Вместо возбуждения, которое по мнению дракона, должна была вызвать его неистовая ласка, Дэя испытала злость. Она схватила Дага за длинные волосы и безжалостно потянула за них, заставляя мужчину поднять лицо вверх. Дракон удивлённо зашипел в ответ.

— Не так быстро, — усмехнулась Дэйна. — Предпочитаю долгие прелюдии.

Она встала с мужских колен и отошла прочь.

— Не вижу смысла тянуть, если мы оба согласны, — возразил дракон, скользя по женскому телу жадным взглядом. Он уже успел почувствовать его гибкость и неожиданную силу, что завело его ещё больше. Прежде он считал, что только драконицы способны играть с ним в постели на равных. Люди и эльфы были слишком хрупкими, приходилось это учитывать, дабы случайно не навредить. Но, судя по всему, Дэя была способна без помех выдержать его дикую страсть.

— Как насчёт того, чтобы помочь даме в одном деликатном деле? — подпустив в голос соблазнительной хрипотцы, проворковала плутовка.

— В каком? — Даг почувствовал, что сознание начинает подозрительно путаться.

Ему бы насторожиться, однако девица, что так мастерски дразнила его своим провокационным поведением отвлекала от разумных мыслей. А дальше, когда он услышал её предложение, у дракона и вовсе развязался язык. В результате он выболтал девице причину, по которой приехал. Впрочем, их цели оказались схожими: умыкание артефактов из эльфийской сокровищницы.

Дэя пожаловалась, что почти добыла ключ, который король Эбикона днём носит на груди, а ночью хранит под подушкой, однако, как выяснилось, Его величество даже после любовных утех так чутко спит, что ничего не вышло. Вот если бы кто-нибудь помог, и, пока она отвлекает Маэриэля поцелуями, проник в окно, стащил ключ, ограбил сокровищницу, а потом вернул ключ на место, то был бы полный успех.

Дагнейрр, продолжая ощущать какой-то чрезмерный кураж, согласился пособить, и снова потянулся к девице. Однако прохвостка ускользнула от его объятий и заявила, что действовать надо прямо сейчас. На резонный вопрос, а вдруг эльфийский король Дэю не ждёт, уверенно заявила: ждёт, и даже если кто-то её опередил, ничего, подвинется. Бесшабашность Дэи заводила не меньше, чем её тело, источающее нежный фиалковый аромат. А когда девица вдруг сбросила верхнее платье и нижние юбки, оставшись в батистовой сорочке, панталонах и чулках, дракон и вовсе чуть слюной не захлебнулся. Он бы никуда её не отпустил, но эта сумасшедшая успела выскочить в открытое окно на узкий каменный уступ и хохоча сообщила, что ещё днём выяснила, где находится королевская спальня.

— Устроим Его величеству сюрприз, — подмигнула эта ненормальная, прежде чем двинуться дальше.

Дагнейрр мрачно подумал, что короля вряд ли обрадует сюрприз в виде трупа под окном, и всё-таки полез следом, чтобы подстраховать свою несостоявшуюся любовницу. Девица так ловко передвигалась по карнизу, что Даг едва за ней поспевал.

Окно королевской спальни оказалось приветственно открыто. Миг, и Дэя скрылась за тонкими занавесками. Когда дракон осторожно заглянул в комнату, то обнаружил свою сообщницу сидящей верхом на эльфе. Последний, кстати, был этому только рад, однако не спешил избавлять свой «сюрприз» от остатков одежды.

Они разговаривали, и, навострив уши, дракон сразу понял, что говорили о нём. Девица нахально выбалтывала всё, что только что узнала от своего недолюбовника. Никогда прежде Дагнейрр не чувствовал себя настолько облапошенным. После подобного оставалось лишь развернуться и уйти. Прямых обвинений эльфийский король ему предъявить, конечно, не сможет, доказательств помимо россказней пьяной женщины у него нет, но с этого момента будет начеку, а слежку за драконами удвоит, если не утроит, поэтому делать Дагу в Эбиконе больше нечего, разве что прибить одну не в меру самоуверенную человечку, о чём он и сообщил ей при последней встрече.

