Он направился к выходу, встретившись на пороге с растерянной Мускарией, тащившей перед собой ворох ткани цвета мяты. Король придержал ей дверь и прежде чем скрыться, отрывисто произнёс:

— Не задерживайтесь!

Оставив платье на стуле, швея присела в глубоком реверансе:

— Ваше величество! Разрешите помочь вам надеть платье.

— Мускария, пожалуйста! Не нужно таких церемоний! Лучше выкладывай, что знаешь!

Она потянулась к моей одежде, с явным намерением помочь её снять.

— Мне известно не так много. Сегодня под утро пришла весточка от моей матери. Она просила… требовала сбежать через подвалы дворца как можно скорее.

— Но ты здесь, — заметила я, принимая от неё нижнюю юбку цвета морской пены.

— Куда я пойду? — покачала головой она. — Всю жизнь я нахожусь при Благом Дворе. Как бы мать не расписывала прелести жизни при своих монархах, я страшусь тёмных созданий, которые там живут, и ужасающих «красных колпаков» — рыцарей тамошней королевы. Не даром её королевство зовётся Двором Ночи — из тьмы являются ужасные твари, вроде слуа и Дуллахана, играющего собственной отрубленной головой, будто мячом. А Отрекшийся при помощи своей магии создаёт ужасных древолюдов, которые хватают и выпивают соки у всякого зазевавшегося, проходящего мимо. Нет! Ни за что я не отправлюсь туда. На самом деле, очень странно, что такая прекрасная дама как вы прожила там всю свою жизнь! Наверно вам там было очень тяжело.

«Отрекшийся» — так здесь окрестили Сильвара, догадалась я. Не смотря на драматизм, чуть не рассмеялась. Оказывается, вот какие слухи ходят у Благих!

— Послушай, ничего подобного там нет!

Но Мускария недоверчиво прищурила блестящие угольно-чёрные глаза без зрачков. Смешной закрученный тонкий кончик носа подрагивал. Она подкалывала булавками подол верхней юбки, чтобы был виден красивый кружевной край нижней.

— Вы хотите сказать, что при Дворе Ночи нет Дуллахана, или «красных колпаков»? — спросила она, на секунду отрываясь своего занятия.

— Э-э-э, — я опрометчиво хотела сказать «нет», но во рту тут же предупреждающе запекло.

Мускария ничего не ответила, но очень красноречиво поджала губы. «Я же говорила!» — читалось в каждом её взгляде. Поправляя изысканные кружева на лифе — последний штрих перед выходом, избегая смотреть мне в глаза, она промолвила:

— Король Лириан хитер и изворотлив, — как ни странно, это прозвучало как комплимент. — Он что-нибудь придумает и спасёт всех нас.

Больше я не смогла из неё ничего вытянуть. Неужели сестра решила блефовать? Не похоже. Лириана я ещё не успела узнать достаточно хорошо, но и того хватило, чтобы понять — он непредсказуем и очень опасен.

Я шла по коридорам, в сопровождении важного Кройна, наряженная в самое прекрасное в мире платье, а по спине струился влажный холодок страха. Сложно было представить, чем закончится встреча монархов.

Во дворе сгрудилась целая толпа придворных — я даже не могла представить, сколько даоин ши обитало в Замке Роз! Как оказалось, за пиршественными столами обычно заседали едва ли треть присутствующих.

Нежные пикси со светлой кожей, отливавшей лёгкой зеленью, дружно присели в глубоком реверансе. За их спинами трепетали тонкие радужные крылья. Маленькие гоблины и прочие малорослики кучей сгрудились в стороне, чтобы их не затоптали более высокие соплеменники. Светловолосые тилвит-тэг, прекрасные как нежные лучи солнца на рассвете, склоняли головы в почтительных поклонах. Среди нарядных дам я разглядела Дженну в белоснежном платье. Она стояла, задрав подбородок, с вызовом глядя на меня. Вперёд выступил Вран, в неизменных чёрных доспехах, отливавших на солнце всеми цветами радуги — на фоне остальных он оказался единственным тёмным пятном.

— Ваше величество! — рыцарь очень почтительно поклонился и протянул мне руку. — Разрешите проводить вас к королю.

