— Дайте оружие.

— Не лучше ли будет оставить нас?..

— Я сказала дайте оружие.

— Мы за вас отвечаем.

— Выметайтесь, — отчеканила Гидра.

— Не имеем права.

— Позвать охрану? — холодно спросил Хаски. Гидра согласно кивнула — без сомнений. Но устраивать скандал не пришлось — офицер протянул табельное оружие и вышел. Иприт без приказа последовал за ним. Немного поколебался более младший охранник у двери, на Гидру смотрел так, словно ждал, что ее убьют тут, и вся его карьера теперь коту под хвост. Но и он под тяжелым взглядом Гидры вышел. Когда дверь за ними закрылась, показалось, что кто-то разом вывалил в комнату напряжение мешками. Гидра повернулась говорить, но палец держала на курке, хотя дуло и смотрело в пол.

— Что тебе нужно?

— От тебя? — Хаски удивленно поднял бровь.

— От игр. От Акросса. Мы все какие-то пешки у тебя сейчас. Акросс больше не хочет играть.

— Конечно, он же проигрывает, — Хаски развел руками, изобразил разочарованность.

— Сколько он должен тебе проиграть теперь?.. Тоже будешь убивать его долго и мучительно?

— А это поможет?

— Хаски, ты же не чувствуешь боли… Это другое. То, как Акросс тебя убивал…

Что-то было в Гидре, тон или взгляд, что делало ее похожей на Вегу, и это щелкнуло в Хаски, он толкнул компьютер и латунная пластина, в которой тот заключался, с грохотом упала на пол у ног Гидры.

Она даже не понимала, какая у нее власть. Она могла просто позвать Кая. Дроид мог попросить его помощи, и этого хватило бы. Хаски… Хаски столько раз звал и просил, но Кай не стал бы ему помогать. Потому что у Хаски вышел лимит на помощь. И ему было все равно, что волнует Гидру и что в нем разочаровался Дроид. Хаски продолжал играть у самого края обрыва. И он не чувствовал себя ни плохим, ни жертвой обстоятельств. Просто хотел вернуть человека, которого сам чуть не убил.

— Я не могу за него просить, ты прав, — кивнула Гидра. Она продолжала стоять на том же месте, с этим пистолетиком, и Хаски казалось, что она провоцирует его. Смешно — пришла просить за Акросса. Хаски не пытался ему мстить. Акросс раздражал, но прежней ненависти Хаски к нему не чувствовал. — Просто… позволь ему уйти. Ты становишься все хуже. Предаешь себя прошлого. Ты же был хорошим капитаном…

— Ну все, — Хаски поднялся. Гидра еще не знала, как себя вести, еще не чувствовала угрозы. А Хаски не то чтобы всерьез целился — просто решил напомнить. И выстрелил сразу в голову.

Чутья Гидры хватило, чтобы пригнуться, прикрыв голову руками, но не чтобы выстрелить в ответ. Хаски вырвал у нее оружие, дернув за руку, только теперь заметил, что его выстрел оцарапал ей щеку. Он уже не думал о том, как хотел завершить игру, или что его тут же расстреляют и он проиграет. Приставил дуло к ключицам девушки, но выстрелить не успел — его отбросило к столу.

Теперь между ними был Дроид, и Хаски всерьез не понимал — он-то почему вмешивается? Его злоба на Гидру распространилась и на Дроида. Суть игры была в том, чтобы убить противника, лишить его боевой силы. А Гидра единственная еще была на свободе. Хаски играл по правилам, и с чего вдруг Дроиду было его останавливать?

— Мы замнем… этот инцидент, — глухо заверил Дроид. Кажется, он и сам уже понял, что погорячился. Хаски мог бы многое ему сказать, но вместо этого выпрямился, расстегнул верхнюю пуговицу кителя и предупредил:

— Ты будешь следующим.

* * *

— Ты… Не хочешь?.. К Акроссу? — Гидра никак не могла подобрать слов. Вряд ли это был шок, скорее она не знала, как сказать. И понимала, что именно предлагает Дроиду — предательство.

— Он прав. Я не должен был вмешиваться. Просто мне сказали, что тебя оставили одну с Хаски… И я вспомнил прошлую игру, подумал, что он снова перегибает, потом услышал выстрел и… Я не могу так играть, я запутался уже, где свои и где чужие. Вы для меня оба свои. А Иприт никогда тебя не заменит, — Дроид чем-то обрабатывал рану — под лучами этого устройства края подгонялись друг к другу и склеивались.

