— Уж мне ли не знать брата!

Теперь замолчала я, переваривая информацию. Брат? Тогда это объясняло факт, что тюремщик периодически выпускал Врана из камеры, а тот волновался, не будет ли у Стрижа неприятностей.

— Чего замолчала? — тут же отреагировал Вран. — На самом деле мы с ним близнецы, я старше на шесть минут.

— Вы даже не похожи! — не поверила я.

— А ты приглядись получше! — казалось, он немного обиделся. — Мы одинаковые, но я брюнет, а он блондин. Король Альберих однажды сильно оскорбил нашу мать, пошутив, что она родила нас от кого-то из Неблагого Двора.

— Мой сводный брат Люк — его сын, — вспылила я. — Ребёнок не может быть оскорблением, из какого бы Двора не приходились его родители! Какие у вас, благих, странные порядки!

— Это у вас странные порядки, — раздражённо ответил Вран. — Ты считаешь нормальным утверждение, что замужняя альва рожает детей неизвестно от кого, а не от своего мужа? Чтобы ты знала, королева Латона умерла именно из-за неверности короля! Люциан — ровесник принца Коннана. Понимаешь, что это значит? Альберих путался с матерью Люка, когда у Латоны уже была дочь. Возможно…

— Никогда не думала, что Благой Двор полон ханжей, — отрезала я. — Учитывая тот факт, что у фейри вообще редко появляются дети.

— О-о-о! Сказала человеческая девчонка, «попробовавшая» почти всех рыцарей Неблагого Двора, включая обоих своих сводных братьев, и морочащая голову нашему нынешнему королю!

Горло перехватило от возмущения, немедленно разболелся шрам от цепочки. В голове теснился десяток ядовитых ответов, перекрывая выход друг другу. Стиснув кулаки от злости, я перевернулась на бок, уставившись в стену. Какая гадость! Вот, оказывается, какого мнения этот болтливый рыцарь!

Вран не выдержал первым.

— Ты что, обиделась? — спросил он, спустя некоторое время. — Хватит дуться! Обо всех из Неблагого Двора такие слухи гуляют.

Да уж, такта у него как у сапога. Я не стала отвечать. За время, проведённое в темнице, успела уяснить — если хочешь наказать этого излишне бойкого альва, просто молчи и игнорируй его. Вран точно взвоет максимум через час. Так и произошло, правда несколько иначе, чем я предполагала.

Стриж принёс обед.

— О! В честь чего такая роскошь? — разнёсся по коридору радостный голос Врана. Если ответ и был, то я, ожидаемого, его не услыхала. Через несколько минут, дверь в мою камеру открылась, высокий альв еле протиснулся с большим подносом, на котором громоздились несколько тарелок с едой и даже бокал с темным вином. По своему обыкновению он поставил его на пол, и вышел, а через секунду в приоткрытую дверь протиснулся Вран с большой тарелкой в руках.

— Составлю тебе компанию. Вдвоём поглощать праздничный обед веселее, — ухмыльнулся он.

— Вообще-то я тебя не приглашала.

— Да ладно тебе! — бесцеремонно отмахнулся он. — Если перестанешь брыкаться, я расскажу, что празднуем!

Стриж остался стоять на пороге, завистливо глядя на нас единственным глазом. На самом деле, хотя мы находились по разные стороны двери камеры, он был таким же узником, как и мы, а возможно, ему приходилось ещё хуже. Помимо воли, я начала сравнивать Стрижа с Враном. Удивительно, как цвет меняет всё! Да, у них были одинаковые чуть узковатые лица, прямые изящные носы, полные розовые губы, одинаковой формы брови, но сама догадаться, что они братья я точно не смогла бы.

— Что, ищешь сходство? — тут же подметил Вран. — Стань лицом к свету, Стриж! Пусть дама разглядит тебя получше!

Немой альв вздрогнул и отошел подальше, намеренно отступая в тень.

— Зачем ты так? — возмутилась я. — Ему и так нелегко, а ты подначиваешь!

— И не думал, — пожал плечами Вран, протягивая руку к красивому алому яблоку, лежащему на моём подносе. — Он всегда был очень стеснительным. Может, потому так и получилось с Азали. Будь он пожестче, она не променяла бы его на Альтура, который в итоге всё равно бросил её ради Эониель.

Стриж ворвался в камеру, толкнул Врана в плечо и яростно зажестикулировал.

