— Не надо! Погоди!

Он замер настороженно, юркнул между книг.

— Стой! Не убегай! — вскрикнула я. — Хочу угостить тебя.

Зверёк снова замер и смотрел на меня своими чёрными глазками, одновременно шевеля длинными усами. Я сунула руку в карман, там с обеда были припрятаны орешки в салфетке, которые я вынесла тайно с целью перекусить позже.

— Вот, поешь это, они вкуснее, — я осторожно разложила салфетку неподалёку от него на полке и отошла. Странный вид зверька совсем не напугал меня, скорее вызвал умиление. Он осторожно выполз, принюхался, затем взял лапками фундук, снова обнюхал и закинул в рот. Раздался сочный хруст, зверёк облизнулся, что-то прокурлыкал и принялся поедать остальные орешки. Наконец, когда закончил, он снова уселся на свой хвост и стал рассматривать меня.

— Ну⁈ И что ты такое? Как тебя звать-величать? Что, если я назову тебя Хрустик? Или Шустрик? А можно тебя погладить? Не укусишь?

Зверёк сперва вертел головой, а потом вдруг вытянулся всем телом и словно кивнул, мол, давай, гладь. Я осторожно провела пальцами по его спинке. Оказалось, все его чешуйки и правда сделаны из тоненьких волосков, гладких как шёлковые нити. Надо же. Лапок две, глаз тоже два, один хвост и раздвоенный язык.

— Я услышала, что вы тут кричали, милая. Что-то случилось? Ах, ты, мелкая нечисть!

Мадам Клавэ́р бросилась к полкам с целью видимо поймать или прогнать малыша, но он успел юркнуть в щель между книгами и испарился. А я едва успела спрятать в кулаке салфетку.

— Вы наверное испугались. Не переживайте, пыльные хори безвредны для людей, и очень пугливы. Я даже не знаю случаев, чтобы они кого-то кусали. А вот книги грызть обожают.

— Пыльные хори?

— Они самые. Те ещё вредители, как крысы. Живут почти в каждой библиотеке, портят книги и пугают посетителей. Никак не выходит от них избавиться. Слава богам, он не успел на сей раз ничего погрызть.

Я промолчала. Если скажу, что он милый, вдруг старушка обидится и не пустит меня сюда больше? Но для себя решила приходить сюда почаще, приносить вкусняшки для малыша и попытаться с ним подружиться. У меня просто какая-то необъяснимая тяга к разным милым существам.

— Кстати, там надзиратель снаружи интересовался, скоро ли вы закончите? Говорит, ужин начался.

— Ой. Я кажется увлеклась. Можно ещё прийти почитать?

— Конечно, в любое время.

— Спасибо вам огромное!

На эмоциях я чмокнула старушку в щёку и убежала. Надеюсь, она не обидится на такое нарушение личных границ. Райнер нетерпеливо постукивал носком сапога по полу.

— Мы ведь успеем поужинать? — торопливо поинтересовалась я.

Он достал из кармана круглые часы, посмотрел на время.

— Десять минут останется и то, если поторопимся.

Но мы в итоге не успели. К моему приходу еды на раздаче не осталось вовсе никакой, кроме хлеба. А мне он здесь совсем не нравился. В животе заурчало.

— Может на кухне что-нибудь осталось? Ну пожа-а-а-а-алуйста! В качестве исключения. Я такая голодная!

— Не будете опаздывать в следующий раз, — надменно заявила одна из кухарок.

А другая шепнула мне, проходя мимо с подносом, полным грязных чашек:

— Готовой еды и правда нет, но если сможешь сама приготовить, приходи на кухню.

— Правда можно? Я умею.

— Сегодня я дежурю. Нужно всё перемыть, но тебя пущу.

— Но почему? — мне с трудом верилось в такую удачу, привыкла всегда ожидать подвоха.

— Терпеть не могу, когда кто-то голоден, — просто ответила она и подмигнула, указав кивком головы на напарницу. Не знаю, что тут у них за разборки, но ложиться спать голодной мне совсем не улыбалось.

Я вышла в коридор.

— Успели?

— Увы. Но мне разрешили прийти на кухню и самой себе что-то приготовить.

Он закатил глаза.

— Что не так? Я не привыкла есть по жёсткому расписанию. Да ещё так невкусно. Ой. А вы уже ужинали, Райнер? Или вы не едите? Ну мало ли, вы же не стареете, а тут везде магия и я…

— Сегодня из-за вас я тоже остался без ужина.