— Хаски все равно будет ждать от тебя предательства. Разве это игра в удовольствие?

— Тогда пусть отдаст меня Веге, — пожал плечами Дроид. — Страшно смотреть на то, как он с катушек едет… Он же раньше таким не был. Не знал, что на нем так отразится твое… твой уход. Он ведь не любил тебя.

— Это точно, — Гидра усмехнулась, пальцами потрогала зашитую щеку. — Что думаешь делать?.. Понятно, что эту игру наши слили, может Акросс даже отдаст меня, чтобы я больше в это не вмешивалась. Но… если надумаешь к нам, в любом случае только Акросс может тебя взять. Для этого надо будет с ним говорить. А пока он под замком.

— Этот проигрыш подарит мне еще одну игру для того, чтобы подумать как следует, — серьезно произнес Дроид, скрестив руки на груди и любуясь своей работой. — Потому что… я не знаю. Возможно, мне стоит уйти самому. До того, как Хаски отдаст меня Смерти… Потому что это страшно. Если мы существуем, то может он меня и из реального мира сотрет, когда заберет?

— Не говори так, — попросила Гидра.

— Почему нет? — пожал плечами Дроид. Он выглядел так, словно пытался казаться расслабленным. — Говорит же Хаски постоянно о том, что кто-то еще был с нами… Только мы его забыли.

— Но мы же помним тех, кого уже забрали, — быстро возразила Гидра.

— Может быть потому, что они и не были… такими как мы… — Дроид складывал пальцы так, словно на них пытался объяснить. Гидра кивнула, показывая, что поняла, но согласиться не могла:

— У Хаски просто едет крыша. Это — один из симптомов. Потому что не может быть так, чтобы помнил только он один. Либо уж никто, либо больше одного.

* * *

Хаски честно говоря просто лень было их пытать или как-то запугивать Акросса и Гидру. И тем более совершенно не хотелось разбираться с тем, отправят под арест его самого после нападения на чужую принцессу или нет. Гидру, кажется, пытались увезти, но она выбила себе еще пару дней на этом корабле. Как раз хватило, чтобы увидеть казнь.

Хаски даже не злоупотреблял властью — Акросс и Гранит были пиратами. На близнецов, правда, дело сфабриковал, но по военному времени никто не стал бы разбираться.

Ранним утром следующего дня в ангар, где было освобождено пространство в центре, вывели всех четверых со скованными за спиной руками. Выглядели они уже не очень дружными, Хаски это порадовало. Кажется, оставить Акросса разбираться с близнецами было неплохой идеей, стоило посадить их и вовсе в одну камеру.

Когда четверых поставили к белой стене отсека, Хаски отозвал троих палачей, потребовал у одного из них бластер, дружелюбно сказав:

— Я сам.

Тот не поколебавшись оружие отдал. Хаски пошел с того края, который был дальше всего от Акросса. Четверо заключенных для него сливались со стеной, были лишь картинкой. Он выстрелил в лоб одному из близнецов, и на картине просто прибавилось красного — кляксой по белой стене. Второй близнец, уже испачканный в крови брата — не испуганный, насупленный только — ждал смирно, так же упал после выстрела в голову, вызвав у Хаски чувство дежавю. Надо было в сердце убивать. Гранит был слишком высоким, его Хаски уложил выстрелом в подбородок, прострелив горло. Акросс был следующим.

Хаски обернулся — Гидра наблюдала издали, с мостика. Дроид стоял рядом и изображал ее охранника, обеспокоенного тем, что принцесса должна на это смотреть. Но Дроид не выглядел довольным близкой победой. Хаски снова обернулся, столкнулся с обжигающим взглядом Акросса.

— Я больше не сунусь в игру, — сквозь зубы процедил Акросс. — Что угодно можешь делать. Я устал. Попроси у Веги нового противника.

Хаски поднял бластер, направил в лоб Акросса. Затем дернул рукой, имитируя отдачу от выстрела, сказал, словно играл: «Паф», и затем уже уверенней:

— Ты проиграл.

И после этого, пока никто не успел опомниться, прислонил дуло к своему подбородку и выстрелил.