— Осмотрим этот коридор до конца. К тому же, мы не закончили с коридором, из которого пришли, — вздохнув, ответил Морган.

Ответом ему послужил дружный, разочарованный вздох. Но эти парни были солдатами и умели выполнять приказ. Группа выстроилась в боевой порядок и отправилась дальше. Метров через двести, коридор вдруг оборвался крутым провалом куда-то вниз. Посветив в кажущуюся бездонной яму, Морган только растеряно хмыкнул. В эту дыру запросто можно было спустить легковой автомобиль, а в самом низу, можно было рассмотреть продолжение коридора.

По всему выходило, что сеть этих коридоров не ограничивалась только тем, что учёные смогли рассмотреть на сканере. Убедившись, что дальше идти некуда, Смит дал команду возвращаться. Вскоре, группа оказалась у рукотворного входа в галерею. Контролировавшие выход бойцы радостно заулыбались, увидев сослуживцев живыми и здоровыми. Убедившись, что здесь всё в порядке, Морган приказал осмотреть другой конец коридора.

Пройдя метров триста, они оказались у очередного провала. Но на этот раз, словно для разнообразия, этот провал уходил не резко вниз, как в прошлый раз, а представлял собой очень крутой, сильно изгибающийся спуск, подняться по которому без специального оборудования было нереально. Но на нижней части этого провала Морган ясно рассмотрел глубокие царапины. Такие следы Смит видел в горах, на леднике, когда его группе пришлось подниматься для изучения пещер. Их оставляли специальные шипованные подошвы из металла, когда они проскальзывали по льду.

— Да что это за дерьмо ⁈- не выдержав, в голос выругался Морган.

— В чём дело, сэр?- обеспокоено спросил его заместитель, капрал Джонс, умудрившийся промолчать всё время, пока они осматривали коридоры.

— Царапины. Ничего не напоминает?- мрачно спросил Морган.

— Похоже, кто-то пытался подняться сюда на альпинистских подошвах, — рассмотрев следы, протянул капрал.

— Похоже. Но ты забыл, что в этих коридорах мы, первые люди, — мрачно выдохнул Морган.

— Значит, здесь действительно кто-то живёт?- понизив голос почти до шёпота, спросил капрал.

— Кажется, да. Значит так, парни. Обо всём, что видели, никому ни слова. Учёных сюда пускать только в сопровождении вооружённой охраны. Не будем поднимать панику раньше времени. Для начала нужно разобраться, что это за тварь и чем она питается.

— А почему не предупредить учёных? Хотя бы для повышения их осторожности, — спросил стрелявший боец.

— Во первых, это бесполезно, а во вторых, они сразу побегут ловить эту тварь. А нас слишком мало, для решения подобных задач, — решительно отмахнулся Морган.

— Будем разбираться сами?- осторожно уточнил капрал.

— Именно, — решительно кивнул Морган, не выпуская из рук винтовку.

* * *

Получив на складе полевой провод, и нарубив в слесарке металлических прутов, Руслан принялся огораживать территорию зимовья. Плотный снег прочно удерживал стойки, на которые парень крепил провод. Увидев его за этим занятием, освободившиеся от вахт буровики сходу принялись задавать вопросы. Услышав, что вся эта конструкция требуется для проведения очередного эксперимента, они заметно увяли.

Но через некоторое время, добровольно принялись помогать ему. Вскоре, всё зимовье опоясывала ограда из двух рядов провода, закреплённого на высоте тридцать, и шестьдесят сантиметров от уровня поверхности снега. Чтобы сэкономить материал, Руслан решил использовать дальние концы ангаров, натянув между ними провод. Если бы он знал, к чему это приведёт, забыл бы про экономию напрочь.

Несколько раз он ощущал воздействие ультразвука, но оно было таким слабым, что пытаться искать источник парень не решился. Сигнальную лампочку, после долгих споров, было решено повесить в коридоре, неподалёку от выхода. Так, не заметить то, что она погасла, можно было только во время отбоя. По его настоянию, Васенков оповестил всех участников экспедиции, что покидать помещение можно только вдвоём, имея при себе СПШ.

