Эти два дня провёл в Ангарске. Как приехал – сразу нашёл мастерскую, где ремонтируют фотоаппараты фирмы «Панасоник» (в магазине, где их продают, подсказали), отдал фотик в ремонт и договорился, чтобы сделали по-быстрому, за один день. Фотоаппарат у меня хороший, «Люмикс», не очень габаритный (что очень важно в походе) и с хорошим объективом – «Лейка» (старая немецкая фирма, у Симонова даже есть: «…с Лейкой и блокнотом, а то и с пулемётом…», песня военных корреспондентов). Ребята не подвели, и на другой день к вечеру я его получил, как новенький. Собственно, они его только разобрали и просушили, ремонтировать там было нечего. Они, когда принимали, сразу спросили – где искупал, в какой воде? Я сказал, что практически в дистиллированной, в горной реке. А вот если бы в морской воде или в болоте – было бы намного сложнее.

Вечером подкупил продуктов и наметил новый маршрут. На Хамар-Дабане есть Патовое нагорье – высокогорное плато, расположенное в самом центре этой горной страны. Здесь, на плато, много озёр, отсюда берут начало многие реки: Утулик, Шебетуй, Хара-Мурин. На карте оно выглядит в виде белого пятна (то есть безлесое пространство) посреди сплошной зелени (то есть тайги). Тропа туда есть, это совершенно точно, часть её я уже проходил два года назад. Мы тогда с Татьяной (женой) ходили на речку Утулик и встретили там на берегу двух туристов, парня и девушку. Они оказались из Чехии, Петер и Вера, довольно сносно говорили по-русски. Они возвращались как раз с Патового нагорья, значит, пройти можно. Туда и пойду.

Утром на первой электричке приехал из Ангарска в Слюдянку. Слюдянку я бы назвал столицей туризма. Расположенная на самой южной оконечности Байкала, она служит отправной точкой многих маршрутов: и на Хамар-Дабан, и в Саяны, и на Кругобайкальскую железную дорогу. К тому же здесь останавливаются все поезда, следующие по Транссибирской магистрали, и автомобильная трасса «Москва – Владивосток» тоже проходит через неё. Здесь всегда полно людей с огромными рюкзаками, вот и я ещё добавился. Пошёл по уже не раз хоженной дороге на юг, в сторону метеостанции «Хамар-Дабан». Этим маршрутом начиналось моё первое знакомство с горами в 2007 году. Прошёл мимо Мраморного карьера – огромные глыбы белоснежного мрамора валяются вдоль тропы, скатились с горы после взрыва. Когда идут взрывные работы, здесь лучше не ходить, об этом и плакаты предупреждают. Тропа идёт вдоль речки Слюдянки, перебегает её много раз с берега на берег. Тропа ухоженная, волонтёры постарались: вся почищена, бордюрчики камешками выложены, через речку мостики наведены с перилами. По такой тропе что не ходить? Плохо только – опять дождик пошёл, несильный, но неприятно. Народу попадается немного – будний день, а в выходные здесь народу полно, для иркутян это любимый маршрут выходного дня. С одним перекуром доскочил до метеостанции, это около двадцати километров. Хотел там заночевать, но посмотрел – народа много, кругом сырость, грязь, неуютно, решил пойти ночевать к водопадам, время до темноты ещё есть. Там тайга, дров навалом, обсушусь хорошо. Здесь-то, у метеостанции, весь сушняк давно подметён под метёлку туристами. Места мне здесь все знакомые, был уже три раза.

По крутой расселине спустился к речке Подкомарной (потому что течёт под Комаринским хребтом) и вдоль неё стал подниматься вверх. Дождь вроде перестал, но тропа идёт по кустам, по зарослям, с них вода осыпается, пока дошёл до первого водопада – промок до нитки, несмотря на плащ. Полдевятого остановился, место хорошее: поляна, вокруг кедры и водопад сорокаметровый недалеко проваливается в расселину, от него гул глухой идёт снизу, хорошо спать будет. Натаскал дров кедровых, обсушился, обогрелся, сварил покушать, наелся – и как раз вовремя – опять пошёл дождь. Я успел нырнуть в палатку. Хорошо, что палатку поставил на месте костра, это старый таёжный способ, мне отец об этом рассказывал. На месте ночёвки жжёшь большой костёр, земля под ним прогревается, потом угли сдвигаешь в сторону, застилаешь лапником и ложишься. Спишь всю ночь, как на печке. Вот и я уснул мигом.

