— Но Заур может пострадать по моей вине. Снова.

— Я уже все сказал, — бросил Заур, выходя из кабинета, оставляя брата и сестру наедине.

Если бы он остался еще немного, не сдержался бы и сам обнял ее. Она будто не понимает, что своими словами и действиями не отталкивает его, а лишь сильнее притягивает.

Зайдя в туалет, он встретился глазами с Джамилем и хмыкнул.

— Я дал слово Эмину и даю его тебе. Между нами, ничего нет и не будет. Хотя на твоём месте я поступил бы также.

— Хорошо, что ты не на моем месте, — толкнув его плечом, Джамиль вышел, оставив Заура одного.

— Ничего хорошего, — бросил глухо Заур и умывшись, вышел следом.

Лея осторожно повернулась, уткнувшись в шею мужа. Ей приснился плохой сон.

— Что с тобой?

— Ничего, — ответила она тихо.

— Ты дрожишь вся, — Эмин отодвинулся от нее, смотря с волнением. — Ты не заболела?

— Нет. Просто плохо себя чувствую.

— В больницу съездим после завтрака.

— Все в порядке, Эмин, — протестовала Лея, приподнимаясь на постели. — Просто плохой сон приснился.

— О чем?

— Мне приснилось, что в тебя выстрелили и ты истекал кровью у меня на руках, — еле слышно проговорила она, утыкаясь лицом в ладони.

— Вам надо запретить смотреть страшные фильмы с Ирадой. Та, вчера тоже испугалась.

— Почему? — спросила Лея, отвлекаясь от своих кошмаров.

— Там своя история. Не волнуйся, уже решили, — он поцеловал Лею, решая, что подробности только сильнее усилят ее страхи, поэтому планировал поговорить с сестрой, чтобы она ничего не говорила ей.

— Она в порядке? Мне показалось вчера они с Джамилем поссорились?

— Есть немного.

— Из-за чего? — она подперла рукой голову и смотрела на Эмина, который уже встал.

— Нам не стоит вмешиваться в их дела. Сами разберутся.

— Как скажешь, — она упала на подушку и прикрыла глаза.

Когда Эмин вышел из душа, увидел, что она снова заснула и не стал будить, присев ненадолго рядом. Она обняла его подушку, закинув ногу и он улыбнулся, замечая, как невинно выглядит она в таком виде.

Настоящая девочка.

Телефон завибрировал, и он увидел, что ему звонит Малика. Нахмурившись, он сделал беззвучный режим и спустился на завтрак, прося домочадцев не будить Лею.

Ирада и Джамиль не разговаривали, но он все равно ухаживал за ней, подкладывая ей в тарелку сыр и маслины, которые она так любит. Она делала вид, что это не его заслуга и молча ела. Эмин качал головой, наблюдая за этим.

Как только они вышли из дома Джамиль сразу же закурил, смахивая пепел в окно. Он молчал, что было непривычно для него, а Эмин не лез к нему, зная, что как только захочет, скажет.

— Почему твоя сестра остается наедине с Зауром, он держит ее за руку, а когда я предъявляю ей за это, остаюсь еще и виноватым? — сдается он, через несколько минут. — Ты посмотри на мое лицо? Как мне теперь работать?

— Молча, — улыбается Эмин, замечая, что нос опух и синева кое-где разливается под глазами, хоть они и успели приложить лед.

— Спасибо.

— Я сам недавно побывал в твоей шкуре и больше не хочу. Заур поклялся, что между ними ничего нет. Я верю ему.

— С какой стати? Когда он стал таким близким?

— Когда заступился за Ираду. Да, я поначалу был настроен против него, но, когда узнал все подробности того дела, встал на его сторону и очень благодарен ему. Еще неизвестно, что тот ублюдок сделал бы с Ирадой в пьяном состоянии.

— Тот самый Сайдер?

— Да. Хафиз Сайдер.

— Это из-за него Заур сел на семь лет? — уточнил Джамиль.

— Он сел, потому что мой отец поспособствовал этому, боясь, что он не отступит от Ирады. Думаешь, почему мы к тебе были так враждебно настроены, когда ты просил ее руки? Отец только отошел от того случая и тут ты. Так мало того, ты потом еще и украл ее. Идиот!

— Может уже прекратим вспоминать это? — злится Джамиль. — Я уже осознал все. Я счастлив с ней. И она со мной.

