— Расскажите подробней, — сказал он. — Что за чертовщина здесь творится и откуда она взялась...
— С удовольствием.
Если верить словам седовласого вали, честь открытия аномального объекта в самом сердце горной страны принадлежала Приземелью. Причем, наблюдатели «Вундер Штерна» наткнулись на него совершенно случайно во время рутинных работ по зондированию метеорологической обстановки восточного Средиземноморья. Их внимание внезапно привлек загадочный черный диск, поднимавшийся откуда-то из глубин атмосферы и не отражавшийся ни на одном из экранов следящих скан-систем. Бессильны оказались как радиолокаторы, пытавшиеся нащупать пришельца в самых разных диапазонах волн, так и скан-лидары и прочие хитроумные устройства вроде нейтринных излучателей. Не подкачала только оптика. Наблюдатели с изумлением зафиксировали, как таинственное образование черным призраком ворвалось в стратосферу и, набирая скорость, устремилось прочь от планеты. Панические рекомендации диспетчеров позволили капитанам нескольких судов, оказавшихся на пути загадочного гостя, избежать совершенно непредсказуемых последствий, расчистив коридор для его безопасного прохода. Пострадал лишь один из автоматических ретрансляторов, расположенный на геостационарной орбите, но эту потерю можно было считать минимальной.
Инцидент со спутником показал, что черный диск — вполне материальный объект, столкновение с которым может иметь самые фатальные последствия. Утешало лишь одно: его движение оставалось прямолинейным, а следовательно, легко предсказуемым. Правда, баллистиков поначалу ввело в ступор очевидное нарушение принципов небесной механики: в космическом пространстве, как известно, не существует прямых путей, только эллипсы, гиперболы и параболы... Однако черный диск, явно насмехаясь над законами природы, продолжал движение так, словно гравитационное взаимодействие небесных тел не имело над ним никакой силы. Баллистики только руками разводили...
В космические лоции немедленно внесли соответствующие поправки и тут же принялись за поиски источника таинственного объекта. К удивлению исследователей, он нашелся довольно быстро, достаточно оказалось лишь продолжить вектор перемещения диска до пересечения с поверхностью Земли. Так было обнаружено не обозначенное ни на одной из карт озеро в самом сердце горной страны посреди Османской империи. Первая же наземная экспедиция показала, что ученые не ошиблись: феномен достоин самого пристального изучения. И тогда вокруг подозрительного водоема возникла тщательно охраняемая Зона мониторинга.
— Мы пробурили десятки скважин, — продолжал Хайрулла, — разместили на берегах сотни самых разнообразных датчиков, информация с которых стекается сюда, в этот зал...
— И?
— Практически ничего. Ни объяснить, ни как-то повлиять на происходящие процессы нам до сих пор не удалось. За целый год непрерывных наблюдений твердо установлен только один-единственный факт: черные Кольца, равно как и Диски, — двумерные пространственные объекты...
— Постойте... как это — двумерные? — немного растерянно спросил Вит.
Он вдруг вспомнил сегодняшний сон и собственные выводы по поводу природы Кольца... Но мало ли что нам снится... Одно дело — сон, в котором может существовать даже самое невозможное, и совсем другое дело — явь... Весь многолетний опыт исследователя восставал против мысли о пребывании в нашем материальном мире двумерных макрообъектов. Любое тело помимо длины и ширины должно иметь высоту, и с этим ничего не поделаешь. Хоть какую-то... хоть толщиной в один атом или кварк... или совершенно нечувствительную флюктуацию вакуума... Третье измерение существовать просто обязано, представить себе иное отчего-то никак не удавалось. Даже вырезанный из тетрадного листа круг имеет толщину, равную толщине листа бумаги...
— Вам нужно объяснять? — саркастически усмехнулся Хайрулла. — Мы тоже вначале не поверили. Но факт остается фактом: третье измерение — не просто величина, близкая к нулю... а точно ноль. Его просто нет.
Вит сморщил лоб и потер пальцами веки. Сон, обернувшийся явью, предстояло как следует осмыслить. Как честный человек, он вынужден был отметить: загадка, представленная на рассмотрение хитрым Хайруллой, и в самом деле оказалась крайне интересной. Куда интересней, чем давно решенная проблема утилизации туннелированной энергии и обводнения бесплодных песков Сахары...
