- Кто вы? — строго уточнила женщина, схватившись за ручку, но не спеша открывать дверь.

- Я дракон, — рыкнул я, и гораздо тише добавил: — А она мое сокровище.

Женщина уже тепло, понимающе улыбнулась и впустила меня в палату. Крохотную комнатушку, место в которой занимали две кушетки. Одна пустая, на второй лежала...

- Дженни? — выдавил я хрипло, шагнув внутрь.

- У вас десять минут, — бросила в спину сестра. - Потом ее будет ждать сопровождающий.

Дверь закрылась, оставив нас одних. Дженни судорожно встрепенулась, кое-как поползла вверх, желая сесть. Бледная, растрепанная, с блестящими глазами, но живая! — она была здесь.

- Сэр Грей, — шепнула она хрипло и закашлялась. - Чем обязана?

Я чувствовал себя абсолютно беспомощным. Хотелось прижать ее к себе. Рассказать, как больно мне было в последние дни. Но... а имел ли я на это право? Намного ли легче было ей?

- Дженни, — прошептал я, не зная, что делать. Что сказать? Как оправдаться? - Я думал, что потерял тебя...

Дженни

Сэр Грей? Что он здесь делает? Как он нашел меня? В панике разум тут же принялся лихорадочно перебирать возможные причины визита, и самой очевидной показалась одна, самая ужасная.

Он стоял неподвижно, вглядываясь в меня, будто видел перед собой призрака. А потом шагнул вперед, и хриплый голос, прорезал тишину.

— Дженни?..

Я инстинктивно рванулась, пытаясь сесть. В голове стучало одна мысль: тюрьма. Он здесь, чтобы арестовать меня. Страх заставил говорить, запинаясь и путаясь, первое, что пришло в голову.

— Я… я не хочу в тюрьму, — выпалила я, глотая воздух. — Пожалуйста. Я знаю, что не послушалась. И осознаю, но…

Он не дал договорить. Вместо криков и обвинений он просто подошел и сел на край койки. А потом его большая, теплая рука осторожно накрыла мою, лежащую на одеяле. Я замерла, не в силах пошевелиться, чувствуя, как от этого прикосновения по телу разливается тепло.

— Никто не отправит тебя в тюрьму, сокровище, — голос был тихим и очень усталым. — Я перевезу тебя в другую больницу. В нормальную. Здесь нельзя оставаться.

Он говорил так спокойно, так обстоятельно, что моя паника начала уступать место полному недоумению. Он беспокоился?

И тогда он наклонился чуть ближе, и я увидела в золотистых глазах не гнев, а глубокую, неподдельную боль. От нее мне стало не по себе.

— Прости, — прошептал он, и пальцы чуть сжали мои. — Прости, что не нашел тебя сразу.

В этих словах было столько отчаяния, что у меня перехватило дыхание. Это был не тон начальника полиции. Это был голос человека, который что-то потерял, и вот, нашел.

Я молчала, все еще не в силах подобрать слова, просто смотрела на наши руки.

— Теперь все будет хорошо, — он снова заговорил. — Я обещаю. Скоро тебе станет легче.

— Благодарю, сэр Грей, но не стоит беспокоиться.

— Дженни, драконово пламя, как ты не понимаешь, я люблю тебя!

Я растерянно посмотрела на Аарона, а он наклонился и обнял. В этот момент дверь распахнулась и в палату вошли санитары с носилками.

Меня перевезли в лучшую клинику Иридена. Сэр Грей сопровождал меня, но мы не говорили. Он молча шел рядом с носилками. Потом опять исчез, оставив лишь распоряжения врачам.

Лечение началось сразу, и уже через пару дней болезнь стала отступать. Слова Аарона эхом отдавались в голове: «Драконово пламя, как ты не понимаешь, я люблю тебя!» Что это было? Порыв жалости? Помрачение рассудка от усталости? Я ловила себя на том, что прислушиваюсь к шагам в коридоре, надеясь увидеть строгую фигуру в дверях. Но он не появлялся, и эта неизвестность терзала сильнее любой лихорадки.

Наконец, врачи разрешили погулять в саду. Я укуталась в теплый плед и вышла. Воздух был свежим. Я села на скамейку, закрыла глаза, пытаясь упорядочить хаос в душе.

