможно братья и сёстры. Но чтобы популяция выжила, нужно много особей. Оставьте его мне, мы пообщаемся и я постараюсь выяснить о нём побольше.
— Я его прикормила, он привык есть с рук, так что…
— Конечно, пыльных хорей всегда было принято кормить. Вы молодец, что не испугались контакта с ним.
— Ну что вы, он такой очаровательный.
— Лукерья, а вы всегда ладите с животными?
— Пожалуй. Недавно ещё встретилась с Луношёрсткой.
Она снова удивлённо посмотрела на меня, задумалась.
— Зеркальный паук, пыльный хорь, Луношёртска, а дома вас ждут говорящие летучие мыши. Вы прямо магнит для редких существ. Вас когда-нибудь кусали?
— Нет, ни разу. Я подкармливаю бездомных кошек и собак, глажу их, и всегда обходилось.
— У вас удивительный контакт с животными. Пожалуй такой же должен быть с растениями. Сходите позже в оранжереи, там наставницей Заряна Травница, пусть она вас протестирует. И если я права, возьму вас под своё крылышко, будем развивать вашу магию. Вы же понимаете, что разбираться во всём сразу невозможно и со временем предстоит сделать выбор?
— Я пока не думала об этом.
— Пора подумать. У вас другой путь, нежели у прочих студентов, вам придётся постигать магические науки быстрее и в урезанном виде. Нет смысла распыляться, только время зря потратите.
— Тут вы правы, — согласилась я.
— Вот и чудесно. Сходите к Заряне, потом она мне о вас доложит и я вас приглашу. А пока, Шурик, нам с тобой предстоит много работы.
Профессор Ланина коснулась изящным пальчиком носика хоря, он смешно чихнул и оглянулся на меня.
— Ну, я пойду тогда. Кстати, мадам Клавэр знает о нём, но считает его вредителем.
— О, с этим я разберусь, поверьте. У Розарии зоофобия, но она скрывает это. Не волнуйтесь, Шурика в обиду не дам.
— Хорошо. Благодарю вас. До свидания.
— До свидания, Лукерья.
Дверь за мной закрылась и последнее, что я слышала, как красавица Серафина ворковала с моим лучшим в этом мире другом.
Итак, два дела сделаны. Теперь бы поесть, а после и в оранжерею забежать.
После полудня и обильного обеда я почувствовала усталость. Всё-таки бессонная ночь дала о себе знать. Хотелось спать, но предвкушение встречи с Лукой взбодрило меня. Оправив платье, я умылась холодной водой в туалете и отправилась в зверинец. Дверь, ведущая в правый коридор к темнице, заставила вздрогнуть, хотя я и понимала, что этот опыт уже не повторится. Стражники оказались предупреждены и меня сразу провели в кабинет начальника. Обстановка внутри оказалась весьма спартанской: стол, стул, шкаф с книгами и папками, типичный для этого мира компьютер, а в углу кофейный столик с закрытыми ящиками, графином воды на поверхности, чайником и чашками. Внизу за дверцами возможно скрывалось что-нибудь съедобное.
