Продолжая обнимать себя, Осирис опустила взгляд. Чёрные волосы скрывали её лицо. Она прикусила губу, как будто что-то терпела. Но вскоре убрала обнимавшие собственное тело руки и развела их, словно приглашая парня на кровать.

— Пожалуйста… забирайся… на кровать.

Когда она подняла голову, слёзы наполнили её глаза.

— Но… лишь раз. Я сделаю это ради спасения моего мира.

— Да, понимаю.

Кидзуна забрался на постель и сел перед Осирис. Вновь посмотрев на тело женщины, он оказался поражён её красотой и сексуальностью. Как и ожидалось от красавицы, которую фараон выбрал своей царицей.

Осирис тоже, словно облизывая его взглядом, осмотрела парня с головы до ног.

— Ах… такой юный. Что же я делаю?..

Услышав это, Кидзуна снова ощутил разницу в возрасте с ней. Но так как она являлась прожившим сотни тысяч лет Деус эксом, то казалось, что это уже не играло никакой роли. Если же судить только по внешнему виду, она выглядела почти как Рэйри.

— Хотя Осирис тоже выглядит юной.

Однако женщина ответила с обеспокоенным выражением лица:

— Это не так. У меня есть дочь твоего возраста, ты в курсе?

В этот факт оказалось тяжело поверить.

— Я вышла замуж, когда мне было одиннадцать.

— Так рано?!

Однако после этих слов он подумал, что его собственная мать сейчас была примерно такой же.

Кидзуна прикоснулся к волосам Осирис. Шелковистые и невероятно приятные. А затем дотронулся до её щеки. Коричневая кожа выглядела свежей и молодой, отчего парень усомнился: а действительно ли эта женщина сделана из механизмов?

— Ах…

Кидзуна нежно провёл пальцами от её затылка до бюста. Мягкая кожа царицы, казалось, пыталась прильнуть к ним. А затем его рука остановилась на полпути к сильно выдающимся грудям.

— Мм… что-то случилось?

— Ну…

— Всё в порядке, так что продолжай. Кроме того, раз я особо ничего не чувствую от этого по сравнению с действиями моего мужа, ты, напротив, должен постараться.

Осирис не выглядела так, будто ей неприятно. Кидзуна провёл руку под украшения, прикрывающие её грудь, и медленно приложил силу.

— М-м! Ха-а-а-а-а-а-а-а!

От неожиданно сильной реакции парень рефлекторно убрал ладонь.

— Ты в норме?

Вслед за этим щёки Осирис покраснели от смущения.

— Д-да… это… такое… было давно, потому… ну…

Ощущение того, что Осирис милая, стало ещё сильнее в груди парня. Кидзуна обошёл царицу и провёл по её телу от самых ягодиц.

— Хья-я-я-я… э-это место…

Он обвёл изгибы женщины от талии до подмышек. В то же время Осирис продолжала дрожать. А затем, словно дождавшись подходящей возможности, парень приподнял большую и созревшую грудь, тут же ощутив порядочный вес в ладонях.

— Ха-а-а… а-а, ах…

«В самом деле, они почти такие же, как и у Юрисии».

Однако на ощупь грудь Осирис казалась чуть твёрже, чем у его соратницы. Кидзуна приложил силу в пальцы и начал мять её, и затем аксессуары, которые крепились к бюсту и скрывали соски, со звоном отделились. Казалось, будто Осирис бессознательно просила у него ласки.

Отвечая её ожиданиям, Кидзуна ухватился за эти вершины и покрутил их.

— А-а-а! Хау-у… А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

— Э? Это…

Тело Осирис напряглось и забилось в конвульсиях.

«Она уже… достигла пика?»

— Эмм… раньше… ты тоже была настолько чувствительной?

— Н-не знаю… подобное-е… а… а-а-а-а-а!

«Для превратившейся в Деус экса Осирис не требовалось сексуальное наслаждение, да и возможности испытать его не имелось. Из-за этого её сопротивление опустилось до нуля… как-то так?»

Кидзуна мял необъятную грудь царицы, несколько раз перекладывая её из одной руки в другую. Из-за этого кончики бюста понемногу становились твёрдыми.

— Ах, а-а! Прошу, п-погоди. Я сно-ова…

Когда же парень начал катать её вершины ладонями, Осирис выгнулась назад и содрогнулась.

— А… А… А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!

«В-вновь?!»

