— Не слишком ли жирно курсантам будет? — прикинул Кутасов предстоящие расходы.

— Вроде нет. У нас дети сейчас столько съедают, — сообщил я с той благостной улыбкой, которую не раз репетировал перед зеркалом, читая про похождения бравого солдата Швейка.

Вот уж кто умел шакалить по полной, отрываясь на армии и её порядках.

— Благодарю за беседу. Я подумаю, — резко поднялся мужик с места и покинул меня, не попрощавшись, а вслед за ним и куратор сквозанул бледной тенью.

И что это было?

Попытка меня подмять или про «секреты» узнать. Так нет у меня секретов особых. Тот же Всеволод уже давно про них выведал. А я всё, как на духу рассказал, так что зря полковник на свой артефакт Правды, вставленный в кольцо, поглядывал время от времени — я ни разу не соврал.

А так, что могу сказать — наивные люди меня посетили. Им бы поинтересоваться, что у меня со зрением и для чего очки, или почему я им предложил именно те стулья, на которые они уселись.

Очки, чтобы видеть, что у них из магических прибамбасов при себе имеется, и заметить, что в удостоверении гостя одно слово магией скрыто, а стулья… мне достаточно ногой на тревожную кнопку нажать, и из-под них выскочат трёхметровые Каменные Шипы, которые пришпилят гостей к потолку, вместе со стульями.

— Сложный у тебя объект, — выдохнул Кутасов, когда их внедорожник выехал далеко за пределы кварталов детдома.

— В каком смысле? Дерзкий?

— А ты не почувствовал, что мы на волоске висели? Одно неверное слово или движение, и он бы нас просто размазал. И боюсь, мой негатор тут бы не помог. Моя чуйка просто верещала об опасности, чего с ней уже года три как не бывало.

— Может, показалось?

— Когда я последний раз на такое понадеялся, мне пришлось друзей хоронить, а потом самому долгое время восстанавливаться. Так что нет, не показалось. Ты с ним аккуратней. Особо не перегибай, считай, что это за дружеский совет, — откинулся на спинку сидения генерал-полковник Кутасов, мысленно проматывая свои впечатления ещё раз.

Нет. Точно не показалось. На этот раз не он с объектом играл, а играли с ним.

— Надо же, какие птицы к нам стали залетать. Целый генерал-полковник! Это за что же я так Бога прогневил, что приходя ко мне генералы под полковников маскируются? — вслух выразился я вполне приличными словами, наблюдая из окна отъезд кавалькады, из внедорожника и его сопровождения, — Не, ну не идиоты ли? Кто пять машин сопровождения ради визита обычного полковника пришлёт? Палятся, как дети, — негодовал я вслух, отмечая низкий профессионализм сотрудников ФСБ, — И как им после этого доверять? Они в следующий раз ещё что-нибудь так же криво исполнят, а это может уже и меня коснуться. Сдаётся мне, с куратором пора поговорить, и серьёзно. И, пожалуй, начну я с обсуждения этого незваного визита. Если у них такое считается за норму, то как по мне — откровенное хамство. Без всякого предупреждения лезть на мою территорию и требовать отчёта о личных методиках? Нам будет, о чём поговорить с куратором, — сжал я кулаки, нехорошо улыбаясь.

Первые два дня августа были наполнены странной суетой, которую от меня старательно скрывали.

Всё выяснилось третьего числа, вечером. Вся внутренняя часть двора была накрыта натянутыми гирляндами, четыре здоровенных мангала пыхали жаром, столы расставлены, и…

— Как на Сашины именины, испекли мы каравай, — затащили меня девчата в хоровод из сотни подростков.

Слав тебе Господи, что не «отхэппибёздили», а вот так, поздравили по-нашему. Пусть и наивно, по-детски, но… Чуть не до слёз. Все старались, особенно малышня.

Подарки, они тоже были и много. Завтра буду разбирать, кто и что подарил. Целый стол завалили всякими пакетами и кулёчками.

Да, у меня сегодня День Рождения, про который я забыл. Не совсем мой, правда, так как даты моего праздника в местном календаре нет, но у реципиента был именно он.