— Я вчера этого не заметил.

— А как бы ты поступил на моем месте, если бы застукал Лею с мужиком, который трогает ее за руки?

— Оторвал бы их ему. А потом спросил, что они делают вдвоем, — улыбнулся Эмин.

— Я посмотрю на тебя, когда это случится.

Эмин дал ему затрещину, сыпля проклятия.

— Я тебя точно придушу!

— Скажу Лее, что ты распускаешь руки, — пригрозил Джамиль и Эмин недобро ухмыльнулся.

— Только попробуй.

Всю оставшуюся дорогу они проехали в молчании. В офисе Заур встретил их в паршивом расположении духа, и они зашли в кабинет Эмина.

— Что по Каану Сайдеру? — спросил Эмин.

— Единственный парнишка с этим именем, живет неподалёку, но это не он. Ему десять лет, и он единственный сын в семье. Две сестры и он, — хмыкнул Заур и сделал глоток из стакан.

— И поэтому ты хлещешь виски в десять утра?

— А ты что записался ко мне в няньки? — усмехнулся Заур.

— Может вам стоит вдвоем выпить и поговорить? — предложил Эмин.

— Отличная мысль. Но я выпью один, — Заур отсалютовал Джамилю бокалом и тот показал ему средний палец.

— Идите оба отсюда? — устало проговорил Эмин, понимая, что эти пикировки до добра не доведут. — И не вздумайте сцепиться, уволю обоих!

— Попробуй, — смелся Заур. — Я посмотрю на это. Лучше давай уволим Джамиля? На хрен он нам здесь нужен?

— Он толковый финансист. И он мой зять. Еще вопросы?

— Тогда откланиваюсь и больше вам сегодня не буду надоедать. Если нужен, я дома.

— То, что у тебя контрольный пакет акций, не значит, что ты можешь уходить, когда вздумается, — крикнул Эмин вслед Зауру, на что он тоже поднял средний палец. — Как дети, честное слово?!

— Ему это скажи, — буркнул Джамиль.

— Я тебе говорю. Будь умнее. Он провоцирует, ты молчишь.

— Как будто это легко. Если бы у них ничего не было, я бы и не велся на это, — злился Джамиль.

— Да не было у них ничего! — разозлился Эмин, раздраженно отбрасывая кресло. — Ирада разве тебе не говорила? Она отказала ему, когда он ей предложение сделал.

— Он еще и предложение ей сделал?! — вскочил он с кресла и Эмин, взяв папку швырнул в него.

— Пошел вон!

Джамиль выскочил из кабинета, не дожидаясь чего-то поувесистей. Конечно, он не хотел злить Эмина, но о том, что у Заура были такие серьёзные намерения, Ирада ему не сказала.

Да и разве имеет это значение сейчас, когда она ждет от него ребенка? Его просто злил тот факт, что она сказала об этом только, когда на горизонте замаячил Заур. Да еще и он, вечно ошивался рядом с ней.

Он ревновал. Да и кто бы не стал?

Он не мог ничего поделать с собой. Как только он увидел ее сразу влюбился и каждый раз, когда кто-то приближался к ней вызывал в нем неконтролируемый приступ гнева.

Он пытается бороться с этим, но это не так-то просто.

Он набрал номер Наили.

— Привет красавчик, — ее голос ласкал его слух, и он улыбнулся.

— Привет невестка.

Он так и не перестал называть ее даже после того, как брат женился на ней.

— Что случилось?

— Хотел заказать у тебя красивый букет.

— Для Ирады?

— Да. Что посоветуешь?

— Посоветую крепкие объятия, сладкие поцелуи и нежности на ушко, — смеялась она, заставляя его улыбаться. — А вообще, мне вчера привезли такие красивые эустомы. Могу собрать красивый букет, по старой дружбе.

— Осчастливишь двоих людей. Минимум, — смеется он и она просит приехать за букетом через час.

Заур обхватил голову руками и судорожно скривился. Каждый вдох разрывал голову, заставляя устроить перекличку вискам. С трудом разлепив глаза, он уставился на пасмурное небо и послал первое доброе послание во вселенную.

После того концерта, который устроил Хасанов, ему было необходимо расслабиться и забыться. Когда твои чувства под запретом, это становится не только тяжело скрывать, но и что важнее, тяжело контролировать не только речь и эмоции, но и руки.