Проспал до полдевятого. За ночь тучи разогнало, светит солнце, но трава и деревья всё ещё в воде после дождя, поэтому торопиться идти не стоит. Пошёл уже в одиннадцать часов вверх по Подкомарной. Прошёл ещё два водопада, фотографировать не стал, я их раньше снимал, ведь третий раз уже здесь прохожу. Тропа медленно поднимается вверх на перевал Чёртовы Ворота, слева остаётся пик Черского – первая покорённая мной вершина, её высота 2090 метров, это было в 2007 году. Перевал Чёртовы Ворота несложный, некатегорийный, наверху, в самой седловине, образовалось озеро, которое тоже называется Чёртовым.

На берегу озера я разулся, помочил ноги в воде, перекусил немного изюмом. Купаться не стал, так как не жарко: солнышко выглянет – тепло, а скроется – хочется что-нибудь тёпленькое пододеть. Немного продуктов спрятал в кустах на обратную дорогу, что их таскать взад-вперёд, всё равно буду здесь возвращаться, другой дороги нет. Отдохнул, рюкзак немного облегчил и зашагал дальше. На самом гребне перевала стоит пирамидка памятника, турист погиб под лавиной. Это не первый памятник, который я встретил, случаются трагедии в горах.

Здесь же, на перевале, встретил парня с девушкой, они хотели по хребту выйти на берег Байкала, но залезли в заросли стланика (это стелющийся кедр, практически непроходимый) и вынуждены были вернуться. Да ещё дождик их достал, видимости на высоте никакой, хорошо, что был навигатор GPS, за счёт него только и выбрались сюда, на тропу. Вот так поговорили – и расстались.

С перевала тропа серпантином спустилась в долину речки Спусковой, с обеих сторон высятся скалы – сурово и красиво. Спустился ещё ниже – началась тайга: кедры, ёлки, пихты, лес тёмный, угрюмый. Дошёл до места, где мы два года тому назад ночевали с Татьяной, я его узнал: кострище, таганок, кучка дров – всё как положено, решил здесь пообедать. Запалил костёр, сварил чай и заварил бульон, ещё доел кашу, которую варил вечером. Поел и лёг отдохнуть. Место хорошее – чистая полянка и вокруг кедры, кедры… А на кедрах шишки, на некоторых очень много, значит, год нынче на орех урожайный, и медведи сыты, на меня не будут бросаться. Лежу на спине, соображаю такие мысли, а по небу плывут облака, плывут и плывут. Только бы в тучи не собрались, дождь уже надоел.

После обеда зашагал дальше вниз вдоль Спусковой. Тропа петляет с берега на берег, речка небольшая, я не разуваюсь и не выливаю воду из ботинок после бродов. Когда шли здесь с Татьяной, она насчитала двенадцать бродов, но они простые, прохожу их легко.

На одном из бродов на берегу встретил двух мужиков, сидят отдыхают, жгут костёр. Разговорились. Они идут с Шебетуя (это по пути на Патовое, куда я направляюсь), хотели там порыбачить. Но на сегодняшней ночёвке к их костру вышел медведь, встал и стоит. У них была ракетница, хотели стрельнуть – она не выстрелила. Они в него ракетницей запустили – медведь ушёл. Утра еле дождались, собрались по-быстрому и сейчас топают назад, уже не до рыбалки. А соли с собой набрали рыбу солить – оставили всю на стоянке, говорят, пойдёшь – увидишь.

Конечно, увижу – я пошёл дальше. Дошёл до Утулика, хорошая речка, сплавная. Водные туристы заходят сюда со своими «кораблями» и сплавляются к Байкалу. Много порогов, красивая природа, рыбалка – всё это привлекает. Мне её надо форсировать, тропа переходит на другой берег.

Около брода через Утулик встретил группу туристов из Ульяновска, восемь человек – пятеро мужчин и три женщины. Они идут с Патового нагорья (куда я иду); хотели идти дальше, вдоль Хара-Мурина, но пришлось прервать маршрут: их старший, Дима, порвал связки на колене, и они возвращаются в Слюдянку. Я сразу посмотрел на свой большой палец, который повредил в первый день: он стал получше, опухоль ещё есть, но появилась подвижность, так что заживёт. Дима сидит под кедром, на правой ноге наложена шина из каких-то дощечек, а парень молодой, симпатичный, кудрявый, рядом гитара лежит, сразу видно – душа компании. Но не повезло! Туристы меня угостили чаем и супом гороховым, целый час мы с ними проговорили, я отдохнул заодно. У меня ведь в Ульяновске живёт брат Игорь, я им оставил его телефон, чтобы позвонили и сказали, что встречали меня в горах. И мой телефон они записали, чтобы потом позвонить и узнать, как закончилось моё путешествие.