Выходит, он уже к вечеру, полностью удовлетворенный и довольный. Улыбка Тамтам заставляет его показать ей большой палец кверху и обернуться к входной двери, потому что там какая-та потасовка.

Он подходит ближе и видит, что Джамиль Хасанов, напившись в хлам пытается попасть в его казино, размахивая пистолетом.

— И что ты здесь забыл? — хмурится Заур.

— Пришел развлекаться, — улыбается он, поняв кто перед ним. — А ты что, против?

— Мне проблемы не нужны, — цедит Заур, понимая, что, если впустит, Эмин придушит его. — Иди к жене.

— Она выгнала меня, — бурчит он, падая на него и охрана тут же реагирует, подбегая к ним.

Заур качает головой и, забрав у него оружие, прячет его за спиной, помогая зайти.

— И что же ты натворил? — спрашивает Заур, чувствуя, что с этого дурака станется.

— Приревновал ее.

— К кому? — хмурится Заур.

— К тебе, — смеётся он, пытаясь найти пистолет, но понимает, что его нет.

— Он у меня, — улыбается Заур. — Хочешь пристрелить меня?

— Очень.

— С чего это началось? — спрашивает Заур, сомневаясь, что причина действительно в нем.

— Читал ваши переписки, — хмыкает Джамиль и тут же прижимает руки к его шее. — Какого черта ты пишешь моей жене?

— Мой косяк, извини, — признается Заур, понимая, что действительно виноват. — Я не специально. Просто хотел узнать, как она.

— Спроси у меня, — показывает на себя Джамиль. — У меня!

— Извини.

— Вы встречаетесь за моей спиной? — спрашивает он глухо, и Заур смотрит в его стеклянные глаза.

— Ты идиот? — спрашивает он, не понимая, как он мог такое вообще подумать про Ираду. — Я что, по-твоему, похож на человека, который будет уводить из семьи влюбленную и беременную не от меня, женщину?

— Вот и она так сказала, — усмехнулся он. — Сказала, что ты не такой человек.

— И?

— Не поверил. Она так говорит, что…

— Как?

— Как будто у вас есть что-то в прошлом.

— И? Сейчас она с тобой, — цедит Заур.

— Не лезь к ней! — хватает Джамиль Заура за грудки. — По-хорошему прошу. Не лезь. Я люблю ее. Как только увидел, сразу пропал.

— Как и она, видимо, — усмехается Заур, понимая, что дело дрянь. — Надеюсь, ты понимаешь, что она тоже любит тебя? — встряхивает его Заур и он кивает.

— Я столько наговорил ей, — кается он, едва не падая. — Она ненавидит меня теперь.

— Волнуется — да, ненавидит- вряд ли, — усмехается Заур. — Хотя, по совести, сказать, ты тот еще идиот. Разве можно такое говорить беременной женщине? Она сейчас, как никогда уязвима. А ты вместо того, чтобы поддержать ее, еще и обвиняешь в чем-то?

— Напиши ей, что больше не будешь писать.

— Я не стану ничего писать. Я слово даю. Я не буду писать Ираде, — цедит Заур, понимая, что сам перекрыл себе запасные пути.

Свое слово он никогда не нарушал. Это было его правило.

— Езжай домой. Купи самый большой букет и падай ей в ноги, умоляя простить тебя, придурка.

— И сделаю! — громко стонет он, покачиваясь на ногах.

— Мои парни отвезут тебя.

— Сам.

— Я сказал отвезут. Мне проблемы не нужны ни с Эмином, ни с Ирадой, — цедит он сердито.

Телефон вибрирует в кармане и Заур отвечает не глядя, слыша женские крики.

— Заур? Заур?! — голос Арины кажется неестественно низким, она почти визжит, а следом слышится автоматная очередь и он замирает.

— Арина? Что случилось?

— В нас стреляют. Карим убежал, я одна в доме. Он дал свой телефон и сказал набрать тебе.

— Я сейчас буду. Где ты?

— Я на кухне. Под столом.

— Скоро буду.

Он сбрасывает вызов и отдав Джамиля парням, просит их отвезти его по адресу, а сам прыгает в тачку и срывается с места, понимая, что кто-то не побоялся прийти в его дом.

Когда он подъезжает к дому, его люди ранены, но живы. Карим бегает по территории и отдает приказы.

— Что случилось?