— А вода? — спросил он, вдруг вспомнив совершенно невероятные свойства субстанции, заполнявшей чашу озера в фантастическом сне. — Что показал анализ?
— О-о! — удивился Хайрулла. — Сразу чувствуется исследовательская жилка! Вы зрите прямо в корень, господин Петричев. Или что-то знаете?
— Ничего я не знаю, — буркнул Вит. — Откуда? Просто во мне вдруг проснулся профессиональный мелиоратор... Так что с водой?
Хайрулла недовольно покрутил носом: поймать надежно укрывшегося в глубине витовой натуры Белого Всадника опять не удалось.
— С водой у нас особенно плохо, — хмуро признал он. — Эксперименты показали, что жидкость, наполняющая котловину, — сплошная имитация со странными, а зачастую просто пугающими свойствами.
— Структурный анализ проводился?
— Попытки были... много раз. Безрезультатно.
Вит удивленно вздернул бровь.
— Как это? — осведомился он. — Что может быть проще: взять образец и засунуть в электронный микроскоп... На худой конец — спектрографические измерения с помощью лазеров.
— Поначалу мы тоже так думали, — возразил Хайрулла. — И в первый же день потеряли двух лаборантов. Кто мог предположить, что простое прикосновение к этой... хм... «воде» окажется абсолютно смертельным.
— Вот как... — озадаченно произнес Вит.
Очередное отличие реальности от сна стало довольно неожиданным.
На Белого Всадника загадочная субстанция отчего-то не произвела никакого особенного воздействия, тем более фатального. Скорее, совсем наоборот... поддерживала комфортное существование даже после погружения в сапфировые «воды» с головой. Впрочем, сон есть сон...
«А вдруг таинственная псевдожидкость безопасна исключительно для моего таинственного пришельца на белом коне? — подумал Вит. — Тогда становится понятным настойчивый интерес Хайруллы к личности Всадника... ну и к моей заодно. Старый прохвост... наверняка догадывается о чем-то подобном... а может быть, даже что-то знает... Или ему кажется, что знает...»
— Так я не понял... дистанционные методы исследования применялись? — осведомился он.
Хайрулла, похоже, даже обиделся.
— За кого вы нас принимаете, Виталий Леонидович? — раздраженно ответил он. — В Зоне мониторинга собрались суперпрофессионалы, которым не нужно разъяснять прописные истины... Применялись... разумеется, применялись... и до сих пор применяются. Целый год мы засылаем в озеро автономные роботизированные комплексы в надежде получить хоть какую-то информацию. Разнообразные передвижные лаборатории... даже простые телезонды вроде тех, что применяются в Дальнем Внеземелье.
— Ну, и каковы результаты?
— О-о... результатов хоть отбавляй. Терабайты телеметрической информации... данные о химической структуре окружающей среды, ее плотности и температуре... в конце концов, обычная визуальная видеосъемка... а по сути — ничего. Результаты зондирования до такой степени противоречивы, что мы до сих пор не знаем, можно ли им верить. Хотя нет, наоборот... твердо знаем, что верить нельзя. Взять хотя бы простейший пример: плотность загадочной субстанции... которая варьируется от нуля до значений, более подходящих для недр какого-нибудь белого карлика.
Он немного помолчал, хмуро разглядывая деловую суету в операционном зале, а затем добавил:
— Из всех автономных зондов, направленных в глубины озера, вернулись только три. Да и те в таком виде... Короче, смотрите сами.
Хайрулла проделал серию манипуляций с электронным браслетом, в результате чего голографическое озеро исчезло, заместившись изображением какого-то неведомого механизма совершенно устрашающего вида. Во все стороны торчали острые шипы и тонкие иглы, так что распознать в этом металлическом дикобразе исследовательский зонд, собранный человеческими руками с учетом последних достижений эргономики, можно было лишь в случае невероятной мобилизации воображения. Иглы не пронзали корпус насквозь, а просто-напросто вырастали из металлокерамической обшивки... словно кто-то разогрел броню до температуры размягчения, а затем потянул утончавшуюся нить в сторону. И так много-много раз...
