Все фейри Двора принимали участие в устранении нанесённого урона. Лириан вновь сотворил настоящее чудо. Дело в том, что озеро, как и водопад, оставались солёными. Морские воды Тир Нан Ог не сравнимы по действию с каменной солью мира смертных, но и они препятствовали нормальному росту растений. Все мы стали свидетелями того, как король, стоя на коленях прямо на влажной земле, не боясь испачкать брюк в грязи, опустил руки в воду. Он стоял так, позабыв о времени, а солнце успело переместиться от главного шпиля дворца к самой высокой вершине Новых гор. Красная, покрытая рубцами кожа его рук побледнела, сам он уже казался изваянием, сделанным из мрамора гениальной рукой скульптора.

Я не выдержала первой, и прикоснулась к его плечу. Король, не оборачиваясь, вынул руку из воды и сжал мою ладонь мокрыми ледяными пальцами, принимая поддержку.

— По-моему, я справился, — сказал он, поднимаясь с колен. — Кто хочет проверить?

Несколько маленьких фей закружились хороводом вокруг нас и запищали на разные голоса.

— Отважные малютки! — засмеялся Лириан. — Не боитесь за свои крылышки?

Вран, стоявший впереди наблюдавшей за нами толпы, подошел и поклонился:

— Я готов рискнуть, ваше величество!

— Уступите очередь этому долговязому, — сказал король феям, которые что-то недовольно пискнули и уселись к нему на плечи. Одна, особенно наглая, совсем малюсенькая фея примостилась живым огоньком на голове короля, уцепившись крошечными пальцами за один из фигурных зубцов короны.

Мой рыцарь без стеснения снял воронённые доспехи, рубашку, сапоги, оставшись лишь в штанах. Неторопливо зайдя в воду по колено, он пожаловался:

— Холодная!

— Ты слишком добра, дорогая! — сказал Лириан, поворачиваясь ко мне. — Даже своего рыцаря успела избаловать за такое недолгое время! Для посвятившего себя короне, холод — даже не испытание.

Не дождавшись ответа, он крикнул:

— Ну-ка испробуй, не осталось ли в воде соли?

Поёжившись, Вран осторожно окунулся, а потом вновь встал на дно и с опаской лизнул свой палец. Подняв брови, он хмыкнул, зачерпнул воды ладонью, отпил… А потом захрипел, схватился за горло и повалился обратно в озеро.

Я закричала и, позабыв обо всём, бросилась к нему. Вода на самом деле оказалась ледяной. Тяжелая ткань юбки немедленно намокла и прилипла к ногам, а каблуки нежно-сиреневых атласных туфель, подаренных Лирианом, утонули в зыбком дне. Кажется, я их тут же потеряла, но не обратила на это внимания.

— Вран! — мой крик отразился от далёких скал и вернулся воплями потревоженных чаек, успевших облюбовать их для своих гнёзд.

Я добралась до него и потянула за руку…

— Ваше величество! Я не ожидал такого эффекта от моей маленькой шутки, — улыбнулся очень сконфуженный рыцарь, тут же вновь вставая на ноги. — Вы вся промокли.

От неожиданности я поскользнулась и по самую макушку окунулась в прозрачную холодную воду. Постаравшись всплыть поскорее, всё-таки нахлебалась — вода оказалась пресной, очень похожей по вкусу на родниковую. Ринувшись от растерянного Врана к берегу, игнорируя его протянутую для поддержки руку, отлично понимала, как сейчас выгляжу. Самая настоящая мокрая курица, барахтающаяся на мелководье, и за этим наблюдала целая хихикающая толпа! Строгое и немного вычурное фиолетовое платье превратилось в липкую тряпку. О, боги! Зачем я накрасила сегодня ресницы?

Феи вспорхнули с плеч и головы Лириана. Он сам, даже не улыбнувшись, зашел в воду по колено и подал мне руку.

— Видишь, я прав, — спокойно сказал он. — Излишняя доброта всем выходит боком — и тому, кого балуют и его покровителю. Но из всего необходимо извлекать пользу, даже из неприятной ситуации. Король опреснил озеро, а королева должна одарить его каким-нибудь свойством — не так уж часто в Волшебной Стране появляются новые озёра. Подумай над этим.

На самом деле я дико замёрзла. Хотелось не думать, а оказаться в тёплой ванне с чашкой капучино в руке, как можно дальше от взглядов сотни буравящих меня глаз. Плески за спиной говорили о том, что Вран тоже спешит выбраться на берег.

Неожиданно вспомнился ручей, по легенде дарящий красоту, на берегу которого я встретила Кернунна… Неужели он обрёл свои свойства в похожей ситуации? Фантазия немедленно дорисовала недостающие детали — какая-то могущественная дама тоже свалилась в него и не желая смириться со своим неприглядным видом наделила его воду необычными свойствами. Выходит, ничуть не удивительно, что история творится в кулуарах, а случайности порой повелевают целыми народами!

— Пусть тот, кто окунётся в озеро и изопьёт из него, избавится от одной из хворей, или проклятья! — выпалила я. Солнце скрылось за вершинами Новых гор, по земле поползли длинные тени, быстро поглощавшие остатки света. Близилось моё любимое время. — В сумерки!

* * *

За годы, прожитые в замке Неблагого Двора я успела хорошо узнать Сильвара. Он не сдаётся. Фехтуя, сидя за партией в шахматы, или ухаживая за очередной дамой, мой сводный брат руководствуется выражением нашего учителя Вольхара, которое сделал своим негласным девизом: «Реверанс — не унижение, признание ошибки — не слабость, отступление — не проигрыш». Кому как не мне знать — ради достижения цели он готов многим поступиться, но потом заберёт всё. Вряд ли потеря памяти и жизнь со смертными смогли настолько сильно его изменить.

Сильвар вернётся — когда, не знает никто, но это обязательно случится, я уверена. За любовью или уязвлённой гордостью? Не знаю. Тому, что было и сейчас между нами очень сложно подобрать назвать название. Любовь? Вряд ли. Зато гордость принца Двора ночи не знает границ.

Вот только моему мужу об этом знать не обязательно.