Игорь почесал затылок.
— Я слышал, как его называли… вроде Славик.
— Славик? — переспросила Зинаида Михайловна. — С фамилией?
— Не знаю. Рыжий такой, в хорошем костюме. Он всё организовывал. Сказал, что на банкете потом будет удобно «снять украшение без шума». Я думал, речь про бутафорию какую-то. А потом оказалось — нет. Настоящее кольцо.
Раиса Михална оперлась рукой о бок.
— Рыжий в костюме, улыбчивый, из «Меридиана». Значок с рыбкой.
Семён втянул голову в плечи.
— Это он. Я его видел, когда передавал коробку.
— И где он сейчас? — спросила Зинаида Михайловна.
Игорь нервно оглянулся.
— Да вот… он должен был подъехать. Сказал, заберёт товар и всё уладит. Но я уже не стал ждать. Слишком страшно стало.
В этот момент у дальнего ряда раздался гудок машины. Все трое повернулись. К рынку медленно подкатывала знакомая красная купешка Семёна. За рулём сидел не он, а тот самый рыжий мужчина в светлом пиджаке, который вёл машину одной рукой, а другой держал мобильный телефон. Лицо у него было спокойное, почти скучающее, как у человека, который привык, что неприятности решаются сами.
Раиса Михална прищурилась.
— Ну вот и явление героя.
Машина остановилась. Рыжий мужчина вышел, потянулся и с неудовольствием оглядел компанию. Увидев Раису Михалну, он явно понял, что день у него уже испорчен.
— Что здесь происходит? — спросил он с деланным спокойствием.
Раиса Михална шагнула вперёд.
— Приятно познакомиться. Вы, надо полагать, тот самый Славик с рыбкой на лацкане?
Мужчина дёрнулся, но тут же взял себя в руки.
— Вы ошибаетесь.
— Нет, — мягко сказала она. — Я редко ошибаюсь, когда передо мной человек с украденным кольцом, поддельной партией консервов и слишком нервной улыбкой.
Славик улыбнулся ещё шире.
— Это серьёзные обвинения.
— А вам уже поздно обижаться, — вмешалась Зинаида Михайловна. — Вы лучше объясните, куда девали перстень.
— Какой перстень? — спросил он, но голос дрогнул.
Игорь отступил назад.
— Я всё рассказал. Не впутывайте меня.
— Поздно, — спокойно сказала Раиса Михална. — Уже впутаны все. И килька, и банки, и ваша машина, и банкеты. Осталось только узнать, зачем вам понадобилось прятать кольцо в консервах.
Славик помолчал, оглядывая рынок, людей, коробки и собственную красную машину, будто прикидывал, есть ли ещё шанс выкрутиться. Шанса не было. Это он, кажется, понял первым.
— Потому что… — наконец выдохнул он. — Потому что я хотел выиграть время.
— На что? — резко спросила Раиса Михална.
Он сжал челюсти.
— На то, чтобы вынести остальное.
Зинаида Михайловна приподняла брови.
— Остальное?
Славик не ответил, но его молчание было красноречивее любого признания. Раиса Михална почувствовала, как всё встаёт на место окончательно. Перстень был только приманкой, отвлекающим манёвром. А настоящая добыча, вероятно, находилась в тех самых банках, коробках и в машине, которую Семён купил на вторичке под видом лотерейного счастья.
В этот момент из соседнего ряда послышался возмущённый голос женщины:
— Эй! А кто мои «Бычки в масле» таскает?!
Славик вздрогнул. Игорь выругался. Семён окончательно побледнел. А Раиса Михална вдруг поняла, что именно сейчас преступник и выдаст себя до конца. Потому что у человека, который украл не то, что надо, и выпил лишнего, всегда есть слабое место: он начинает говорить слишком много.
Славик нервно шагнул к машине.
— Я ничего не брал! Это ошибка! Мне подменили коробки! Я хотел всё вернуть! Там вообще не то было!
— Что именно не то? — быстро спросила Раиса Михална.
Он уже почти кричал:
— Да бижутерия там! Целая банка! Браслеты, цепочки, серёжки! Я думал, это запасная партия! А потом понял, что это ворованное! Мне сказали, что можно продать, а я… я хотел только отвезти!
Зинаида Михайловна сложила руки.
— Поздравляю. Сам себя и сдал.
Славик замер.