— Да черт его знает?! — рычит Карим и Заур смотрит на дом.

— Арина где?

Карим замирает, а Заур уже бежит в дом, понимая, что окна кухни, выходящие на территорию разбиты, будто по ним прошлась автоматная очередь с особым усердием. Будто кто-то знал, где именно прячется Вертинская.

— Арина? — кричит Заур, осторожно ступая по стеклу. — Арина?!

Тихий всхлип и он заглядывает под стол, где лежит Арина, измазанная пылью и кровью.

— Ранена? — спрашивает он, ощупывая ее, но она молчит, лишь всхлипывает. — Раны есть?! — кричит он, встряхивая ее.

Она кашляет, поднимая руку и он замечает, что кровь сочится именно оттуда. Не раздумывая больше, он поднимает ее на руки и выносит из дома, крича чтобы подогнали машину.

Карим садится за руль и отдает приказ, еще одной машине сопровождать их. Заур садится с ней назад, прижимая к себе ее трясущееся тело и она постепенно успокаивается, прижимаясь всем телом.

В больнице он перекладывает ее на каталку и поворачивается к Кариму, пока девочку везут в смотровую.

— Шума много будет, — говорит Карим и Заур кивает.

— Пусть будет. Может хоть ненадолго отстанут, — он осматривает его. — С тобой все в порядке?

— Да.

— Какого хера, ты девчонку одну оставил? — цедит Заур, понимая, что и сам виноват, уехав на весь день.

— А мне что нужно было ждать, когда они войдут, чтобы изрешетить нас?

— Вертинскому сейчас не нужно знать этого. Ему нужно выжить. Иначе девочку тоже пришьют вслед за ним. Слишком большое состояние.

— И что делать?

— Если бы я знал, — хмурится он. — Сделать бы так, чтобы ее не тронули. Чтобы кто-то присмотрел за ней.

— Может тебе жениться на ней? — улыбается Карим и Заур кривится.

— Головой ударился?

— А что такого?

— Нет, — пожимает он плечами. — Если они не побоялись ко мне прийти и разнести весь дом в пух и прах, сомневаюсь, что, если заключу фиктивную сделку с девчонкой, ее не тронут.

— Так может они потому и пришли, что знали, что тебя нет? — спросил Карим.

— Зачем такие сложности? — спросил Заур. — Они могли подослать снайпера и просто снять ее, пока она сидела у окна в гостиной. Нет, это послание мне. Или Вертинскому.

— Тогда может мы убьём Арину? — предложил Карим. — Ну, как будто. А сами спрячем ее, пока не найдем заказчиков. И заодно проверим для кого было сообщение?

— Идея неплохая, но мне не хотелось бы, чтобы разъяренный Вертинский примчался сюда, желая моей смерти.

— Можем его предупредить, — пожал плечами Карим.

— Нет. Если этот кто-то рядом, он узнает. Поедешь сам, — говорит Заур. — Поговоришь с ним и заодно проверишь его окружение.

— А вы?

— А мы ненадолго исчезнем с радаров. Я сам тебя найду.

— Кайсаров? — спросил Карим.

— С Эмином сам поговорю. Скажу, что нужен срочный отпуск.

— Тогда договор. Сейчас же займусь этим вопросом. С домом тоже разберусь.

— Карим? — позвал его Заур, когда он уже уходил. — Береги себя.

Лея, спустившись к завтраку, поняла, что Ирада и Джамиль все еще не разговаривали и, если она правильно услышала их крики позапрошлым вечером, он приревновал ее к Зауру.

Ну что за непроходимый тупица?!

Джамиль выглядел побитым, будто осознал всю вину и пытается ее загладить любым способом, но Ирада даже не смотрит на него, ковыряясь в тарелке.

— Ирада, как насчет кино и соленого попкорна? — предложила Лея и та, немного взбодрившись кивнула.

— Я могу привезти твой любимый, — вставил Джамиль.

— Может сходим в магазин и купим еще что-то? Можно? — спросила Ирада, обращаясь к Эмину, который смотрел на Джамиля.

— Я хочу мороженое, — сказала Лея, понимая, что напряжение начинает скапливаться, потому что Ирада игнорирует мужа. — Грушевое.

— Грушевое? — удивляется Эмин. — Такое есть?

— Ну, можно ванильное и грушу отдельно нарезать, — пожала плечами Лея. — Очень хочу грушу.