— Тогда пойдёмте на кухню, я приготовлю что-нибудь и на вас тоже.

— Кхм…

Кажется, это его любимый ответ. Если откажется, кухню я и сама могу найти, мне же дали схему здания. Но с ним в любом случае получится быстрее. Подумав, мужчина кивнул и велел следовать за ним. Несколько лестничных пролётов, пара этажей, три коридора и вот она, кухня. Там уже кто-то гремел кастрюлями, шумела вода. Я вошла первой, кухарка приветливо улыбнулась, Райнер вошёл следом и облокотился о стену, сложив руки на груди.

— Осмотрись, что найдёшь, можешь брать, — бросила мне женщина. Её звали Грета и она работала здесь уже двадцать лет.

— Не наругают? — на всякий случай уточнила я.

— Неа. Нам разрешают брать немного продуктов для себя. Приготовь, что сумеешь, и угости меня, вот и рассчитаемся.

На кухне, несмотря на её общий средневековый вид, имелись вполне обычные холодильники, печи, похожие на газовые и даже большой блендер. Кажется, меня уже не удивляет наличие в этом мире техники. Еда в столовой и правда была не особенно вкусная. Может это связано с большими объемами готовки? Потому что продукты здесь достаточно свежие и приготовить из них не проблема.

До отбоя оставалось два с половиной часа и я не стала тратить время на раздумья, достала небольшую миску с обрезками мяса, вполне даже приличными и совсем не жирными.

В корзинах прямо на полу лежали овощи и корнеплоды. Оттуда я взяла пару луковиц и морковь. Из этого всего можно быстро сварганить жаркое. Я нашинковала лук и морковь, забросила их вместе с мясными обрезками в глубокую сковородку и поставила на огонь. Начистила картофель, мелко порезала и поставила вариться. А пока процессы шли, взяла три яйца, кусочек сливочного масла и сахар, замесила тесто на печенье.

Периодически помешивая жаркое, я стаканом выдавила кружочки из раскатанного на столе теста, выложила его на противень и сунула в духовку, которая ещё не успела остыть после ужина. Картошка как раз сварилась и я помяла её в пюре деревянной толкушкой.

— О, так ты из наших! — обрадовалась кухарка. На мой вопросительный взгляд добавила: — Из простых. Высшие пюрешку не едят, это, видите ли, крестьянская еда.

— Ах это… Я люблю её просто. Не знала, что в академии так не принято.

— Ой, не заморачивайся, — махнула руками кухарка. — Главное, чтоб тебе нравилось.

Вся готовка заняла у меня каких-то полчаса. Перед снятием с плиты мяса, я забросила туда порубленную кинзу и помешала, чтобы зелень раскрылась, отдавая блюду аромат.

— А ты молодец, — похвалила кухарка. — Не то, что эти высокородные белоручки. Даже не знают, с какой стороны за нож браться. Мне не накладывай, я уже поела. Но от печенья не откажусь.

— О, конечно! Хотите я ещё теста сделаю.

— Нет, сейчас уже поздно. Но можешь забегать в это время. Я дежурю по вторникам и четвергам.

— Спасибо большое! Вы меня очень выручили. Райнер, проходите к столу, я должна вам ужин.

Мужчина не заставил себя упрашивать, устроился на свободном стуле и принял тарелку с мясом и пюре. Ел он молча, точнее методично поглощал пищу. Мы с кухаркой весело болтали, правда болтала в основном она, а я поддакивала и уплетала свою порцию. Наконец, печенья тоже были готовы. Кухарка сама свернула три воронки из пергаментной бумаги, поделила их на три части, одну из которых оставила себе, две оставшихся положила возле меня и надзирателя.

Он удивлённо посмотрел на неё.

— Возьмите, в качестве подкупа, — пошутила я, вспомнив наш разговор в моём доме. — Ну или в качестве извинения.

— Спасибо, — буркнул он, но пакет взял. — Удивлён, что вы сегодня ничего не сломали и не взорвали. Подожду снаружи.

Когда Райнер вышел, я собрала тарелки, чтобы помыть за собой и за ним.

— А что, видный мужчина. Ты ведь знаешь, что путь к сердцу любого мужика лежит через желудок?

— Что? А… нет, вы не так поняли, — замахала я руками, вдруг растерявшись. Мне даже в голову не приходило, что нас с Райнером могут связать в романтическом плане. — Мы с ним не… ну… он просто… Он надзиратель, его приставили за мной присматривать.