И именно в этот момент из-за его машины вышел участковый Мишин. Он был в спортивной куртке, вечно чуть растрёпанный и на редкость довольный собой, когда появлялся в нужный момент. Видимо, он успел приехать следом и теперь наслаждался тем, что всё складывается без его обычных трёх часов допроса.
— Добрый вечер, — сказал он. — Я так понимаю, на меня уже не надо надеяться?
Раиса Михална вздохнула с облегчением.
— В самый раз. Как раз в момент, когда преступник решил поговорить сам с собой.
Славик закрыл лицо руками.
— Всё, я попался.
— Не просто попались, — сухо заметил Мишин, — а очень аккуратно, с песней и под купе.
Позже, уже вечером, когда рынок опустел, коробки увезли, а Славика увели в сторону служебного входа, Раиса Михална сидела на лавочке у дома с чашкой сладкого чая. Семён рядом мял кепку и выглядел человеком, который только что чудом избежал собственной глупости. Зинаида Михайловна стояла чуть поодаль, скрестив руки, а Барсик величественно восседал на спинке скамейки, будто всё происходящее было результатом его личного плана.
— Значит, — медленно сказала Раиса Михална, — перстень был с банкета. Мужик в светлом пиджаке и с рыбкой на лацкане, то есть этот ваш Славик, воспользовался суматохой. Он сунул украшение в банку, потом устроил подмену партии и хотел вывезти остальное на красной машине Семёна.
— А я думал, что просто в лотерею повезло, — уныло сказал Семён.
— Вам, Семён Петрович, повезло только в том, что вы не окончательно потеряли совесть, — буркнула Зинаида Михайловна. — Машину-то теперь что?
Семён махнул рукой.
— Продам. Не нужна она мне. Больше на ней и ездить не хочется.
Барсик мяукнул, словно выражая общее мнение, что коту-то как раз всё было ясно с самого начала.
Раиса Михална улыбнулась.
— Вот так и раскрываются большие дела. Сначала килька, потом кот, потом ложь про лотерею, потом корпоратив, а в конце — пьяный вор, который не отличил «Бычков в масле» от банки с бижутерией.
Зинаида Михайловна хмыкнула.
— И всё это благодаря Барсику.
Кот лениво открыл один глаз, будто хотел сказать: «Наконец-то люди начали соображать».
И тут Раиса Михална вдруг подумала, что в этой истории главное не только перстень и не только украденные банки. Главное — что каждый получил по заслугам. Семён перестал врать, Марина Валерьевна выговорилась, Мишин выловил преступника, а Барсик заслужил ещё одну порцию паштета.
— Ну что, — сказала она, допивая чай, — у нас теперь точно всё?
Барсик посмотрел на неё, потом медленно перевёл взгляд в сторону мусорных баков, где в темноте уже шуршал кто-то подозрительно знакомый.
И Раиса Михална, внезапно насторожившись, поняла: в районе, как и в любой приличной детективной истории, покой — вещь временная.
Летальный исход на шпильках
Глава 1. Вальс до вызова скорой
Если бы кто-нибудь заранее предупредил Веру Семёновну Бабкину, что районный конкурс самодеятельности под названием «Золотой носок» закончится не аплодисментами, а вызовом скорой, она бы, пожалуй, надела не свои любимые туфли с ободранным носом, а старые тапочки на липучках и осталась дома смотреть по телевизору передачу про ремонт. Но, как известно, судьба всегда особенно изобретательна, когда человек хочет провести вечер спокойно.
Дом культуры имени, как шутили местные, «вечного недоремонта», сиял снаружи лампочками и плакатами. На плакате улыбалась хмурая балерина в пачке, а ниже красовалась надпись: «Золотой носок — конкурс талантов нашего района!» Под надписью кто-то фломастером приписал: «И хорошего терпения». Вероятно, это был человек, хорошо знавший местную самодеятельность.
Вера Семёновна пришла не как зритель, а как участник. Она состояла в ансамбле ветеранов «Пламя сердца» и должна была исполнять вальс-миниатюру под музыку из старого кино. Вообще-то в юности Вера Семёновна мечтала о сцене, но жизнь распорядилась иначе: вместо сцены ей достались бухгалтерия, муж с тяжёлым характером, две коммунальные войны и привычка всё записывать в тетрадочку. Зато теперь, на пенсии, она наконец-то могла реализовать себя в искусстве. Правда, искусство, к несчастью, на это смотрело не всегда взаимно.
