Костры мерцали в предрассветной тьме, доносились обрывки разговоров и ржанье лошадей. Она глубоко вдохнула холодный горный воздух и обернулась к своим воинам.

— Сэр Эдмонд, — тихо произнесла Виктория, — пусть разведчики обойдут лагерь с севера и юга. Мне нужно знать, сколько у них людей, где стоят караулы, как расставлены повозки. И пусть проверят тропы — возможно, есть скрытые подходы к перевалу.

— Будет исполнено, милорд, — кивнул старый рыцарь. — Я сам возглавлю разведку.

— Нет, — Виктория положила руку на плечо Эдмонда. — Ты нужен мне здесь. Поручи это Алану — он знает эти горы лучше всех.

— Как прикажете, — Эдмонд слегка поклонился и отошёл отдавать распоряжения.

Виктория вернулась к костру, где собрались командиры еë небольшого отряда. Восемь десятков опытных воинов — ветераны прошлых кампаний, охотники, знающие горные тропы, несколько местных жителей, готовых защищать свои дома.

— Слушайте меня внимательно, — начала Виктория, обводя взглядом собравшихся. — Мы не сможем победить их в открытом бою — их втрое больше. Но у нас есть преимущество: мы знаем эти горы, и мы защищаем свой дом. Алан найдёт нам скрытые тропы. Мы разделимся на три группы: основная сила атакует лагерь спереди, вторая группа обойдёт их с фланга, третья — поднимется по тропе за лагерем и ударит в тыл.

Один из ветеранов, седовласый воин по имени Торвин, поднял руку:

— Милорд, а если они заметят наши манёвры?

— Мы атакуем на рассвете, — ответила Виктория. — В это время караулы сонные, а утренний туман скроет наши передвижения. К тому же, Филипп уверен, что мы будем защищать замок. Он не ждёт нападения здесь.

— А если он оставил часть войск у перевала? — спросил молодой лучник.

— Тогда мы устроим им засаду на тропе, — твёрдо сказала Виктория. — Но сначала — лагерь. Мы должны уничтожить их припасы, посеять панику, заставить отступить. Если мы отобьём атаку здесь, у Филиппа не останется сил для штурма замка.

Командиры закивали, в их глазах загорался боевой дух. Виктория почувствовала, как напряжение отпускает еë — люди верили ей, и она не могла их подвести.

— Отдыхайте, — приказала она. — Ешьте, молитесь, готовьтесь. Через три часа выступаем. Пусть Господь хранит нас, но помните: победа будет за теми, кто сражается за свой дом.

Воины разошлись по своим местам.

Виктория осталась у костра, глядя на пляшущие языки пламени. В голове проносились воспоминания: детство в этих горах, первые уроки фехтования, клятва защищать эти земли…

Она вспомнила слова отца Бернарда:

— Истинная сила — в защите тех, кого любишь.

И Элиану — её взгляд, когда она уезжала, её веру в неë.

“Я не подведу вас”, — мысленно пообещала она всем, кто остался в замке, и тем, кто сейчас готовился к бою рядом с ней.

***

Тем временем в замке Гарольд и Элиана продолжали укреплять оборону. На крепостной стене уже были установлены дополнительные катапульты, лучники тренировались в стрельбе по мишеням, а новобранцы под руководством опытных солдат отрабатывали построение “щитовой стены”. Элиана поднялась на южную башню, где Гарольд отдавал распоряжения.

— Как дела? — спросила она.

— Лучше, чем ожидалось, — улыбнулся Гарольд. — Люди работают слаженно. Маргарет организовала лазарет, отец Бернард обошёл все посты, подбодрил солдат. Даже дети помогают — носят стрелы лучникам, передают сообщения.

— Это хорошо, — кивнула Элиана. — Но я всё равно волнуюсь. Филипп может вновь атаковать в любой момент.

— Мы готовы, — заверил Гарольд. — И помним слова лорда Виктора: “Мы — семья”. Это придаёт людям сил. — Он обернулся к одному из лучников: — Тэрон, проверь, чтобы на северной башне было достаточно стрел. И скажи кузнецу, что щиты нужно укрепить ещё на двух участках стены.

— Слушаюсь, господин, — парень кивнул и поспешил выполнять приказ.

Гарольд повернулся к Элиане:

— Ты знаешь, — тихо сказал он, — когда лорд Виктор уезжал, он попросил меня присмотреть за тобой.

