— Маркес — да, и это ещё мягко сказано. Кто-то прошёлся мачете по трём рядам лоз.

— Ох ты ж. Это уже совсем другой уровень.

— Вот поэтому я и звоню. Думаем, что вандал — или вандалы — зашли со стороны заповедника. В заборе была дыра. Я пролез, искал след, но я же не бойскаут. Ничего не нашёл — зато проём в ограде оказался совсем недалеко от площадки Сан-Педро.

— Так, это место я знаю.

— Похоже, отправная точка была там, а потом они шли через заросли к винограднику. Следов, как уже сказал, не отыскал. Но на обратном пути к забору наткнулся на одну из ваших камер.

— Да, как раз собирался сказать, что у нас там камеры стоят. Номер записал?

— Записал. G‑14. Как мне посмотреть запись?

— Тебе повезло — все потоки сходятся у нас. Приезжай, посмотришь.

— Хорошо, выезжаю.

— Жду.

— Да, и ещё одно. Камеры давно поставили? Меня интересует, не было ли четыре года назад камеры возле той рощи железного дерева, где мы на прошлой неделе нашли останки.

— Не было — я бы тебе сказал. Их все поставили года два назад. По гранту, который UCLA получил, чтобы изучать миграцию животных на Чаннел-Айлендс.

— Полезное дело. Миддлтон сегодня там?

— Да, на смене. Зачем он тебе?

— Надо дооформить бумаги по тому делу и кое-что у него уточнить. Он обещал поискать для меня документы.

— Без проблем. Вызову. Только не сразу — он на Орлином Гнезде.

«Орлиное Гнездо» — на вершине горы, у Мидл-Ранч-роуд. Там самый широкий круговой обзор на острове.

— А что там? — спросил Стилвелл.

— Школьники сегодня, — ответил Данауэй. — Выпускной выезд.

— А ты сможешь его оттуда снять?

— У меня там ещё трое рейнджеров. Не вопрос. Скажу, чтобы ждал тебя у нас.

— Спасибо, Мик.

После звонка Стилвелл вышел из кабинета и направился к зарядной стойке за свежей рацией. Мѐрси посмотрела на него.

— Уезжаете?

— На базу к рейнджерам. Не знаю, надолго ли.

— Звонил Оливер Маркес, сказал, что заедет за протоколом. У вас он готов?

— Ещё не написан. Перезвоните ему и скажите, что мы сообщим, как только всё будет готово.

— Не любит он ждать.

— Знаю. Если что-то ещё, звоните мне.

— Хорошо.

До Фолс-Каньона он доехал за пятнадцать минут. Внутри базы была стойка для посетителей: туристы получали здесь разрешения и карты троп, брали брошюры о других достопримечательностях и развлечениях острова.

За стойкой дежурила рейнджер по имени Лоретта Петти — отвечала на вопросы посетителей. Она сказала Стилвеллу, что Данауэй его ждёт, и он прошёл в кабинет; дорогу он знал, бывал здесь не впервые. Данауэй уже успел просмотреть запись с камеры G‑14.

— Камера кое-что зацепила, но не уверен, что от этого будет толк, — сказал он.

— Лучше, чем ничего, — отозвался Стилвелл. — Покажешь?

— Уже выставил.

Данауэй усадил его в своё кресло за столом. Сам наклонился над клавиатурой и одной рукой набрал команду. На большом мониторе появилась сетка из видов с разных камер. Данауэй выделил одну, развернул на весь экран. В нижнем правом углу шли цифровые дата и время и код камеры — G‑14.

— Вот такой ракурс, — сказал Данауэй. — Камера срабатывает на движение, так что мы просто просматриваем кадры — и вот что нашли.

Он защёлкал клавиатурой; Стилвелл смотрел, как тот перематывает запись и резко её останавливает.

— Это, например, ты, — сказал Данауэй.

На стоп-кадре Стилвелл узнал самого себя — вчерашним вечером, разглядывающего камеру.

— А теперь откатываемся почти ровно на сутки назад — и получаем вот это, — продолжил Данауэй.

Теперь по экрану слева направо двигалась фигура, почти полностью скрытая раскидистой мансанитой и густым кустарником. Что это человек, Стилвелл понял по одежде. Тот, кто продирался сквозь заросли, был в ярко-жёлтой с синим рубашке или куртке. Опознать его было невозможно, но цвета имели значение.

