Я хотел.

Все еще была часть меня, живая внутри, которая хотела исправить это для моей сестры.

Для мальчиков.

Но я был так чертовски измотан.

Казалось, что моя голова больше не работает должным образом. Что бы старик ни сделал со мной на кухне тем вечером, это сломало меня. Веревка, которая соединяла мое сердце с головой, была перерезана.

Это было выбито из меня.

– Это то, чего ты хотел, Даррен. Ты хотел, чтобы она была дома с нами, - сказал я нашему брату. – Одна большая счастливая семья.- Обняв дрожащую девочку в своих объятиях, я уставился на мужчину, который считал себя мудрее нас. – Надеюсь, мы оправдали твои ожидания.

Он не ответил. Вместо этого он отодвинул свой стул и встал. Бросив последний взгляд на нашу маму, он развернулся на каблуках и ушел.

– Я больше не знаю, чему я удивляюсь, - пробормотала Шэннон.

Звук закрывающейся за ним входной двери был единственным подтверждением, в котором я нуждался, чтобы убедиться, что я был прав.

Его возвращение было временным.

Он бы не стал этого терпеть.

Он не смог в первый раз.

На этот раз ничего не изменится.

С матерью всех головных болей и моим телом в состоянии ломки я обошел Шэннон и направился к плите. Мама могла выписаться, а Даррен мог убежать, но в доме все еще оставалось четыре рта, которые нужно было накормить.

Борясь с дрожью в руках, я приготовил кастрюлю с макаронами и поставил ее вариться на плиту, прежде чем обратить свое внимание на женщину в углу. – Встань и прими душ. Мне нужно накормить мальчиков, и им не нужно видеть тебя такой.

Она не сдвинулась с места.

Меня это не удивило.

Это ничего не сделало со мной.

Я чувствовал себя совершенно мертвым внутри, когда подошел к тому месту, где она сидела, выхватил сигарету у нее изо рта и затушил ее в уже переполненной пепельнице.– Вставай. От тебя воняет дымом и выпивкой.

Ничего.

Поставив пепельницу и ее запачканную кофейную чашку на сушилку, я вернулся к ней.– Вставай.

Мне не нужно было это дерьмо.

У меня было достаточно забот.

У меня была Моллой, черт возьми.

– Джоуи.- Это был первый признак жизни в ней, и это заставило что-то умереть внутри меня. – Джоуи.- Протянув руку, она схватила мою руку обеими руками и зарыдала.– Джоуи.

Я чувствовал запах напитка, исходящий от нее волнами.

Виски.

Я бы узнал этот запах где угодно.

Подавив дрожь, я потянулся к маме и помог ей встать. Мне нужно было убрать ее с глаз долой, пока мальчики не вернулись с игры, и она еще больше заморочила им голову.

– Присмотри за ужином, Шэн, - крикнул я через плечо, помогая маме выйти из кухни и подняться по лестнице в ее спальню.

Чем больше она рыдала и прижималась ко мне, тем сильнее я чувствовал, что задыхаюсь.

Желание прорваться сквозь стены этого дома и сбежать было настолько сильным, что я практически мог попробовать его на вкус.

Хотя у меня бы никогда этого не было.

Я физически не мог разорвать цепи, которые приковали меня к этому дому.

Этим детям.

Этой женщине.

Единственная отсрочка, которую я мог бы получить, была та, которую я взял для себя.

– Давай, мам, - пробормотал я, чувствуя тяжесть ее тела на себе, когда я пытался поднять ее наверх. – Ты должна помочь мне здесь.

Она этого не сделала.

Она не могла.

Потому что моя мать была такой же мертвой внутри, как и я.

Невероятно измученный, когда мы достигли верхней площадки, я подхватил ее на руки и пронес остаток пути до ее спальни.

Их спальня.

Это и его комната тоже, помнишь?

Мудак.

Игнорируя каждый мускул в моем теле, когда он кричал в знак протеста, мне удалось добраться до ее кровати, не свалившись в кучу. Уложив ее на матрас, я встал на колени у ее кровати и снял с нее тапочки, прежде чем перевернуть ее на бок лицом к окну.

– Мне жаль, Джоуи, - всхлипнула она, положив свои маленькие ручки под щеку. – Так жаль.

Я услышал слово, у меня было чувство, что на этот раз она может иметь в виду именно это, но я ничего не почувствовал.