— Надеюсь, вы не передумаете и в скором времени окажете мне эту услугу, — бестрепетно выдерживая его прямой, полный ненависти взгляд, с вежливой улыбкой произнесла Дэйнара.

И Даг сразу понял: она не шутит, она действительно желает, чтобы он её уничтожил. В глубине серых глаз светилась такая тоска, что на мгновение дракону тоже стало невыносимо тошно, а злость отступила. Да что такое творится с этой странной женщиной?

 ***

Их последняя ночь была наполнена обжигающей страстью и пронзительной нежностью. Дэйна прощалась. Она твёрдо решила больше не возвращаться. Под утро девушка попросила:

— Сними браслеты.

Маэриэль замер и сильнее сжал её в своих объятиях.

— Нет, — вполне ожидаемо ответил он.

— Хочешь, чтобы они исчезли, только когда я умру? — спокойно спросила Дэя.

— Что ты задумала? — голос эльфийского короля наполнился страхом.

— Пока ничего. Сними браслеты.

Ей невозможно было отказать — она умела шантажировать.

— Так-то лучше, — улыбнулась девушка, когда с её рук исчезли парные татуировки.

— Пожалуйста, пообещай, что будешь осторожна, что будешь жить настолько безопасно, насколько это возможно, — попросил Маэр, ласково проводя по девичьей щеке вмиг похолодевшими от волнения пальцами.

— Пообещай, что будешь вспоминать меня как можно реже, женишься и продлишь свой род, — попросила в свою очередь Дэйна.

Оба знали, насколько трудно выполнимы эти просьбы, и не стали напрасно бросать слов на ветер, просто долго сидели, крепко обнявшись, и молчали. А потом она ушла, растаяла в рассветной дымке тумана, сочившейся в открытое окно. Ушла и унесла с собой то, что невозможно было вернуть, — его сердце. А значит, у Маэра не осталось иного выхода, как отправиться следом. Для этого он готов был вступить в союз с людьми и помочь императору драконов подавить восстание отверженных кланов.

Его величество Витор, прекрасно осведомлённый о симпатиях своей личной шпионки, нисколько не удивился предложению сотрудничества, однако на просьбу освободить Дэйну от клятвы с сожалением ответил:

–Ты же знаешь, это невозможно. Клятва магическая и пожизненная.

— Знаю, — кивнул Маэриэль. — А ещё я знаю, что с этим делать…

Когда с помощью артефакта подчинения было изготовлено противоядие, способное вернуть обезумевшему драконьему императору разум, были переловлены все отступники, кроме Дагнейрра. Уйти последнему помогли… эльфы. Драконы о том не ведали. Знал только Витор. Знал и молчал, потому что имел уговор с эльфийским королём. По тому же уговору ловить Дагнейрра отправилась Дэйна, а следом за ней — один из лучших наёмных убийц. Заданием последнего было — не упускать девушку из виду и постоянно оставаться на связи с Маэром, дабы в нужный момент эльфийский король мог телепортироваться к возлюбленной.

Коль скоро смерть — единственный способ освободить Дэю от клятвы верности антарийскому королю, пусть будет так…

***

Под ногами захрустел тонкий ледок покрывающего землю инея. Спустившаяся с низкого, полусгнившего крыльца девушка в чёрной одежде, с короткими белыми волосами для начала сладко потянулась и только потом начала привычную разминку с мечом. Она знала, ОН найдёт её сам. Найдёт, чтобы честно выполнить данное когда-то обещание.

Домишко, что приютил её на эту седмицу, стоял на отшибе деревни. Хозяйкой была глухая старушка, весьма обрадовавшаяся возможности подзаработать, пустив безобидную, хоть и странноватую с виду путницу на постой. Дэйна платила щедро, не скупясь, подмечая, как много в доме ещё следует подготовить к зиме.

— Ну здравствуй, обманщица, — раздался за спиной долгожданный голос.

Дагнейрр предстал перед ней во всей красе. Несмотря на то, что дракон находился в бегах, одет он был с иголочки: чёрный кафтан на груди украшали серебряные позументы, край ворота и обшлагов оторачивал густой мех, ноги обтягивали высокие сапоги с щегольскими шпорами. Длинные волосы оказались собраны в пучок на макушке и перехвачены широким золотым кольцом в россыпи тёмно-синих сапфиров,