— Да ладно тебе! Чего ты так распереживался? — искренне удивился Вран. — Подумаешь, девушка бросила, с любым может случиться!

— Перестань пожалуйста! — мой голос ещё оставался хрипловатым. — Это очень невежливо и бестактно.

Но урезонить его оказалось не так-то просто.

— Можно подумать, при Неблагом Дворе братья между собой соблюдают этикет! Не смеши меня! — отмахнулся он.

— Сейчас договоришься, что тебя перестанут выпускать из камеры!

Стриж энергично закивал.

— Вы сговорились? — удивлённо воскликнул Вран. — Надо же, когда успели?

Я промолчала, переключившись на обед — еда, принесённая Стрижом, очень быстро таяла без моего участия. Есть под неотвязным взглядом тюремщика оказалось нелегко — кусок не лез в горло. Вдоволь насмотревшись, Стриж положил руку на плечо Врана и когда тот обернулся, что-то показал ему руками. Тот лишь отмахнулся, засовывая в рот очередной маленький пирожок из цветочной пыльцы со шпинатом. Стриж настойчиво похлопал его по плечу и повторил знак. Недовольно скривившись, Вран оторвался от еды и произнёс:

— Хорошо, хорошо! Скажу я ей. Сегодня захватили брата Тианиель, Сильвара Стерха.

В этот момент я как раз откусила кусок сочной груши, и тут же закашлялась.

— Тише, — Вран похлопал меня по спине. — Ничего ему не сделалось. Он пришел с переговорами. Очень глупый поступок — с Лирианом невозможно договориться, особенно после того, как он формально прибрал Неблагой Двор к рукам. Неужели, твой сводный братец думал, что он добровольно его отдаст?

— Где Сильвар? — сдавленно спросила я.

— Там же где кошмарный рыцарь Блейз и перебежчик Альтур — в подземелье. Это и празднуют, даже нам перепало.

Я отложила грушу на край тарелки, и невидяще уставилась на пол, не в силах смириться с такой новостью. Тут меня осенило:

— Сильвар был один?

Стриж пошевелил руками.

— Да, — тут же перевёл Вран.

Вдруг Стриж встрепенулся, будто прислушиваясь к чему-то, и потянул его за руку. Вран тут же подскочил, и быстро вышел, не говоря ни слова. Не успела я оглянуться, как на двери щелкнул замок. Правда, через некоторое время она вновь открылась, пропуская Лириана.

— Здравствуй, дорогая! — улыбнулся он как сытая лиса. — Я к тебе с хорошими новостями — через пять дней наша свадьба. Думаю, ты будешь очень рада прибывшим на неё гостям.

Чтобы не выдать Стрижа, я лишь пожала плечами:

— Я не давала согласия.

— Моего желания вполне достаточно, — ответил он чуть мрачнея. — Не хочешь спросить, кто приглашен?

— Нет. Как не хочу самой свадьбы.

— Это уже не тебе решать, — резковато ответил он. — Твой сводный брат будет на праздновании.

Он внимательно изучал моё лицо, а я изо всех сил пыталась справиться с нахлынувшими эмоциями. Лириан удовлетворённо кивнул, видимо решив, что достаточно вывел меня из равновесия.

— Сильвар пришел поздравить тебя. Сейчас он отдыхает в каземате, в компании своих рыцарей. Кстати, никогда не мог понять, как вы терпели маньяка-Блейза при дворе? С ним же невозможно разговаривать!

Сильвар и Люк нашли друг друга, даже лишившись памяти. Сейчас, когда воспоминания вернулись, Сильвар пришел один. Люк ни за что не оставил бы его, а значит… Нет, радовать Лириана, показывая глубину постигшего отчаяния, не входило в мои планы. Я медленно вздохнула и сказала:

— Именно этот маньяк, как ты выразился, учил меня фехтовать. Когда меня привели ко Двору, многие насмехались над маленькой смертной девочкой. Королева Мэдб наказывала за это, но нападки всё равно продолжались. Именно Блэз поклялся добавить к своей коллекции руку или глаз любого, кто станет меня обижать! Он мой друг, и мы вполне находим общий язык.

— Да, ты умеешь склонять на свою сторону, — усмехнулся Лириан. — И как, тебе удалось наладить контакт со Стрижом?

Солгать в ответ на прямой вопрос я больше не могла — слово «нет» ощутимо жгло язык. Нейтральный ответ нашелся удивительно легко: