Молодой парень в робе сидел, прислонившись к колесу грузовика. Пуля пропорола ему бедро. Он сжимал ногу руками и не кричал. Просто смотрел перед собой.

— Жить будешь, — сказал я ему.

— Да, Лоок генерал Ме, — ответил он.

Но я видел — он не был в этом уверен.

— Свяжи меня с главой госпиталя. Сейчас! — произнёс я Тиммейту.

— Соединяю.

Прозвучали длинные гудки. Потом щелчок.

— Алло? — ответил мне усталый и сонный голос.

— Говорит генерал Ме. Ты кто? — произнёс я.

— Главный врач муниципального госпиталя Пномпеня, доктор Сок Тирет.

— Слушай меня внимательно, доктор. Сейчас ты будешь подгонять к дворцу скорые машины. Все, что у тебя есть. И принимать раненых.

— Лоок генерал Ме, это невозможно! — начал он.

— А если не подчинишься, то я тебя после штурма дворца найду и перепрячу. Понял меня?

— Но…

— Ты будешь эвакуировать всех. Всех, кто ранен. И солдат короля, и ополченцев. Всем окажешь помощь. Всем. Без разницы, в какой форме.

— Лоок генерал Ме! — голос его задрожал, но не от страха, а от отчаяния. — Твоих людей арестуют после того, как тебя победят!

— Сначала пусть победят! — рявкнул я. — Главное, ты делай всё, что я сказал.

— Слушаюсь, генерал Ме.

И я прервал связь. Выдохнул и посмотрел на колонну. БТРы уже протащили грузовики в сторону, освобождая проход. Толпа ополченцев перестраивалась, перетекая через баррикаду. Своих раненых не разоружали, а оставляли ждать скорую.

— Тиммейт, — позвал я. — Веди колонну дальше.

И мы пошли. Сквозь дым, сквозь стекло, сквозь разбитые машины и тела тех, кто ещё минуту назад стоял на баррикаде с автоматом. А сзади, в утренней тишине, завыли сирены скорых.

— Тому офицеру, который сбежал, я деньги заблокировал, кстати, — вдруг произнёс Тиммейт.

— Хорошо, — выдал я, идя дальше и всматриваясь в окна жилых домов.

— «Вивальди» говорят, что ушли ко дворцу марш-броском, побегут по паралельной улице ударят когда мы ударим и будут ждать эвакуации Его Величества.

— Этого стоило ожидать, — произнёс я. — Главное, БТРы оставили.

— Я послал три роты, чтобы обошли с севера и ударили когда мы ударим тоже. И веду переговоры со всеми генералами. Многим поступил приказ прибыть на защиту столицы, и это наши первые расходы по деньгам. Кое-кто получил деньги за то, что опоздает на войну, кое-кто не купился, но он физически не успеет. В целом нас поддерживают, и если мы возьмём дворец, готовы поддержать революцию на условиях государственного упора на безопасность, а именно зарплаты им и их подчинённым, — проговорил Тиммейт.

— Коррупционеры… Ладно, пока это полезные предатели, а потом пусть суды ими займутся. Уверен, что они не по зарплатам и так живут, — произнёс я.

Ко дворцу мы вышли ближе к полудню. Вернее, до него было каких-то 500 метров парковой зоны, домов и магазинов, кафетериев, и много ещё чего, был даже храм. Солнце стояло высоко, и духота «плавила» асфальт, а свет золотил крыши королевской резиденции, проглядывающиеся через пространства между домами. Жара навалилась мгновенно — высасывающая силы из тех, кто шёл босиком по раскалённому асфальту. Такие всё ещё были, но уже в меньшей степени.

Дворец стоял за жёлтой стеной — двухметровой и длинной. Поверх него, словно корона, наварено было зелёное железо — ещё метр, с вертикальными прямоугольными прорезями, через которые виднелись стволы автоматов.

А Тиммейт разглядел всё это с высоты, что королевский спецназ занял позиции. Внутри периметра, у ворот, стояли БТРы — башни развёрнуты в сторону улицы, их двигатели не глушили. На самом заборе, в бойницах зелёного железа, засели снайперы и пулемётчики — человек пятьсот, не меньше. Вход в главные ворота прикрывала баррикада из мешков с песком, а за ней — стационарный пулемёт «Утёс» на треноге, крупнокалиберный, способный наделать делов. Окна самого дворца были заложены мешками с песком, образуя амбразуры для стрельбы.