Элиана слегка покраснела:

— Он… правда так сказал?

— Да, — Гарольд улыбнулся. — И не только за тобой. За всеми нами. Он верит в нас. И мы не должны его подвести.

Элиана подняла взгляд к горизонту, туда, где за горами находился перевал.

— Он справится, — уверенно сказала она. — Виктор не из тех, кто отступает. Он защитит нас всех.

Гарольд положил руку ей на плечо:

— Тогда и мы должны быть достойны его доверия. Пойдём, проверим запасы продовольствия. Нам нужно продержаться до его возвращения.

Они спустились со стены и направились к складам, где слуги и крестьяне сортировали мешки с зерном, бочки с солёным мясом и связки сушёных овощей. Мэри, энергичная женщина средних лет, руководила распределением припасов.

— Господин Гарольд, миледи Элиана, — поклонилась она. — У нас достаточно еды на две недели осады, если экономить. Вода в колодцах чистая, родники неподалёку тоже в порядке.

— Отлично, — похвалил Гарольд. — Продолжайте. И пусть несколько человек соберут травы для отваров — раненым они пригодятся.

— Сделаем, — Мэри улыбнулась. — Не волнуйтесь, мы не подведём.

Элиана посмотрела на людей вокруг — их лица были серьёзными, но не испуганными.

Они знали, что делать, и верили в победу.

— Видишь? — шепнул Гарольд. — Они готовы. И мы готовы.

Элиана кивнула, чувствуя, как в груди разгорается решимость:

— Да. Мы продержимся. Ради Виктора. Ради нашего дома.

Глава 48

На рассвете Виктория дала сигнал к атаке.

Туман, как и ожидалось, окутал лагерь Филиппа, скрывая передвижения воинов.

Три группы двинулись по заранее оговорённым маршрутам: основная сила под командованием самой Виктории — прямо к лагерю, вторая группа во главе с Торвином — вдоль северного склона, третья, возглавляемая молодым лучником Аланом, — по узкой тропе за лагерем. Когда первые лучи солнца коснулись вершин гор, воины Виктории обрушились на лагерь. Крики удивления и паники раздались среди солдат Филиппа — они не ожидали нападения.

Виктория, в блестящих мужских доспехах, вела своих людей в бой, еë меч сверкал в утреннем свете. Филипп, разбуженный шумом, выскочил из шатра в полном вооружении.

Его лицо исказила ярость:

— Кто посмел?! — проревел он.

— Я, Виктор, лорд этих земель, — раздался голос. Виктория вышла вперёд, держа меч наготове. — Ты пришёл сеять страх и разрушение, но сегодня ты узнаешь, что значит сражаться против тех, кто защищает свой дом!

Филипп рассмеялся:

— Ты глупец, Виктор! У тебя горстка людей против моей армии!

— У меня есть нечто большее, — спокойно ответила Виктория. — У меня есть вера в моих людей. И вера моих людей в меня. — Она подняла меч: — В атаку!

Еë воины ринулись вперёд. С флангов ударили лучники Торвина, а группа Алана подожгла повозки с припасами. Паника охватила лагерь Филиппа. Солдаты бросали оружие, пытаясь спастись. Внезапно из тумана появились наёмники Филиппа — закованные в броню, с двуручными мечами.

Они прорвались сквозь ряды атакующих и окружили Викторию.

— Милорд, сзади! — крикнул Эдмонд, но было поздно: один из наёмников замахнулся секирой.

Виктория отпрыгнула в сторону, парировала удар, и еë меч вонзился в щель между пластинами брони противника. Тот рухнул наземь. Второй наёмник бросился вперёд, нанося рубящий удар сверху. Виктория пригнулась, перекатилась и всадила клинок в бедро врага. Третий противник атаковал с фланга — Виктория встретила его встречным выпадом, и сталь зазвенела о сталь. Вокруг кипела битва, но Виктория сосредоточилась только на противниках перед собой. Она чувствовала, как пот стекает по виску, как тяжело дышит грудь, но двигалась с отточенной точностью. Один за другим наёмники падали, а Виктория, тяжело дыша, оглядывалась в поисках новых угроз.

— Сэр Эдмонд! — крикнула она. — Прикройте левый фланг! Торвин, подтягивай лучников!

Эдмонд и несколько воинов бросились к ней, образовав защитный круг.