— Ха-а, ха-а… ха-а-а. П-подожди. Позволь… немного отдохнуть…

— Ты в самом деле… чувствительна, верно?

А затем лицо Осирис стало ещё краснее, и она затараторила:

— Я-я ничего особо и не чувствую! Просто спустя столь долгое время… п-по сравнению с ним подобное ничего и не значит. Его действия были действительно приятны!

«В таком случае я должен стараться ещё больше».

— Хм?

Растрепавшись, набедренная повязка Осирис закаталась, и парень не смог отвести взгляда от того, что скрывалось под ней.

— …В чём… дело? — горячо дыша, прошептала царица.

— Нет, ни в чём.

В тот момент Кидзуна убедился, что она не носила нижнее бельё. И ещё заметил обильно вытекавшую оттуда жидкость.

— Тогда дальше я сделаю так, что ты почувствуешь себя ещё лучше.

Парень левой рукой обнял Осирис за плечи и притянул её к себе.

— А…

Вес женщины, оказавшейся на его груди, почему-то казался приятным. А затем Кидзуна правой рукой задрал набедренную повязку, ставшую выглядеть как потрёпанный кусок ткани, и обнажил сокровенную часть Осирис.

— Это место… видели другие люди?

— Нет… лишь он.

— В таком случае я буду вторым.

Кидзуна прикоснулся к её щели.

— Хи-и!

Царица широко распахнула глаза.

— Постарайся, Осирис.

— Гх… н-нечто подобное… по сравнению с ним… а-а-а-а-а-а♡!

Он нежно провёл вдоль долины, массируя её.

— Ах! Ах! Фуа-а! А-а-ах! А-а… а-а-а!

Палец Кидзуны оказался зажат между плотью этой щели. Она, словно не желая отпускать его, закрылась и как будто всасывала внутрь. Такое приятное наслаждение, которое ощущалось щекотным.

— Хи-и-и-и-и! У-У… У-У-У-У-У-У-У-У!

Прильнув к Кидзуне и содрогаясь всем телом, Осирис вновь достигла пика. Тёплый нектар пролился на руку парня, и сладкий аромат распространился от её промежности.

Затуманенным взором царица уставилась на него. Прижатые к Кидзуне руки задвигались, и она начала активно ласкать парня.

— Э-эй… Кидзуна… не хочешь раздеться?

Глаза Осирис говорили ему снять с себя одежду.

— …Думаю, да. Я хочу напрямую почувствовать Осирис своей кожей, — сказав так, парень поднялся. На мгновение женщина радостно улыбнулась, но тут же приняла мрачное выражение лица.

— В действительности, прикасаться к моей коже запрещено, но… так как это ради спасения мира, ничего не поделаешь.

Кидзуна снял пилотный костюм с помощью привычных движений рук. Так как специальную одежду надевали прямо на кожу, парень не носил нижнего белья. Ничем не прикрытая штука Кидзуны оказалась перед Осирис.

— !..

Жадно уставившись на неё, женщина шумно сглотнула.

Кидзуна намеренно выставил своё достоинство перед царицей.

— …

Тяжело дыша, она пристально смотрела. Её щёки покраснели, а глаза полностью увлажнились.

Осирис неподвижно ждала. Однако парень больше не приближался к ней.

— К-Кидзуна…

— Да?

— Ты не собираешься… заставить меня развлекаться… с этим?

— Если хочешь прикоснуться, то пожалуйста.

Женщина вновь шумно сглотнула.

— Н-нет… Кидзуна… если скажешь прикоснуться…

Парень приблизил свою штуку так, что она почти коснулась щеки царицы. Казалось, что слёзы вот-вот прольются из её умоляющих глаз.

«Ну и ну».

— Осирис… можешь прикоснуться… и сделать мне приятно?

Едва услышав это, Осирис потёрлась щекой о штуку Кидзуны.

— Ах… это ощущение♡.

А затем она осторожно высунула язык и притронулась им.

— Мм♡… этот вкус… хорошо…

Когда царица сделала этот шаг, сдерживающие её границы пали. Облизывая его штуку, она на полную наслаждалась ей. Словно обвиваясь вокруг, скользкий язык ласкал достоинство парня. Это заставило Кидзуну почувствовать то, что можно было бы назвать голодом, страстью или влечением, нежели превосходной техникой.

Это удовольствие неуклонно накапливалось в парне. Осирис открыла свои уста и взяла его штуку в рот.

— Ам♡… м-м-м… ам-м… мм, мм, мм…