— Итак, подведем итоги, — произнес Эллингхуазер и обвел взглядом притихший экипаж. — Задач у нас несколько, и все первоочередные... Энтони! У тебя самый важный и самый ответственный участок — стелларатор. Без него — сам понимаешь... А потому приступай немедленно, весь «Леопард» смотрит на тебя... Далтон и Хадсон! На вас радиокомплекс и перезагрузка системы. Ну а я попробую выяснить, куда же все-таки нас занесло.

— Интересно, каким образом? — прищурившись, полюбопытствовал Хадсон. — Сдается мне, не такое простое это занятие.

— А я и не ищу легких путей, — парировал капитан. — Но для начала все-таки попробую заглянуть в иллюминаторы.

— А если не поможет?

— Тогда надену скафандр и выйду наружу, — раздраженно ответил Эллингхаузер. — Еще вопросы будут?

— Только один... собственно, даже не вопрос. Как известно, инструкция запрещает капитану покидать корабль, тем более в одиночку. Как быть с этим?

— Меня будет страховать Эмери. Ты согласна?

Медиколог торопливо кивнула. Она явно испытывала облегчение от того, что, наконец-то, и ей нашлось дело.

— А насчет инструкций... Можешь написать на меня рапорт, когда вернемся.

— Не обучен, — ухмыльнулся Хадсон. — И вообще, казенные бумаги не мой профиль... Разрешите приступать?

— Разрешаю. За дело, друзья, времени у нас совсем мало. Идем, Эмери.

Как и предполагал Хадсон, попытка разглядеть что-либо через иллюминаторы не удалась. Снаружи царила непроглядная тьма, в которой, сколько не всматривайся, невозможно узреть ни единого огонька, ни единой, даже самой маленькой звездочки. А значит, гипотеза о том, что рейдер провалился на дно глубокого кратера, находила убедительное подтверждение, хотя и требовала более весомых доказательств, нежели полное отсутствие каких бы то ни было источников света.

Корабль в самом сердце удивительного образования, более всего напоминавшего гигантскую скважину, просверленную в ледяной мантии замерзшей луны — чушь какая-то... Мысль об участии инопланетного разума в коварном нападении на мирных исследователей приходила сама собой. Хотя и мгновенно отметалась как совершенно фантастическая. Но, тем не менее, возвращалась снова и снова.

Бездонная дыра в центре Ледовой Плеши никак не вписывалась в разряд обычных природных явлений. И ведь не просто дыра, а дыра, огрызающаяся лазерными залпами на попытку вторжения... Кто в здравом уме станет утверждать, что ничего удивительного в этом нет и подобное явление самое что ни на есть рядовое? Даже более того — естественное? Скорее всего, таковых не найдется. Но даже если и так, пусть сначала испытают на собственной шкуре, что такое лазерный обстрел из глубокого кратера на безжизненной насквозь промерзшей луне, а вот тогда, возможно, и появится повод для серьезного разговора.

Загадки, загадки... Чего стоит один лишь факт исчезновения существенной части ледяного спутника Урана! Событие настолько фантастическое, не вписывающееся ни в какие самые авторитетные теории, что мало-мальски разумного объяснения на ум просто не приходит. Кроме все тех же коварных «зеленых человечков». И если «Леопард» действительно обосновался на дне поражающего воображение таинственного образования в эпицентре еще большей загадки, ничего хорошего точно ждать не следует.

Пауль Эллингхаузер защелкнул забрало шлема и взглянул на спутницу. Эмери явно бодрилась, но чувствовалось, что ей не по себе. Первоначальный энтузиазм исследователя очень быстро уступил место разумной осторожности.

«Вот это правильно, — подумал капитан. — По крайней мере, не станет соваться очертя голову куда не надо. Опыта реального десантирования у нее, конечно, маловато, но это дело наживное. Какие ее годы...»

— Далтон! — позвал он. — Говорит Эллингхаузер. Проверка связи.

— Слышу вас, капитан.

— Мы выходим.

— Удачи. Если обнаружите тех, кто в нас стрелял, — врежьте им от души, чтоб неповадно было. Весь экипаж вас поддержит.

— Непременно.