Фигура, похоже, споткнулась, на секунду замерла и снова двинулась — за пределы кадра.

— Если откатывать дальше, за неделю до этого там одни олени-мулы да изредка островная лиса, — сказал Данауэй. — Если хочешь, можешь сам проверить.

— Нет, верю, — сказал Стилвелл. — А звука нет?

— Есть — вроде того. Сам видел: камера в пластиковом камуфляжном коробе, он звук глушит сильно. Я громкость убрал до конца. Хочешь послушать?

— Давай — вдруг что зацепилось.

Данауэй перемотал запись и снова пустил кусок с фигурой в жёлто-синем. И правда, звука почти не было. Но когда фигура оступилась, послышался короткий вскрик, а за ним — ругательство.

— Думаю, ногу в яму сунул, может, подвернул, — сказал Данауэй.

— Или в кактус влетел, — отозвался Стилвелл. — Я их там видел немало.

— И такое может быть.

Голос показался Стилвеллу молодым. Не глубокий, не низкий.

— Значит, обратно он не возвращается? — спросил Стилвелл.

— Ты о чём? — переспросил Данауэй.

— Судя по ракурсу, который я там видел, он шёл в сторону виноградника. Но обратно камера его не зафиксировала.

— Ты имеешь в виду, после того, как он порубил виноградник? Ну, мог пойти другим путём — за камерой. Понимаешь, о чём я? Особенно если решил обойти кактусовые заросли.

— Логично.

В дверь постучали — и Лоретта от стойки приоткрыла её. Сообщила Данауэю, что Миддлтон приехал и ждёт в казарме.

— Передай ему, что сержант Стилвелл сейчас подойдёт, — сказал Данауэй.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 24

Стилвелл прошёл по коридору в казарму. Это была просторная комната на шестерых: три двухъярусные койки. Как и помощники шерифа, прикомандированные к Каталине, многие рейнджеры из CIC жили не на острове и пользовались койками в перерывах между двенадцатичасовыми сменами.

В комнате было пусто, но из туалета донёсся шум воды, и в дверях санузла появился Миддлтон, на ходу застёгивая ремень. Ростом он был под метр восемьдесят пять, с румяным обветренным лицом — таким же, как почти у всех знакомых Стилвеллу рейнджеров. Под сорок, рыжевато-каштановые волосы, зелёные глаза.

На взгляд Стилвелла — самый обычный человек. Из тех, кто с ходу примется рассказывать о повадках оленей-мулов, а никак не из тех, кто прячет в себе непроглядную тьму.

— Стил, прости, — сказал Миддлтон.

— За что? — отозвался Стилвелл.

— Я обещал перезвонить насчёт документов по поискам Энджелы Метье четыре года назад.

— Или я обещал заехать сам — и вот, заехал. Нашёл что-нибудь?

— Кое-что. Немного. Дело это вряд ли сдвинет.

— Ничего страшного. Никогда не знаешь, что его сдвинет. Покажи.

— У меня в шкафчике.

Миддлтон подошёл к ряду металлических шкафчиков и, повернувшись спиной, принялся набирать комбинацию замка. Стилвелл сместился вправо — поймать взглядом, что окажется внутри, когда дверца распахнётся.

— Ну а как с делом? — спросил Миддлтон.

— Да оно, в общем, не моё, — ответил Стилвелл. — Им занимаются убойщики на материке. А мне поручают мелочёвку — например, забирать у тебя бумаги.

В шкафчике Стилвелл разглядел рейнджерскую куртку на крючке. Больше почти ничего. Ни фотографий, ни безделушек — таких, какие у копов обычно водятся в их закутках. На полке лежала тонкая папка; Миддлтон взял её и обернулся.

— Найти удалось немного, — сказал он, протягивая папку. — В основном поисковые сектора и списки добровольцев. Само расследование, по-моему, вели вы, шерифские.

В том, как он произнёс «вы, шерифские», скользнула лёгкая враждебность — Стилвелл слышал такую и раньше, сидя по другую сторону стола напротив преступников.

— Да, наши материалы я уже просмотрел, — сказал он. — Там тоже негусто.

Он кивнул на распахнутый шкафчик.