Я молча приняла его руку, и мы прошествовали прямо через толпу, разноцветной волной расступавшуюся перед нами. Чем ближе мы подступали к узкой лестнице, ведущей на стену, высящуюся вокруг замка, тем сильнее мою грудь сжимало то самое чувство, которое бывает перед экзаменом: вроде все вызубрила, но назойливо зудящее ощущение чего-то забытого не давало покоя.

На ровной площадке прямо над воротами, у которых дежурили двое великанов-троллей, похожих на обломки скал, стоял Лириан в сопровождении пяти незнакомых рыцарей. Похоже, их откуда-то спешно вызвали. Заметив меня, король скупо улыбнулся, и сказал:

— Наконец-то. Хорошо выглядишь.

Он забрал мою руку у Врана и подвёл к краю площадки, окружённой резными деревянными перилами. В другой момент я бы точно прониклась прекрасным видом, открывавшимся отсюда — бескрайние поля с одной стороны, лес и далёкие величественные горы с другой. За спиной раскинулся королевский дворец посреди цветущих и благоухающих садов, за которым тянулись холмистые поля, заросшие лавандой, шалфеем, иссопом и дикими розами до самых морских берегов.

До сих пор мне не представлялось возможности получше разглядеть владения Благого двора. Окружающий пейзаж казался сошедшим с полотен Томаса Кинкейда: если пройти по кромке поля, за одним из холмов наверняка притаился милый коттедж, похожий на пряничный домик из сказки.

Дорогой моему сердцу мрачный тёмный лес, подступавший к самым границам Неблагого Двора, находился так далеко отсюда, что и не видать. Зато неподалёку от ворот, разместилась группа очень знакомых даоин ши.

По левую руку Тианиель, воинственно восседавшей на удивительном вороном коне, изо рта которого сыпались искры, стоял Роннан Сэллан, с неизменной тюленьей шкурой на плечах, заменявшей ему плащ в любое время года. По правую руку сестры возвышался очень мощный мужчина с длинными чёрными волосами, одетый в синюю вышитую золотом тунику и темные штаны восточного покроя. Даже на расстоянии он излучал настоящий тайфун силы, от которого мне непроизвольно захотелось спрятаться. Я никогда не встречала его, но тут же поняла — это сам царь Оаннес!

За его спиной статная женщина с зелёными волосами и крупноватыми чертами лица, недвусмысленно держала руку на эфесе серебряной рукояти меча, готовая извлечь его из ножен в любой момент. Надетое на ней блестящее ярко-зелёное платье наводило на мысли о чешуе. За нею стояло несколько фейри, явно принадлежащих Морскому царству — их выдавала бледная кожа, по-рыбьи пухлые губы, но главным образом, волосы ярких, почти неоновых цветов — будто они пытались компенсировать таким образом мрак, царящий на морском дне.

Место позади Сэллана заняла небольшая группа фейри — я знала каждого из них! С самого детства они были рядом со мной — слуги, верные рыцари и даже некоторые дамы. Но особо меня поразило присутствие худощавого юноши, голову которого вместо волос покрывали тонкие ветви, с ярко-зелёными листьями. Дейселас! Дриады очень дорожили этим парнем, сыном одной из членов их Совета. Раз они не смогли удержать его от участия в этой авантюре, значит подданные и друзья Неблагого Двора действительно готовы стоять на смерть!

— Приветствую вас в этот солнечный день! — учтиво обратился к ним Лириан. — Что привело к воротам моего дворца такую интересную компанию?

— Хватит ёрничать! — крикнула Тианиель, едва не сорвав голос. Сэллан успокаивающе похлопал её по икре.

— Мы явились сюда забрать своё, а точнее, своих! — перехватил он слово. — Тебе не хуже нас известно, кто томится в казематах этого обманчиво прекрасного дворца!

— Ну, что вы! — Лириан театрально развёл руки в стороны. — Содержать пленников, это так хлопотно! Я давно выпустил их на свободу, разве что кроме одного…

— Ты, гнусный негодяй! — вновь крикнула сестра. — Отдавай немедленно моих брата, сестру, и других подданных! Я больше не намерена церемониться!

Вперёд выступил Оаннес, и воздух задрожал от его гулкого баса:

— Королева Тианиель пытается сказать, что мы не просим, а требуем. Иначе все земли Благого Двора покроются морской водой и отойдут в моё распоряжение.