И я даже посмотрел на его экран Тиммейта, чтобы видеть то же самое, что описывает он. С высоты дворец напоминал осаждённую крепость — идеальный квадрат, где каждая стена, каждая башня, каждая бойница работала на оборону. Внутренний двор пустовал — ни людей, ни техники. В центре дворца, у главного входа, стоял чёрный вертолёт.

— Король готовится к эвакуации, — сказал Тиммейт. — Вертолёт прогрет. Охрана внутри человек триста, может, больше. БТРы у ворот, пулемёты на стенах, снайперы на крышах. Если мы пойдём в лоб — лягут все.

— А если обойти? — спросил я, глядя на картинку с дрона.

— По периметру уже идут бои. Мы с южной стороны можем атаковать и попытаться прорваться к служебному входу. С восточной стороны река и парковая зона плюс набережная, «Вивальди» зачистила подступы на восточной и ждут. С северной наши ребята наткнулись на засаду, откатились, заняли жилые здания, ведут бои.

— Понял, изобрази это всё на карте схематично! Наших — красными, противника — синими, — попросил я.

И Тиммейт выдал карту. Я посмотрел на неё и задал вопрос.

— Почему нас не встретили раньше, связав городскими боями? Вот тут и тут. — указал я туда где мы были полчаса назад.

— Я рассредоточил войска, показав им охват, и они отодвинулись к дворцу. По сути, это и дало им незакрытую нами северную часть, и король может даже уехать.

— У тебя не получилось изолировать театр военных действий?.. — произнёс я.

— А как я его изолирую, когда у нас равное количество пехоты и нет подавляющего преимущества в дронах и артиллерии? Кроме того, я напоминаю тебе, что задача Ивсерга, которую нам с тобой ставил, — пугануть короля, а уже после его гибели вести переговоры!

— Мне задачи слишком много людей ставит… — выдохнул я, понимая, что впереди дорога, парк с несколькими монументами, в том числе какой-то бронзовый или золотой мужик под золотой аркой, и снова дорога ко дворцу, и вот тут мы и будем встречены, и скорее всего в рамках встречного боя понесём максимальные потери, но пугануть короля надо было любой ценой.

Хотя я осознавал, что пара минут боя и моя армия начнёт бежать бросая автоматы, не дрогнет Вивальди, не дрогну я и надеюсь что этого будет достаточно.

Ну что. Я довёл это войско до места боя. Теперь общая команда — вперёд! И я как опытный боец должен быть впереди, потому что если я буду сзади, я просто буду наблюдать, как все 2000 человек лягут.

И я зажал кнопку рации.

— Бойцы группы «Юг», вот я и привёл вас к порогу вашего врага! Осталось только ворваться в логово зверя и вырвать ему ядовитые зубы! За независимость вашей страны — в бой! — С этими словами я сам пошёл вперёд, ступая на зелёную мякоть парковой травы с монументами.

— А я прикрою тебя координированием миномётов. — выдал Тиммейт, весело и металлически, убивать «кожаных человеков» было для него не больше чем тренировкой.

— Скажи всем, чтобы держались закутков, избегая открытой местности, и двигались ближе к стенам домов, контролируя взглядом всегда противоположное здание. Мимо дверных проёмов, окон или переулков передвигаться только бегом, — проговорил я на бегу вперёд, а следом за мной шла нестройная толпа с автоматическим оружием.

И, добежав до белого забора с каким-то стеклянным зданием за ним, я сам вынужден был послушаться своих слов. Правее меня был парк, который просматривался с высоток за ним, а вот левее был какой-то банк со дворами, а ещё левее — двухполосая дорога, которая вела, чуть отклоняясь западнее от дворца. Но бежать к дворцу через парковую площадь было явным самоубийством, у нас и так ситуация такая-себе. То, что мы силами бывших ЗКов дворец не возьмём, было мне понятно. Одна надежда на «Вивальди», которые обещали ударить с запада, как только мы начнём кошмарить с юга.