И тут услышала приближающиеся шаги. Я невольно встрепенулась, повернувшись, и увидела Грея.

Он стоял в нескольких шагах, не решаясь подойти, во взгляде читалась неуверенность. Механически я поднялась и сделала реверанс.

— Сэр Грей, благодарю вас за лечение. Я понимаю, какие средства были потрачены. Обещаю, я все верну. Как только смогу работать, я…

— Дженни, — он перебил и сделал шаг вперед, и я увидела, как сжаты его кулаки. — Я не для этого приехал. Я здесь не из-за долгов.

Он подошел ближе и взглянул сверху вниз.

— Я был не прав, — выдохнул он. — Во всем. Я не должен был молчать. Я должен был сказать сразу, что ты… что ты мое истинное сокровище. Это не метафора, не красивые слова. Сокровище дракона — это не золото, Дженни, это ты, я не могу дышать без тебя.

Он говорил прерывисто, с трудом подбирая слова, срываясь.

— Я раскаиваюсь за ту ночь, что тебе пришлось провести в камере. Мною двигал гнев. Глупый, слепой гнев оттого, что ты подвергла себя опасности. Я хотел… черт, я не знаю, что я хотел. Показать тебе риски? Защитить заперев? Я был идиотом. Но когда ты пропала… эти дни были адом. Пыткой. Я люблю тебя!

Он замолчал. А я просто стояла и смотрела на него, на этого сильного, могущественного дракона, который признавался в своей слабости, в своих ошибках.

— Это какая-то шутка, — отступила на шаг, не веря своим ушам.

— Нет. Я люблю тебя! — повторил Грей, а потом обнял.

Я замерла в объятиях, не в силах пошевелиться. Голова шла кругом. Признание показалось нереальным, будто сон. Но крепкие руки, державшие меня, теплое дыхание, сбившееся от волнения, стук сердца, были настоящими.

— Почему? — прошептала я, уткнувшись лбом в его грудь. — Почему сейчас? Почему после всего? Ты же… ты смотрел на меня как на проблему. Как на неразумного ребенка, за которым нужен присмотр.

Он глубоко вздохнул, и объятия стали еще крепче.

— Потому что я был слепым и глупым драконом, — голос прозвучал прямо над моим ухом. — Я думал, что смогу держать дистанцию. Что долг и разум важнее. Но когда я увидел ту статью, когда понял, что тебя нет, что ты… В тот миг внутри все перевернулось.

Грей осторожно отстранился, чтобы посмотреть мне в лицо. Золотистые глаза горели такой искренней надеждой.

— Ты не проблема, Дженни. Ты единственное, что имеет для меня значение. Ты мой свет. Мое проклятие и спасение. И я пойму, если ты не сможешь простить, слова сейчас вызывают у тебя только недоверие. Я заслужил это. Но я умоляю, просто дай шанс. Дай возможность доказать это. Каждый день. Всю оставшуюся жизнь.

Я смотрела на него, и все мои страхи начали таять.

Медленно, почти не веря себе, я подняла руку и коснулась его щеки.

— Я… я не знаю, что сказать, — призналась я. — Я всю жизнь была одна. Я же даже не леди…

Грей перехватил ладонь и поцеловал. Его губы обожгли кожу, и по спине пробежали мурашки.

Дженни

— Ты моя Дженни, — сказал Аарон твердо, не выпуская моей руки. — Только ты. И для меня не существует никаких других титулов и званий. Только ты. Упрямая, отважная, сумасшедшая. Та, что смогла перевернуть весь мой мир с ног на голову.

Грей говорил так убежденно, так страстно, что остатки сомнений начали рассыпаться в прах. Вся моя борьба за выживание и одиночество в один миг отступили перед простой истиной.

— Я тоже боялась, — вырвалось у меня шепотом. — Все эти дни без тебя... я думала не только о тюрьме. Я думала, что ты меня презираешь. Что для тебя я всего лишь обуза, недостойная даже гнева.

— Сокровище. Я злился лишь на себя. На свою беспомощность. На свою глупость, что чуть не утратил тебя навсегда.

Он снова привлек меня к себе.

— Я не обещаю, что все будет легко, — Грей сделал глубокий вдох. — Со мной никогда не будет легко. Но я клянусь любить, оберегать, понимать.