Видел Милгардов. Без Солейны, что примечательно. Видимо, они здраво рассудили, что лучше учесть риски и не брать её. Возможно, причина в другом. Так-то место не резиновое, лично мы получили всего два приглашения. Не удивлюсь, если Милгарды тоже.

Появился и наследник. В смысле, Глеб Смородинский. Прошёлся по залам, здоровался с гостями, меня тоже вниманием не обделил.

— Растёшь, — только и сказал мне тихо отец, после того как Глеб ушёл.

Я предпочёл промолчать. Чем ближе точка отсчёта, тем беспокойнее становилось на душе. Ещё и эта ограниченность со всех сторон. Здесь хватало владетелей Власти, которые ходили подобно наглым облакам. Без шуток — я даже подобие этикета уловил. Слабые должны были ужиматься и уступать тем, кто сильнее. Хватало и споров, я не раз улавливал, как рябит Власть.

Свою Власть спрятал. Не тот у меня статус, чтобы наглеть. Да и смысл? Лучше вести себя тихо, глядишь, не пришибут в первую же секунду.

Самое обидное, я даже не увидел, как герцога коронуют. В смысле, теперь императора. Если бы церемония проходила в главном дворце, наверняка бы что-то разглядел, а так мы просто стояли в соседнем зале.

Зато, как назло, я оказался чуть ли не в первом ряду, когда началось.

— Уходи, — наклонился я над отцом.

Он аж дёрнулся. Я же, особо не церемонясь, катнул его назад, Властью раздвинув гостей, что стояли за нами. Здесь уже можно было и понаглеть. Во-первых, союзные роды, во-вторых, ситуация перестала располагать к нежностям. Хорошо, что отец у меня довольно хладнокровен. Этот момент мы обговаривали, и слово «уходи» означало «драпай со всех ног».

Примечательно то, что появление врага я заметил за счёт уникальной способности видеть чужие Дары. Видимо, вражеская маскировка не была рассчитана на это. Потому что обычным взглядом я никого не увидел. С моей точки зрения, по той дорожке, где должен был пройти наш новый правитель, неспешно топали сразу три Дара. Два Властелина и один адепт. Чистая Битва, странная Битва и Плетельщик. Под странностью я имею в виду, что алый Дар Битвы как будто был заключён то ли в Пустоту, то ли в Творца, то ли ещё во что. Очень сильный Дар. Пугающе сильный.

Вот и всё, что ли? Добегались?

Вывод напрашивался сам собой. Пожаловали эльдары. Вряд ли среди людей найдётся пара скрытых Властелинов, что придут сюда невидимые для взгляда. Даже если так, это ничего не меняет. Всё равно сейчас жахнет.

Все эти мысли пронеслись, пока скрытые одарённые шли мимо меня. С каждой секундой я всё меньше сдерживался. Один из воронов, которого я Авроре подбросил, зашевелился на ней, предупреждая об опасности. Послал сигнал и Оку, который, в свою очередь, передал сообщение Кощею. Дополнительно щёлкнул пальцами. Это был экспромт, но почему нет?

Дело в том, что Смородинский уже начал своё шествие. То есть с короной на голове (которую я ему достал, между прочим), вышел к герцогам. Те сейчас должны принести присягу. Дальше её принесут все остальные, в рамках очереди. Тоже опасный момент был бы, но чего уж.

Пальцами же я щёлкал, потому что это неподобающий звук на столь важном мероприятии. Ну, если не считать того, что, нарушив всё что можно, мой отец укатил отсюда. Готов спорить, Смородинский услышал. А услышав, как я надеялся, понял.

Отец тем временем выехал из толпы и направился на выход. Несколько приближенных человек, в первую очередь те, кто не относился к боевикам, то есть обычные «гражданские», последовали за ним. Побежали шепотки, на нас стали оглядываться. Вот глупо будет, если это друзья Смородинского. Но нет. Это было бы слишком хорошо.

Может, сразу по ним минами вдарить? Да не, рановато. Не в толпе же. Посмотрим, как оно развернётся.

Думать я закончил, потому что гости пересекли наш зал и добрались до императора.

Понеслась.