– Тебе нужно держать свое дерьмо в руках, - ответил я ровным тоном, когда опустился на край кровати рядом с ней и порылся в ящике ее тумбочки. – Возможно, у тебя все в порядке с головой, но этим мальчикам не нужно этого видеть.

– Даррен, - тихо причитала она, сжимая мое предплечье. – Я хочу Даррена.

– Да,что ж, Даррен сбежал, - пробормотал я, сосредоточившись на бесчисленных блистерных упаковках с таблетками, отбрасывая пустые бутылочки из-под таблеток в сторону.

– Черт возьми, мам, что ты приняла?

– Как будто ты можешь судить меня, - рыдала она, уткнувшись головой в подушку.– Мне больно.

Я тоже. – Вот, - сказал я, наконец остановившись на бутылочке с таблетками, содержащей несколько таблеток валиума. – Возьми пару таких. Это снимет напряжение.

– Что, если он вернется?

– Кто? – Спросил я, слушая ее лишь вполуха, продолжая искать то, что хотел. Я знал, что они были здесь. Я, блядь, так и знал. – Даррен?

– Нет, - пробормотала она, проглатывая таблетки, которые я ей дал. – Твой отец.

– Ты знаешь, что произойдет, мам, - пробормотал я, мысленно вздохнув с облегчением, когда нашел полный флакон клоназепама. – Ты заберешь его обратно, - добавил я, засовывая бутылку в карман. – И все снова будет хорошо в мире Мэри Линч.

– Я твоя мать, - всхлипывала она, голос был невнятным. – Почему ты так сильно меня ненавидишь?

– Я твой сын, - ответил я, возвращая ей ее слова. – Почему ты так сильно меня ненавидишь?

– Потому что ты – это он, - невнятно произнесла она, отворачиваясь от меня.

– Да, - невозмутимо ответил я, вставая, ничего не чувствуя. – Я – это он, а ты еще хуже.

– Джоуи, подожди, - крикнула она, когда я двинулся к двери. – Мне жаль. Прости, детка… Пожалуйста, не оставляй меня.

– Проспись, мам,- невозмутимо сказал я, не желая оставаться рядом и быть ее личной боксерской грушей, пока она не отключится. – Мне нужно убрать дерьмо и накормить твоих детей.

Глава 85. Мы нашли любовь в безнадежном месте.

Ифа

С участием кина где-то, о чем знаем только мы, из автомобильной стереосистемы раздался взрыв, и мои хорошие нервы были разорваны в клочья, я остановилась возле террасы 95 Элк и заглушил двигатель. Потребовалось несколько минут, чтобы успокоиться, я опустила козырек и проверила свой внешний вид в крошечном зеркале.

Повторно нанеся на губы свежий слой черной вишни, я сжала губы и изобразила свою лучшую улыбку, прежде чем прерывисто вздохнуть и вернуть крышечку моей помады на место.

Ты можешь это сделать.

Он все еще твой Джоуи.

Он все еще там.

Верни его.

Вытащив свои волосы из хвоста, я распушила их по плечам и бросила галстук на пассажирское сиденье, а затем вылезла из машины.

Приготовившись к неприятностям, я обогнула испещренную граффити стену, окружающую их палисадник, не обращая внимания на обычные заросли травы и сорняков, и направился к входной двери, подняв кулак, чтобы постучать. Однако дверь открылась прежде, чем я успела постучать, и меня поприветствовала Шэннон.

– Боже мой.-Облегчение вспыхнуло в ее глазах, и она быстро схватила меня за руку и втащила внутрь. – Ифа.

– Привет, - ответил я хриплым от эмоций голосом, притягивая ее худенькое тельце в свои объятия и обнимая ее немного крепче, чем следовало. Я ничего не могла с этим поделать. В последний раз, когда я видела ее, я боялась, что это будет фактически последним. Видя, как она снова встает на ноги, избитая и в синяках, но с улыбкой на лице, мои гормоны беременности зашкаливали. – Я так чертовски волновалась за тебя.

– Большое тебе спасибо за то, что ты сделала для меня, - выдавила она, обнимая меня в ответ. – Так быстро доставить меня в больницу? Врачи сказали мне, что вы, ребята, спасли мне жизнь. Я бы не сделала этого, если бы попала туда чуть позже.