«Как бы нам самим не врезали, — подумал он. — С теми, кто с невероятной легкостью способен сбить на лету превосходно защищенный рейдер, трудно разговаривать с позиции силы.»

— Ты как, в порядке? — капитан повернулся к Эмери.

Медиколог экспедиции согласно кивнула.

— Тогда начинаем.

Эллингхаузер нажал кнопку, открывавшую наружный люк. Послышался легкий гул насосов, выкачивавших воздух из шлюза, а затем дверь плавно сдвинулась в сторону.

За пределами корабля царила кромешная тьма, разогнать которую оказался не в силах приглушенный свет аварийных светильников за спиной. Эллингхаузер погасил освещение шлюза, после чего включил нашлемные фонари и остановился на пороге, с тревогой всматриваясь в неизвестность. Яркие световые пятна, показавшиеся попросту ослепительными, упали на неожиданно близкий каменный уступ. Его дальний край ограничивала высокая черная стена, верхняя часть которой уходила, казалось, в саму бесконечность. Во всяком случае, разглядеть скрытую тьмой кромку не представлялось никакой возможности, для этого необходимо было выйти наружу. Ближняя оконечность каменного уступа находилась от люка метрах в двадцати и обрывалась в глубокую пропасть, показавшуюся воистину бездонной. Там клубились совершенно невозможные на пустой ледяной луне зеленоватые облака... а может быть, просто померещилось... Свет нашлемных фонарей оказался слишком слаб, чтобы утверждать со всей определенностью: загадочный облачный покров никакой не мираж, а самая настоящая реальность.

Эмери подошла ближе и тоже уставилась на открывшуюся взорам безрадостную картину.

— Как тебе? — осведомился капитан. — Нравится?

— Нет, — медиколог слегка наклонилась, чтобы получше рассмотреть таинственные облака внизу. — Кажется, речь шла о том, что «Леопард» упал на дно кратера?.. Я бы сказала, очень похоже на истину, если бы не пропасть у нас под ногами. Впечатление такое, будто корабль завис посередине между небом и землей. Не понимаю, как такое возможно... и это меня пугает.

— Меня тоже.

Эллингхаузер слегка покрутил головой, отчего световые пятна на каменной поверхности заметались из стороны в сторону. Увиденное никакой ясности не добавило: все тот же узкий склон и бесконечная черная стена в нескольких десятках метров от края.

Внезапно световой луч отразился от чего-то блестящего, лежащего между двух небольших валунов.

— Эт-то что такое? — произнес капитан. — Очень интересно! Похоже на что-то металлическое.

— В самом деле. Однако совершенно непонятно, откуда мог взяться открытый металл на маленькой ледяной луне? Ведь не бывает же такого, или я не права?

— Права, конечно. Металл, да еще полированный... На мой взгляд, Оберон слишком щедро разбрасывается загадками, не имеющими никакого разумного объяснения.

— Может, это телемонитор? — с сомнением произнесла Эмери. — Ну, один из тех, которыми мы усердно засеивали Ледовую Плешь? А что... упал в кратер вслед за нами.

— Или мы вслед за ним, — задумчиво добавил Эллингхаузер. — Возможно. Скажем, один из тех, что так и не отозвались... Вот только почему у меня такое чувство, будто никакой это не кратер?

— А что же по-вашему?

— Не знаю.

Капитан несколько долгих мгновений всматривался в таинственный металлический объект, после чего решительно произнес:

— Нужно выбираться наружу... на этот самый уступ. Отсюда мы ничего больше не увидим.

— Как? — взгляд Эмери был полон недоумения. — Здесь метров двадцать... не перепрыгнуть, тем более в скафандрах.

— Зачем прыгать? — Эллингхаузер снова зажег свет в шлюзе, отошел к стене, увешанной разнообразным оборудованием, призванным облегчить жизнь десантника, и тут же вернулся, держа в руках моток веревки в одной руке, а в другой — специальный пистолет, способный вогнать прочный металлический гарпун в самый твердый и неподатливый камень. — Вот все, что нужно.

— Думаете, выдержит?

— Если поодиночке, то не такой уж большой вес даже с учетом скафандра.