Аврора была не очень-то рада, что оказалась во дворце на коронации. Основная причина заключалась в роде. Так-то Армстронги довольно дружное семейство, но это не отменяло борьбы за власть как таковой. Сначала женщина получила ранг владетельницы и сместила баланс сил. Главе рода не очень-то понравилось, что у отца Авроры появилась такая сильная дочь. Особенно на фоне своих детей-адептов.

Теперь вот коронация. После смерти императора Армстронги потеряли значимую часть влияния и репутации. Отношения с новым правителем — в этом лежал вопрос искупления и восстановления позиций. Так как приглашений поступило всего два на весь клан, за то, кто пойдёт, разразилась самая настоящая борьба. Одно место в любом случае отходило главе рода. Кому второе?

Изначально Аврору даже не рассматривали как кандидатку, но тут поступило уточнение от самого Смородинского, после того как Бюро решило продвинуть свою фигуру.

С одной стороны, для клана это было хорошо. Чем больше связей с правителем, пусть и через другие структуры, тем лучше. Этого и добивались. С другой — очередное усиление боковой ветви.

Нельзя сказать, что дошло до серьёзных разборок, но осадочек остался.

Не говоря уж обо всех остальных нюансах происходящего. Сергей какой-то нервный с утра был, передалось напряжение и Авроре. Которая всю церемонию стояла и развлекала себя тем, что гадала — с какой стороны прилетит.

Неприятности дали о себе знать в самый неподходящий момент. Смородинский, уже в короне, вышел принимать присягу от герцогов, что здесь собрались. А те, словно сговорились, как-то не спешили вставать на колени и признать его власть. Смородинский встал напротив них, смотря бесстрастно и, можно сказать, величественно.

В этот момент женщина ощутила холодок. Скосила взгляд на свою руку, увидела, как Тени собрались в цифры. Четыре, четыре, два. Два властителя и адепт?

— У нас неприятности, — тихо сказала Аврора.

За что заработала недовольный взгляд от главы клана, который наверняка подумал, что речь о строптивости герцогов.

— Два властелина и адепт, — также тихо сказала Аврора.

Не главе — Смородинскому. Не стоило сомневаться, с его слухом он всё прекрасно услышит. Тем временем что-то неуловимо изменилось. У Авроры по коже мурашки побежали. Не от неизвестных гостей, которых пока видно не было, а от Смородинского. Тот вроде бы внешне никак не изменился, но убийственным намерением так и повеяло. Этого, как ни странно, хватило, чтобы герцоги один за другим опустили на колени и принесли клятвы.

Теперь фактически в государстве появился новый правитель, чью власть признали.

— Сегодня сама судьба решила нас испытать, — сказал Смородинский громко, хотя до этого молчал. — Враг явился в наш дом. Не хотите показаться? — спросил он в пустоту. — Посторонних же попрошу покинуть дворец, — добавил он кодовую фразу.

Которая в том числе относилась и к Авроре.

В один миг произошло сразу много всего. Спала маскировка и прямо в помещении появилось двое неизвестных. Впрочем, вряд ли стоило так говорить. Один из гостей носил серебряную маску, второй — алую. Ещё был непонятный кокон, и либо Сергей ошибся, предупреждая о количестве врагов, либо в коконе — ещё один властелин. Странно, необычно, но почему нет?

Аврора опасалась, что эльдары сразу же атакуют, но нет. Сама женщина начала действовать. Глава остался на месте, а вот она быстрым шагом направилась к семье Смородинского. Супруга, двое детей. У тех была и своя охрана, но так уж решил правитель, и Аврора собиралась выполнить поставленную задачу. Часть других гостей, что не обладали рангом владетеля, также попросили на выход. Кто-то замешкался, но это быстро сошло на нет, и вскоре тронный зал опустел.

— Это те самые? — спросил Глеб, почему-то обратившись к Авроре, когда они уже вышли.

Ещё и в локоть вцепился. Чем, между прочим, нарушил протокол и напряг свою охрану. Так-то Аврора не должна была оказаться с семьёй правителя настолько близко.

— Брат, о чём речь? Почему мы уходим? — спросила сестра наследника.

— Тихо, — шикнула на них мать. — Госпожа Армстронг, позаботьтесь о нас.