Все веселились, как могли. Малышня даже целый концерт организовала, и танцы показав, и хоровое пение, и лучшие сольные номера, которые, как оказалось, прошли по конкурсу, претерпев жёсткий отбор.

Потом в ход пошло караоке и танцы под него. Натанцевался — на год вперёд!

Когда мелких увели спать, и все остальные потихоньку угомонились, пришла пора общения с более взрослой публикой — членами отряда и кандидатами в него. И мы перешли в зал.

Скажу сразу — ничего особо крепкого мы не пили. От силы шампанское и коктейли, где алкоголя был лишь самый мизер. Зато стол был накрыт, как в дорогом ресторане. Собственно, куда и был сделан заказ.

В общем, хорошо посидели. Почти до трёх ночи. Напоследок, с уже взрослыми парнями, мы бутылочку хорошего коньяка раздавили, на четверых.

Проснулся я рано. От звуков. Я себе в комнату тройное остекление поставил, и двери у меня — ого-го. А тут кто-то в ухо сопит.

Открыл глаз, закрыл и снова открыл. Нет не померещилось. Галка, но это не точно, так как сзади тоже кто-то есть.

Первым делом провёл рукой по бедру. И уже победа — мои трусы на месте, собственно, как и у девчат, что я вскоре выяснил осторожными, буквально воздушными касаниями.

Ох и вставлю я им за эту провокацию! Хотя, сам виноват. С журналистской спалился, и девчата приревновали. Но это вовсе не повод для столь беспардонной ночёвки на моей кровати, которая едва вмешает нас троих и то, если лечь плотнячком, как кильки в банке!

С багги вышло всё не так просто.

После выпуска видосиков про наш крайний рейд, заявки на эту технику прямо таки посыпались, как их Рога Изобилия.

И что делать? Это не тот продукт, который мы быстро освоим. Тут нужны серьёзные механики и тестеры. А впрочем:

— Гавриил, у меня для твоих парней и тебя лично изрядная халтура есть. Нужно багги собирать и до ума доводить, — приехал я в тот мотоклуб, где меня обучали вождению мотоцикла, найдя хозяина.

— Те багги, на которых вы в Пробое зажигали⁈ — буквально всплеснул он руками.

— Такие же. Поможешь? Разумеется, не бесплатно, — начал я разговор, уже зная, что он закончится успешно.

— Да я хоть сейчас! — Гавриил аж подался вперёд, глаза загорелись тем самым маслянистым блеском, какой бывает только у фанатиков техники. — Я видел, что они вытворяли на этих коробках! Львов давили, как тараканов! А какая манёвренность? А живучесть?

— Погоди, Гавриил, не гони лошадей, — осадил я его, хотя самому было приятно, что наши поделки вызвали такой ажиотаж. — Там не только багги делать. Их же потом тестировать надо. В полевых условиях. А условия, сам понимаешь, — я кивнул в сторону Периметра, за которым угадывалось марево над Пустошью.

Он мгновенно понял намёк. Отступил на шаг, посмотрел на меня уже не как на заказчика, а как на сообщника.

— В Пробой на них сгонять? — спросил он тихо, но с таким предвкушением, что я невольно усмехнулся.

— Ну, для начала — по полигону. Обкатать, выявить слабые места. А потом — да. Пробой, скорее всего, Б-ранга, может, даже В, если повезёт. Мелочь, одним словом. Но для тестов — в самый раз.

Гавриил потёр ладони. Я знал, что он не устоит. В его гараже, где пахло соляркой, маслом и молодостью, всегда крутились парни, для которых риск — это не работа, а образ жизни. Механики от бога, но с душой авантюристов.

— Сколько человек дашь? — спросил я в лоб.

Он задумался. Подошёл к столу, заваленному чертежами каких-то агрегатов и пустыми гильзами, служившими пепельницами.

— Своих, надёжных, — пятерых. Мозги и руки. Лучшие. Но учти: они не пойдут просто крутить гайки за спасибо. Им нужен драйв. И доля. Процент с продаж? — Гавриил хитро прищурился.

— Идёт, — кивнул я. — Пять процентов с каждого багги — вашим. И ещё два — лично тебе. За организацию и риск.

— А тебе это с чего такая жирная маржа? — насторожился он.