Сигнальный пистолет в кобуре с набором сигнальных патронов был специально вывешен в тамбуре для этой цели. Все выходившие, брали его с собой. Аргументировал такое ограничение профессор тем, что якобы на одной из соседних станций ушедший в одиночку человек провалился в какую-то яму и, не имея возможности, подать сигнал, погиб. Члены экспедиции ворчали, но нововведение приняли.

Покидать зимовье в одиночку, имел право только Руслан, как человек получивший право на постоянное ношение оружия. Рядовые участники зимовки, отлично знавшие, что за плечами парня служба в армии и война, даже не удивились таком решению профессора. Но господин Царапко, услышав это, в очередной раз впал в истерику. Васенков, очень быстро поставил его на место, попросту предложив пострелять с Русланом по мишени.

Сообразив, что согласившись, выставит себя дураком, доцент отступился, но злобу затаил. Впрочем, он с самой первой ссоры не скрывал, что обязательно найдёт способ отомстить парню. Но Руслана это мало заботило. Таких, как этот истерик, можно найти в любом коллективе. Так что, бывший офицер прекрасно умел абстрагироваться от них. К тому же, Васенков нашёл способ, удержать Царапко подальше от людей, загрузив его работой по самую маковку.

Это случилось на третью неделю после установки сигнализации. Руслан после смены обходил периметр, кода вдруг почувствовал воздействие ультразвука такой силы, что заболели сразу все зубы. Сообразив, что источник находится рядом, парень, не сбавляя шага, снял с плеча карабин и, загнав патрон в патронник, приготовился. Сделав очередной шаг, он стремительно развернулся, вскидывая оружие к плечу.

У стены ангара, сидело какое-то странное существо. Кожа его почти сливалась по цвету со снегом и если бы не постоянное движение существа головой, Руслан мог бы и не заметить противника. Два выстрела заглушили тихий свист ветра, и над зимовьем раздался пронзительный визг, заставивший парня невольно схватиться за уши. Существо одним мощным прыжком ушло за угол ангара, и Руслан, проклиная неуклюжие унты, кинулся туда, где оно только что было.

Выстрелы всполошили всё зимовье. Все члены экспедиции высыпли на улицу. Имевшие оружие зимовщики протолкались в первый ряд, пытаясь организовать какое-то подобие боевого охранения. Глядя на эту суматоху, Руслан только скривился. Возникни такая необходимость, и он положил бы всю эту толпу даже таким примитивным оружием, которое было у него в руках. Заметив замершего у ангара парня, Васенков приказал всем оставаться на местах, а сам поспешил к своему доверенному.

— Что случилось?- спросил он, едва оказавшись рядом.

Вместо ответа, Руслан, молча, указал на кровавые капли на снегу. Склонившись над следами, Васенков долго всматривался в них. Потом, выпрямившись, растеряно протянул:

— Понятия не имею, что это за зверь.

— Я тоже. Никогда такого не видел, — мрачно кивнул парень.

— Что делать будем?

— Оно ранено. Я стрелял в грудь, и уверен, что попал. Ранение тяжёлое, крови много, так что, далеко уйти оно не может. Нужно искать, — решительно ответил Руслан.

— Соберу всех вооружённых, — помолчав, кивнул Васенков.

— Только тех, кто с карабинами. Остальные, пускай охраняют зимовье, — решительно возразил парень.

— Почему?- не понял профессор.

— Вы же охотник. Посмотрите на следы, и на длину прыжка. Выходить против такой твари с пистолетом, это самоубийство.

— Чёрт. Ты прав, — выдохнул Васенков, от избытка чувств, стукнув себя кулаком по лбу.

Стремительно развернувшись, профессор бегом вернулся к растеряно замершим зимовщикам. Быстро отдав им необходимые распоряжения, он, вместе с вооружёнными мужчинами вернулся обратно к ангару. Вооружённые карабинами охотники дружно склонились над следами. Спустя несколько минут, они выпрямились, дружно мотая головами. Никому из них такие следы не встречались.

Понимая, что они попусту теряют время, Руслан, молча, направился в ту сторону, куда прыгнул зверь. Найдя точку его приземления, парень быстро сориентировался, и отправился дальше. Животное перемещалось словно кенгуру, длинными прыжками, так что, найти его следы на снегу, было не трудно. Каждые три, четыре метра, в плотном насте зияли глубокие ямы, пробитые тяжёлой тварью, и в точке каждого приземления охотники находили всё больше крови.